Проза о войне

На линии огня
На линии огня

Линия огня…Это не только военный термин, означающий рубеж, с которого стреляют солдаты, постигая армейское мастерство, и не только линия огня, с которой советские бойцы поднимались в атаку и громили фашистских захватчиков в годы Великой Отечественной войны.Линия огня всегда проходила и проходит между нами и нашими идеологическими противниками. На ней ни на один день, ни на один час не смолкают «выстрелы», не утихает борьба. И в первых рядах ее находятся советские журналисты, писатели и многие другие верные бойцы нашей славной Коммунистической партии — солдаты идеологического фронта.Эта важная и острая тема современности лежит в основе книги Семена Борзунова «На линии огня». Она о боевых делах, воинских подвигах и судьбах людей, с которыми автору посчастливилось встретиться на длинных и опасных путях-дорогах фронтовых. С одними — вездесущими корреспондентами — вместе работать в дивизионной, армейской и фронтовой газетах. С другими — выполнять различные боевые задания командования: держать оборону, отражать яростные атаки врага, ходить в наступление… Это рядовые солдаты, сержанты, старшины и офицеры — главная и решающая сила войны, те, кто поверг гитлеровскую машину и водрузил знамя Победы над рейхстагом. С третьими автор книги встретился на литературном поприще уже после войны.

Семён Михайлович Борзунов

Проза о войне
Щит и меч
Щит и меч

Роман известного советского писателя Вадима Кожевникова (1909–1984), лауреата Государственной премии СССР и РСФСР, — дань уважения смертельно опасной работе советской разведки в годы Второй мировой войны. Главный герой, Александр Белов, по долгу службы должен принять облик врага своей Родины и, ежеминутно рискуя жизнью, повести трудную борьбу в тылу врага. «Щит и меч» — это не только остросюжетная шпионская история, полная политических интриг и бесконечных испытаний ума и силы воли отдельных людей, это широкое, насыщенное драматическими коллизиями историческое полотно, раскрывающее перед читателем социальные и психологические корни самого трагического противостояния двадцатого века. События эпопеи начинают разворачиваться в тридцатые годы прошлого века на территориях прибалтийских государств, Польши и Германии, где орудуют агенты едва ли не всех европейских разведок и где начинается превращение главного героя из романтика-идеалиста в хладнокровного профессионала.

Вадим Михайлович Кожевников

Проза о войне
ВДВ. С неба — в бой
ВДВ. С неба — в бой

ВДВ — «войска для войны». Именно такой смысл вкладывают в это понятие настоящие десантники.Автор данной книги — ветеран воздушно-десантных войск, отдавший им более четверти века и прошедший нелегкий путь от солдата до старшего офицера в Управлении командующего ВДВ.Михаил Скрынников подробно рассказывает не только о собственной судьбе, неразрывно связанной с воздушным десантом, но и об истории этого элитного рода войск, о боевых операциях, в которых ему довелось участвовать. Читателю представляется возможность пережить первый парашютный прыжок, почувствовать себя «белой костью» ВДВ — войсковым разведчиком, захватить душманского главаря в афганском кишлаке, блокировать грузинских боевиков в Абхазии.«Нет задач невыполнимых» — этот девиз воздушно-десантных войск лучше всего характеризует героя книги и его товарищей — настоящих солдат своей Родины.

Михаил Федорович Скрынников

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное
Стоящие у врат
Стоящие у врат

Как говорит автор, идея этого романа вызрела у него при работе над «Баскервильской мистерией» — очень любопытным исследованием детективной литературы. Сыщики по Клугеру — из преддверья загробного мира, опасно подошедшие к ирреальному миру. В «Стоящих у врат» эта посылка доведена до предела прежде всего тем, что действие происходит в утопическом гетто второй мировой войны. Совсем рядом дымят трубы лагерей уничтожения, а здесь обречённые люди пытаются сделать вид, что живут почти нормальной жизнью. «Почти» — потому что от реалий гетто никуда не деться. Ирреальность, иллюзорность этой жизни показана глазами врача, у которого нет никакой возможности действительно врачевать. Да, можно даже сделать операцию больному, но выжить ему всё равно не удастся, потому что нет ни лекарств, ни должного ухода.В этом ирреальном мире происходит убийство режиссёра, только что поставившего силами жителей гетто «Венецианского купца». И появившийся «из ниоткуда» бывший детектив расследует это преступление. Это настоящий специалист своего дела, и он прекрасно проводит расследование. Вот только никакого смысла в этом нет. «Сезон иллюзий завершён»…© bvi

Даниэль Мусеевич Клугер , Даниэль Клугер

Детективы / Проза о войне / Полицейские детективы