Проза прочее

Человек-пистолет, или Ком

Терроризм, исповедуемый чистыми, честными натурами, легко укореняется в сознании обывателя и вербует себе сторонников. Но редко находятся охотники довести эту идею до логического конца.Главный герой романа, по-прозвищу Ком, — именно такой фанатик. К тому же, он чрезвычайно обаятелен и способен к верности и нежной дружбе. Под его обаяние попадает Повествователь — мыслящий, хотя и несколько легкомысленный молодой человек, который живет-поживает в «тихой заводи» внешне благопристойного семейства, незаметно погружаясь в трясину душевного и телесного разврата. Он и не подозревает, что в первую же встречу с Комом, когда в надежде встряхнуться и начать новую свежую жизнь под руководством друга и воспитателя, на его шее затягивается петля. Ангельски кроткий, но дьявольски жестокий друг склонен к необузданной психологической агрессии. Отчаянная попытка вырваться из объятий этой зловещей «дружбы» приводит к тому, что и герой получает «черную метку». Он вынужден спасаться бегством, но человек с всевидящими черными глазами идет по пятам.Подполье, красные бригады, национал-большевики, вооруженное сопротивление существующему строю, антиглобалисты, экстремисты и экстремалы — эта странная, словно происходящая по ту сторону реальности, жизнь нет-нет да и пробивается на белый свет, становясь повседневностью. Самые радикальные идеи вдруг становятся актуальными и востребованными.

Сергей «Магомет» Морозов , Сергей Магомет

От моря до моря

Книга известного английского писателя Р. Киплинга (1865 – 1936) состоит из очерков о путевых впечатлениях автора от его путешествия в 1889 году из Индии в Англию через страны Юго-Восточной Азии и Северную Америку. Книга написана живым и ярким языком. Читателя заинтересуют описания природы, наблюдения автора за бытом и культурой различных народов, его встреча с М. Твеном.

Алексей Птица , Редьярд Джозеф Киплинг

Дружественный огонь

Авраам Б. Иегошуа – писатель поколения Амоса Оза, Меира Шалева и Аарона Аппельфельда, один из самых читаемых в Израиле и за его пределами и один из самых титулованных (премии Бялика, Альтермана, Джованни Боккаччо, Виареджо и др.) израильских авторов. Новый роман Иегошуа рассказывает о семье молодого солдата, убитого «дружественным огнем». Отец погибшего пытается узнать, каким образом и кто мог сделать тот роковой выстрел. Не выдержав горя утраты, он уезжает в Африку, в глухую танзанийскую деревню, где присоединяется к археологической экспедиции, ведущей раскопки в поисках останков предшественников человечества.

Авраам Б. Иегошуа , Иэн Бэнкс , Авраам Бен Иегошуа

Тот, кто придет за тобой

Их было четверо... Трое из них уже мертвы. Осталась она, Полина Каротеева. Она еще жива. Но кто-то жаждет и ее смерти. Катя Петровская – криминальный обозреватель пресс-центра ГУВД Московской области – пыталась разговорить Полину, чтобы наконец-то узнать правду о том старом преступлении, когда в заброшенном колодце страшной смертью от ран умирал связанный Женя Лазарев... Что же все-таки произошло несколько лет назад, кто же из них четверых настоящий убийца? И почему спустя столько времени кто-то стал убивать одного за другим всех участников того жуткого дела? Наконец Полина разговорилась, рассказала о случившемся в ту злополучную ночь. Рассказала... и через десять минут умерла от руки убийцы. Но на этом он не успокоился. Это еще не конец...

Татьяна Юрьевна Степанова , Юрий Валерьевич Иванов

Мое чужое сердце

Есть ли у сердца память?Оказывается, есть.Он закрыл свое сердце для любви. Она — до сих пор не испытала её.Он знает о ней практически всё. Она — даже не подозревает о его существовании.Он уже не тот, кем был раньше. Она — всё та же, прежняя, не смотря ни на что.Встреча с ним перевернет её мир и даст понять: всё, что было до этого момента — всего лишь отсчёт на старте.В тексте есть: разница в возрасте, эмоции и чувства, любовь и криминалОграничение: 18+

Кэтрин Райан Хайд , Арина Александер

Улыбка Эммы

С первым героем этого романа происходят события, не объясняемые привычной логикой. Он остается жив во время раскулачивания. Не гибнет в завале шахты. Пули не убивают его на войне. Он не тонет, наводя понтонные переправы через Днепр, Вислу, Одер. Невредимым проходит через абсолютное зло. И та же сила оберегает второго героя книги – его сына – уже в наше время. Судьба, любовь, совесть, неприятие лжи чувствуются ими одинаково.Эта книга – обо всем. Странным образом коснулась она всех проявлений человеческой жизни. Автор нашел для этого ясную форму новой художественности.

Владимир Михайлович Сотников

На фиг нужен!

В книгах очень часто все заканчивается предложением руки и сердца и бравурными аккордами марша Мендельсона. В жизни с этих аккордов все только начинается.Не бывает идеальных отношений и безупречных семей.И слова «давай разведемся» легко произнести, если они давно просятся с языка.Так стоит ли тянуть? Надо ли прощать измену? Стараться все вернуть, если пройдена точка невозврата?Никто не знает ответов на эти вопросы. И герои книги «На фиг нужен!» тоже не знают их. Они просто живут – как и мы с вами и миллионы людей, которые вот прямо сейчас пытаются решить – сохранить или разрушить?

Татьяна Булатова

Скучаю по тебе

Если бы у каждого человека был световой датчик, то, глядя на Землю с неба, можно было бы увидеть, что с некоторыми людьми мы почему-то все время пересекаемся…Тесс и Гус живут каждый своей жизнью. Они и не подозревают, что уже столько лет ходят рядом друг с другом. Кажется, еще доля секунды – и долгожданная встреча состоится, но судьба снова рвет планы в клочья… Неужели она просто забавляется, играя жизнями людей, и Тесс и Гус так никогда и не встретятся?

Кейт Эберлен , Илсе Санд

Ледяная трилогия

Владимир Сорокин завершает свою «Трилогию». Сперва был «Лед». Потом появился «Путь Бро». Теперь оба романа под одной обложкой и вместе с ними последняя часть «23 000», ровно по числу Братьев Света. Тех самых, что пробудились после падения Тунгусского метеорита и теперь ищут воссоединения на погибель нашей планеты.

Владимир Георгиевич Сорокин

Гусар

Новый залп наполнил все вокруг вспышками, дымом, криками, кровью и грязью. Фредерик не понимал, ранили его или нет, он видел только, что конь мчит его прямо на штыки. Врезавшись в неприятельский строй, юноша поднял коня на дыбы и с размаху опустившись, с безумным криком нанес удар — яростный, слепой, смертоносный. Голова, рассеченная пополам до самой нижней челюсти, раненые в грязи, под копытами лошадей, кровь на лезвии сабли, хлюпанье человеческой плоти, в которую врезается клинок, безумный танец коня, рубящий вслепую гусар, окровавленное лицо, испуганное ржание лошадей, потерявших всадников, крики, звон клинков, выстрелы, вспышки, дым, стоны, лошадиные ноги в распоротых животах, внутренности, намотанные на копыта, резать, колоть, кусать, вопить… Первый роман испанского писателя Артуро Переса-Реверте «Гусар» — искреннее, зрелое и страстное обличение войны.

Артуро Перес-Реверте , Сергей Анатольевич Гресь

Раз в год в Скиролавках (Том 1)

Збигнев Ненацки

Моменты счастья

В нашей стране живет 146 544 710 человек.Из них, как минимум два миллиона смотрели телеканал «Культура» и слушали радио «Серебряный дождь», где Алекс Дубас постоянно рассказывал о счастье и собирал его. Еще несколько десятков тысяч читали об этом в «Фейсбуке».Каждое чтение момента счастья в эфире, каждый пост – возвращались новыми и новыми историями. Здесь их почти тысяча. У вас в руках концентрат и катализатор счастья. Ваша собственная машина времени.Итак. Здесь были счастливы Артем и Юля, Михаил Жванецкий, Ингеборга Дапкунайте, Ася, Владимир Меньшов, Вано, Ольга, Андрей Шаров, Катерина, Аким, Слава Сэ, Алина, Андрей, Ивар Калныныш, Роман Геннадиевич, Вахтанг Кикабидзе, Даша, Лука, Максим Цхай, Инесса, Альберт Филозов, Сергей Юрский, Тамара, Нарине, Ирина Хакамада, Игорь, Малхаз, Людмила Петрушевская, Ляйсан, Костя, Владимир Кристовский Дайга, Андрей Бартенев, Алексей, Елка, отец Владимир, Тата, Айжан, Николай Цискаридзе и еще как минимум 903 человека.

Алекс Дубас

Дальше жить

Книга о тех, кто пережил войну. И тех, кто нет.«Писать о войне – словно разрушать в себе надежду. Словно смотреть смерти в лицо, стараясь не отводить взгляда. Ведь если отведешь – предашь самое себя.Я старалась, как могла. Не уверена, что у меня получилось.Жизнь справедливее смерти, в том и кроется ее несокрушимая правда.В это нужно обязательно верить, чтобы дальше – жить».

Наринэ Юриковна Абгарян

Барракуда forever

Популярный французский писатель Паскаль Рютер — автор пяти книг, в том числе нашумевшего романа "Сердце в Брайле", который был экранизирован и принес своему создателю несколько премий. Как романист Рютер знаменит тем, что в своих книгах мастерски разрешает неразрешимые конфликты с помощью насмешки, комических трюков и сюрпризов любви."Барракуда forever" — история человека, который отказывается стареть. Бывший боксер по имени Наполеон на девятом десятке разводится с женой, чтобы начать новую жизнь. Мужественная осанка и боксерские навыки по-прежнему при нем, и он чувствует себя непобедимым. Заботливый сын пытается его опекать, однако Наполеон предпочитает общаться не с ним, а с десятилетним внуком. Они вдвоем ходят в боулинг, заводят собаку, говорят между собой на эсперанто и врут всем напропалую, затевая рискованные выходки. Мальчик восхищается дедом и лишь смутно догадывается о тайнах своего кумира, которые ему вскоре предстоит узнать.

Паскаль Рютер

Книга зеркал

Самый ожидаемый дебют 2017 года! Роман уже переводится на 37 языков! Английское издание вышло в январе 2017 года, американское – в феврале, тогда же, когда и русское.Итак, нью-йоркский литературный агент Питер Кац получает заявку на издание автобиографии под названием «Книга зеркал». К заявке приложено начало рукописи – некто Ричард Флинн вспоминает годы учебы в Принстоне, первую любовь, работу на знаменитого профессора психологии Джозефа Видера. Эти события 25-летней давности имели трагическую развязку, однако преступник остался не пойман и не разоблачен; теперь же Ричард вдруг увидел все происшедшее в ином свете, по-новому оценил роль своей бывшей возлюбленной Лоры Бейнс… но рукопись заканчивается на полуслове. Заинтригованный, Питер пытается заполучить остаток «Книги зеркал», однако рукопись оказывается такой же неуловимой, как правда о случившемся четверть века назад…«Книга зеркал» – это роман-загадка в духе «Ночного кино» Мариши Пессл. Это книга о том, как воображение безотчетно подменяет реальность. Это книга о секретной власти историй – тех, которые мы рассказываем, тех, которые мы скрываем, и тех, ради сохранения которых в тайне мы готовы на все.Впервые на русском!

Эуджен Овидиу Чировици , Э. О. Чировици

Ослиная скамья (Фельетоны, рассказы)

Бранислав Нушич

Цветок в пыли. Месть и закон

Захватывающие сюжеты романов, вошедших в книгу, высвечивают грани характеров разных героев во всем их жизненном многообразии от жестокости и предательства до любви и самопожертвования.«Цветок в пыли» — это роман о страдании юной девушки, в отчаянии оставившей в лесу свое дитя, когда узнала об измене и предательстве любимого ею человека.За трагически-приключенческим сюжетом романа «Месть и закон» ясно читается важная нравственная идея: имеет ли право человек в ответ на страшное преступление лично осуществлять месть, переступив закон.

Владимир Константинович Яцкевич , Никита Галин , Владимир Яцкевич

Ирина

Устои строгого воспитания главной героини легко рушатся перед целеустремленным обаянием многоопытного морского офицера… Нечаянные лесбийские утехи, проблемы, порожденные необузданной страстью мужа и встречи с бывшим однокурсником – записным ловеласом, пробуждают потаенную эротическую сущность Ирины. Сущность эта, то возвышая, то роняя, непростыми путями ведет ее к жизненному успеху. Но слом «советской эпохи» и, захлестнувший страну криминал, диктуют свои, уже совсем другие условия выживания, которые во всей полноте раскрывают реальную неоднозначность героев романа.

Ольга Александровна Нежина , Виктор Михайлович Нежин , Нежина Ольга Александровна , Нежин Виктор Михайлович

Конец рабства

Джозеф Конрад

Семья О’Брайен

Представьте семью: отец-полицейский, домохозяйка мать и четверо славных детей. А теперь представьте, как однажды на приеме у врача отец семейства узнает, что у него неизлечимое заболевание – болезнь Хантингтона, которая уничтожит его тело и разум в ближайшие 15 лет. Да, болезнь генетическая, это значит, что с вероятностью в пятьдесят процентов дочка, профессиональная балерина, не сможет больше танцевать. И можно забыть о внуках, ведь они тоже в зоне риска. Как дальше жить О'Брайенам? Вариантов несколько: можно сдаться, жалеть себя, злиться, молиться, ждать конца. А можно всем вместе вступить в схватку с судьбой и взять от жизни все, что полагается.

Лайза Дженова

Миссис Дэллоуэй. На маяк (сборник)

В это издание вошли романы «Миссис Дэллоуэй» и «На маяк» – яркие образцы творческого стиля Вулф, в которых незначащие, повседневные внешние события практически неизменно представляют собой лишь канву для интенсивной и эмоционально напряженной внутренней жизни персонажей.Отказавшись от выраженного сюжета и единства времени действия, писатель освободила свою прозу от необходимости следовать четким правилам и дала простор не только поэтической образности своего языка, но и своему необычайно глубокому психологизму.

Вирджиния Вулф

Долгая ночь у костра (Триптих "Время драконов" часть 2)

Сергей Гусаков (СОМ) , Сергей Гусаков

О нем и о бабочках

Дмитрий Липскеров – писатель, обладающий безудержным воображением и безупречным чувством стиля. Автор более 25 прозаических произведений, среди которых романы «Сорок лет Чанчжоэ» (шорт-лист «Русского Букера», премия «Литературное наследие»), «Леонид обязательно умрет», «Теория описавшегося мальчика», сборник рассказов «Мясо снегиря». Основатель литературных премий «Дебют» и «Неформат», он и сам «неформат» в своей прозе.Герой нового романа «О нем и о бабочках» волею богатой авторской фантазии попадает в очень деликатную и абсолютно гоголевскую ситуацию. Именно с нее начинаются события, переворачивающие весь мир, в котором плутоватые и мудрые персонажи, ангелы и обыкновенные люди, плетут судьбу мироздания.

Дмитрий Михайлович Липскеров , Дмитрий Липскеров

Одно Целое

Определение себя в мире и мира в себе – вот что привлекает главных героев. Они выстраивают собственную Вселенную взаимоотношений, не подозревая о том, что вскоре им предстоит проверить на прочность созданный их душами и сердцами Мир. Выдержит ли он? Или будет раздавлен обстоятельствами? Вопрос открыт. Содержит нецензурную брань.

Сара Кроссан , Константин Юрьевич Ларенцев

В плену

Приключения продолжаются. Братьям-дровосекам никак не удастся отыскать Дерево Гуррикапа, и, значит, ничто и никто не помешает Повелителю Змей захватить Голубую страну. Да ещё и их самих захватили в плен людоеды.

Андрей Юрьевич Лукин , Лана Черная , Борис Николаевич Соколов , Александр Станиславович Сих , Paalina

Media Sapiens-2. Дневник информационного террориста

Специалист по пиару, медийщик, играет на одной из борющихся сторон. Он придумывает военный конфликт, но сам попадает под огонь. В результате у него возникают проблемы, которые он пытается решить странным образом… Продолжение книги «Media Sapiens. Повесть о третьем сроке».

Сергей Сергеевич Минаев

Страна коров

«Страну коров» мог бы написать Томас Пинчон, если бы ему пришлось полгода поработать в маленьком колледже. Пирсон своей словесной эквилибристикой и игрой со смыслами заставит читателя буквально мычать от удовольствия.Чарли приезжает в колледж Коровий Мык, где он еще не знает, чем ему, координатору особых проектов, предстоит заниматься. Задачи, кажется, предельно просты – добиться продления аккредитации для колледжа и устроить рождественскую вечеринку с размахом.Но Чарли придется пободаться с бюрократией: в колледже есть два противоборствующих лагеря, и их вражда может помешать ему добиться цели. Один лагерь – мясоеды старой закалки, тогда как другой – новое поколение вегетарианцев. В лабиринте из «мяса раздора», странного преподавательского состава и сомнительного набора учебных дисциплин Чарли придется искать не самые очевидные выходы, граничащие с безумием.

Эдриан Джоунз Пирсон

Шантеклер

Эдмон Ростан

Английские юмористы XVIII века

Уильям Мейкпис Теккерей

Исповедь англичанина, любителя опиума

Томас Де Квинси , Квинси Томас Де

Автостопщик

Алексей Пенза , Алексей Исаев

Точка равновесия

   Гел ещё раз попытался осмотреться через чуть приоткрытые веки. Амбец. Какое-то техническое помещение. Похоже - на корабле. Ни хрена себе, какой к демонам корабль?! Ему нельзя в пустоту! Он в самом обычном городе шёл устраиваться на самую обычную работу и... кажется, устроился.

Андрей Андреевич Красников , Игорь Александрович Гертов , А. В. Муравьев , Игорь Гертов