Проза прочее

Необычная история
Необычная история

Аббат Антуан Франсуа Прево д'Эксиль прожил бурную и богатую событиями жизнь – был монахом, солдатом, искателем приключений. Современному читателю Прево известен как автор знаменитой повести «История кавалера де Грие и Манон Леско». В тени этой славы долго оставались незамеченными новеллы аббата Прево, которые до недавнего времени на русский язык вообще не переводились. Но как раз в этих коротких забавных историях наиболее ярко отразилась страсть Прево ко всякого рода приключениям. Эти новеллы полны динамизма, в них почти нет места описаниям, авторским рассуждениям, а факты подаются с восхитительным изяществом. Именно здесь проявляется особенность «улыбки Прево», его ирония заложена в самих сюжетах, в едва заметном несоответствии незатейливости рассказа и причудливости ситуации, в изящном балансировании на грани правдоподобия. Пусть читатель улыбнется вместе с аббатом Прево и порадуется, что из забвения извлечены еще несколько прекрасных историй, способных доставить настоящее наслаждение ценителям литературы.

Антуан-Франсуа Прево д'Экзиль

Проза / Проза прочее
Найденыш Тоффи
Найденыш Тоффи

«Любовь творит чудеса.Три года назад Лена Борисова поругалась со своим женихом и в десять вечера убежала из его загородного дома. Денег в кошельке у нее почти не было, на такси до Москвы она доехать не могла, поэтому решила сесть на электричку. Последний поезд в столицу останавливался на платформе в половине одиннадцатого. Если она не успеет запрыгнуть в вагон, то останется ночевать на станции. Борисова посмотрела на часы и решила идти не по шоссе, а через лес. Несмотря на то что по тропинке, вившейся среди густых елей, добраться до полустанка можно намного быстрее, местные жители не жаловали этот путь даже днем, а уж вечером им и подавно никто не пользовался. Почему? Узкая вытоптанная дорожка шла мимо кладбища, а там, по мнению и аборигенов, и дачников, обитало привидение несчастной Насти…»

Дарья Аркадьевна Донцова

Проза / Проза прочее
Сёрф-сказки. О воде, людях и сёрфинге
Сёрф-сказки. О воде, людях и сёрфинге

Двенадцать сказочных новелл, созданных на основе серфовых историй, мифологии, происшествий и непосредственных наблюдений и ощущений автора – поэта и сёрфера, – представляют читателям подлинный образ сёрф-мира.Главный герой всех двенадцати сказок – вода, несмотря на то что речь в них идёт о людях с их неоднозначными историями и судьбами. С помощью или под давлением стихии Воды герои сказок преодолевают в первую очередь себя и благодаря этому обретают единение с пространством, становясь его полноценной составляющей.Преодолевают страх, одиночество, слабость, гордость, обиду, боязнь верить в мечту, неумение восторгаться красотой, сердечную слепоту. Сёрфинг, вопреки расхожему убеждению, не способ контроля доски на воде, а поиск гармонии, единения с природой. Эти сказки дают ответ на вопрос – ради чего люди снова и снова идут в океан и на хрупких досках ловят волну за волной.

Никита Замеховский-Мегалокарди

Проза / Проза прочее
Мои живописцы
Мои живописцы

Что связывает автора этой книги и великих живописцев прошлого? Оказывается, не так уж мало: с Врубелем они лежали в одной психиатрической больнице; с Фрэнсисом Бэконом – одинаково смотрели на изуродованный мир; с Лукасом Кранахом – любили темпераментных женщин.В этих емких заметках автор вписывает искусство в свою жизнь и свою жизнь в искусство. Петр Беленок – худой лысеющий хохол, Фрэнсис Бэкон – гениальный алкоголик. Эдвард Мунк творит «ДЕГЕНЕРАТивное искусство», Эди Уорхол подчиняет себе Америку, а индустрия туризма использует одинокого Ван Гога с целью наживы…Эдуард Лимонов проходит по Вене и Риму, Нью-Йорку и Антверпену и, конечно, по Москве. Воля случая или сама жизнь сталкивает его с великими живописцами и их работами. Автор учится понимать и чувствовать то, как они жили, как появился их неповторимый стиль, что вдохновляло художников, когда они писали свои знаменитые картины и ваяли статуи.Книга публикуется в авторской редакции.

Эдуард Вениаминович Лимонов

Проза / Проза прочее
Дёминские записки (сборник)
Дёминские записки (сборник)

Книга «Дёминские записки» содержит рассказы и маленькую повесть «Дёминская Лолерея». Вышедшие ранее под одноимённым заглавием десять рассказов о сельской глубинке были названы в литературной прессе родниковыми по замыслу, ручьистыми и солнечными. Страна детства всегда окрашена дымкой грустного счастья. Бесшумный толчок памяти – и будто серебряная струна-паутина соединяет тебя с давним временем, и ты, маленький мальчишка, чёрный от загара, крепкий и беспечный, шлёпаешь к реке и аккуратно ставишь босую ногу меж камешков и склянок. А рядом твои друзья, и эти друзья впаяны в твоё прошлое так же крепко, как и ты сам, и нет тебя теперешнего без них, как и их без тебя.Повесть «Дёминская Лолерея», представляемая автором впервые, по времени и месту изображения драматической жизни школьной учительницы, которую за провинность сослали на ферму работать телятницей, также не выходит за рамки записок.Окружающий мир, наполненный сокровенными тайнами, открытиями, маленькими победами и совсем не маленькими трагедиями, показан глазами 10-14-летнего мальчишки. Сострадание, сопереживание, сила правды – вот та основа, на которой построены предлагаемые читателю «Дёминские записки».

Сергей Яковлевич Попов-Соснин

Проза / Проза прочее
Кодумаа
Кодумаа

Стихотворения Ларисы Йоонас можно смело назвать когнитивными. Это тексты, которые живут по своим, особенным, техническим и билингвистическим законам и, кажется, не подчиняются ни времени, ни пространству, ни смерти, ни человеческим страстям. И в то же время удивительно, но в центре всего стоят такие важные для каждого понятия как Человек, Любовь, Жизнь, Смерть, Надежда или Природа. …Природа и Родина (kodumaa – эст.) занимают главное место в лирике автора и, несмотря на то, что «Tundma oma kodumaad» («Узнать свою Родину», – эст.) – единственная в сборнике прямая отсылка к эстонскому языку. Эстонию мы чувствуем осознанно или неосознанно и находим совсем иной, не такой, как она есть на страницах туристических буклетов – статичная, каменная и прохладная. В стихах Ларисы Йоонас Эстония живая, меланхоличная и немножко одинокая.

Лариса Йоонас

Проза / Проза прочее