Проза о войне

Война становится привычкой
Война становится привычкой

Книга «Война становится привычкой» является продолжением ранее изданной «Контракт со смертью». Хронологически она охватывает период проведения СВО с июля 2023 года по май 2024 года и относится к художественно-публицистическому жанру, но без пропагандистского пафоса и патетики. Это размышления, осмысление происшедшего и происходящего, их оценка непосредственным участником событий. А ещё это рассказ о солдатах, офицерах и генералах, для которых честь, долг, верность присяге, служение Отечеству превыше всего. О людях, которые ежедневно и ежечасно помогают сражающейся армии. О жителях освобождённых районов – этой ещё одной почти неизвестной страницы войны. Она о том, о чём не расскажут военкоры или участники всевозможных ток-шоу. Автор не журналист, а писатель, причём непосредственно прошедший через разведпоиски, артобстрелы, засады, и книга, по сути своей, это летопись происходящих на Украине событий, дыхание истории, пульс времени.

Сергей Александрович Бережной

Документальная литература / Публицистика / Проза о войне
Крест на чёрной грани
Крест на чёрной грани

В книгу иркутского писателя Ивана Васильевича Фетисова (1926–2013) вошли произведения разных жанров. В исповеди «Крест на чёрной грани» сошлись лицом к лицу на сибирской земле два незаурядных человека, проявившие себя храбрыми защитниками Отечества во время Первой мировой войны. Тогда они были в едином строю, но октябрьский вихрь разметал их по разные стороны. Отважный Иван Стродов сражается с врагами новой России, Фёдор Градов предпочёл крестьянскую вольницу. Но того, что обещали марксисты, крестьянин не получил… В настоящее издание также включены повесть «Колос жизни и тревоги» и избранные рассказы.Иван Васильевич Фетисов родился 9 января 1926 года в селе Евсеево Боханского района Иркутской области. За его плечами десятки лет журналистской деятельности – работа собкором «Восточно-Сибирской правды», редактирование районных газет, дольше всего – заларинской «Сельской нови». Автор нескольких книг очерков, рассказов, повестей.

Иван Васильевич Фетисов

Историческая проза / Проза о войне / Современная русская и зарубежная проза
Японские тяжелые крейсера. Том 2: Участие в боевых действиях, военные модернизации, окончательная судьба
Японские тяжелые крейсера. Том 2: Участие в боевых действиях, военные модернизации, окончательная судьба

Боевая деятельность японских тяжелых крейсеров в ходе войны на Тихом океане отличалась необычайно широким диапазоном решаемых с их помощью задач. Вряд ли какие-нибудь другие корабли Императорского японского, да и любого другого, флота участвовали в таком же большом количестве операций, часто заканчивающихся ожесточенными схватками. Трудно даже себе представить, насколько менее интересной для современного читателя была бы история второй мировой войны на море, если в ней не рассматривать события, так или иначе связанные с японскими тяжелыми крейсерами. Созданные и прекрасно подготовленные для надводного морского боя, они вполне оправдали вложенные в них средства и усилия, оказавшись бессильными только против стремительно набиравших мощь в ходе войны палубной авиации и подводных лодок, которые и по сей день остаются, пожалуй, самым эффективным морским тактическим оружием, которое в свое время подписало приговор всем крупным артиллерийским кораблям.

Сергей Васильевич Сулига , Сергей Сулига

История / Проза / Проза о войне / Технические науки / Военная проза / Образование и наука
За Русское Дело на сербских фронтах
За Русское Дело на сербских фронтах

Сегодня о войне в Югославии 1992–1995 гг. российские чиновники высокого ранга вспоминают нехотя. Что вспоминать? Как Мировой Порядок, используя национальные и религиозные противоречия, спекулируя на личных амбициях политиков, уничтожил Державу южных славян? Как тогдашняя ельцинская демократическая Россия, по сути, предала своих славянских братьев, бросив их в беде, перед лицом смертельной опасности? Как на югославской земле отрабатывался сценарий геноцида и расчленения государства, который мог быть использован на территории РФ?И о бомбардировках 1999 года Сербии и Черногории, составлявших тогда «обкусанную» территорию униженной и преданной Югославии, высокопоставленные чиновники вспоминают с неохотой. По тем же причинам: тогдашняя ельцинская демократическая Россия предала братьев-славян, пошла на поводу у устроителей Мирового Порядка, допустила этот сверхмасштабный международный беспредел.Но не бывает безымянных преступлений, у всякого преступления есть имя, фамилия и конкретная должность. Российские чиновники, допустившие предательство братьев-славян и в 1992–1995 гг., и в 1999 году, ещё живы. Вдруг встанет вопрос об ответственности? Вдруг обретёт реальность идея Международного Славянского Трибунала, на котором вопросом «номер один» непременно будет «югославский вопрос»? На таком фоне сам факт участия русских добровольцев в югославской войне, в борьбе сербов за право иметь свою Веру, своё Культуру, своё Государство – тема неудобная. Получается, отдельные граждане России, рискуя собой, помогали братьям-славянам вместо продажных политиков, лукавых дипломатов, лживых журналистов? Получается, русские добровольцы в трудный для Славянского Мира момент заменили целое «приболевшее» на тот момент российское государство? Как соотнести их действия с международным правом?Русские добровольцы, воевавшие на сербских фронтах, – герои, вписавшие новые яркие страницы не только в российскую историю, но и в историю братской Сербии, всего Славянского Мира. Книга предназначена для широкого круга читателей.

Борис Юрьевич Земцов

Публицистика / Проза о войне
Возьми меня с собой
Возьми меня с собой

Одиночество ей не грозит. Случайная встреча, оказывается, может вызвать волну чувств, которые она если и не забыла, то уже давно не испытывала, а хотелось. Счастье упустить легко, а чтобы этого не произошло, за ним нужно идти.«Первое время Андрей скучал без жены, но жизнь продолжалась. Она осталась в памяти, но нельзя жить только прошлым. Человек живя только прошлым, не верит в свое будущее. А оно у Андрея было, это он знал точно».«– Возможно, ты права. Порядочный мужик сейчас редкость. Он не нытик, знает жизнь, знает, что такое семья. А это значит, что если он пустит женщину в жизнь, то потом уже не отпустит, а от такого может уйти только дура. Дуры, мы бабы, дуры. Сохнем порой по мужику, не зная его, бегаем за ним, а получив, видим, что это просто красивый фантик, а другого и знаешь мало, а есть в нем что-то мужское, что делает жизнь счастливой»

Владислав Владиславович Шурыгин , Юрий Горюнов , Патриция Филлипс , Татьяна Ткачук , Татьяна Александровна Бочарова

Исторические любовные романы / Короткие любовные романы / Проза о войне / Современная русская и зарубежная проза / Романы