Остросюжетный роман «Золото народа» рассказывает о событиях, произошедших в колымской тайге накануне войны, о трагедии заключенных ГУЛАГа, добывавших северное золото, и об отголосках той давней трагедии во дни нынешние.
Виталий Галияскарович Гадиятов
Валерий Николаевич Гапеев , Валерий Гапеев
Ты научился ходить прямо, обретаешь речь, огонь больше не страшит тебя, из пещеры ты сделал себе дом. Но в мире есть те, для кого ты просто очередная зверушка. Тебе предстоит стать царём природы — человек.Примечания автора:В качестве иллюстраций использовал фото Каповой пещеры, картинки из учебников и другие фото в свободном доступе.
Флемм
Широкую известность принесла Крупину повесть «Живая вода» (1980), осуществляющая знакомый мировой литературе конца 19 – начала 20 вв. социально-психологический эксперимент на основе жизнеподобной ситуации: открытия в одной деревне некоего целебного источника, освобождающего население от пагубной русской привычки – алкоголизма, полная гротескной фантазии, юмора, иронии и грусти, оплакивающая нравственную деградацию русского мужика и надеющаяся на сказочное его исцеление «живой водой». По повести был снят кинофильм «Сам я – вятский уроженец» (в главных ролях – Михаил Ульянов, Евгений Лебедев, Сергей Гармаш; режиссер Виталий Кольцов).
Владимир Николаевич Крупин
Кэтрин Мэнсфилд – новозеландская писательница и мастер короткой прозы, вдохновленной Чеховым. Модернистка и экспериментатор, она при жизни получала похвалы критиков и коллег по цеху, но прожила короткую жизнь и умерла в 1923 году в возрасте тридцати четырех лет. Мэнсфилд входила в круг таких значимых фигур, как Д. Г. Лоуренс, Вирджиния Вульф, О. Хаксли. Совместно с С. С. Котелянским работала над переводом русской литературы. Сборник «Вечеринка в саду» состоит из десяти оригинальных рассказов, действие которых частично происходит на родине автора в Новой Зеландии, частично – в Англии и на Французской Ривьере. Все они – любовь, смерть и одиночество. Откровения о невысказанных эмоциях; истории о противоречивости жизни, разочарованиях и повседневных радостях.
Кэтрин Мэнсфилд
Когда Манфред Лундберг вошел в аудиторию, ему оставалось жить не более двадцати минут. А много ли успеешь сделать, если всего двадцать минут отделяют тебя от вечности? Впрочем, это зависит от целого ряда обстоятельств. Немалую роль здесь могут сыграть темперамент и целеустремленность. Но самое главное — это знать, что тебя ожидает. Манфред Лундберг ничего не знал о том, что его ожидает. Мы тоже не знали. Поэтому эти последние двадцать минут жизни Манфреда Лундберга оказались весьма обычными и, я бы даже сказал, заурядными.
Боб Альман , Роберт Буман , Лapc Ламберт , К Телятников
Болеслав Прус
Геннадий Философович Николаев
Уильям Конгрив
Кретьен де Труа
Элеанор Каттон , Яна Кроваль , Элеонор Каттон
Когда исполняется парочка заветных желаний, меньше всего хочется наступить на старые грабли. Эрих пересекает границу. Или граница пересекает его? А поезд меж тем продолжает идти до конечной…Примечания автора: Затесавшиеся в текст цитаты, призывы, аллюзии и т. п. являются характеристикой персонажей и НЕ НАПРАВЛЕНЫ на разжигание вражды и реабилитацию чего бы то ни было.
Рейнмастер
От ушибов пальцев и пьяных дебошей до многочисленных травм при автокатастрофе — в отделении неотложной помощи нужно быть готовым к любым неожиданностям. Каждый пациент здесь оказывается источником небольшого хаоса: нужно определить срочность и сложность его случая, изучить историю болезни и выявить причины, провести обследование или операцию, а главное, верить, что он покинет больницу в прекрасном состоянии. А после него всегда есть следующий пациент, следующая операция, следующее ЧП, последствия которого требуют участия нескольких специалистов. Своевременно оказать пациенту неотложную помощь и выбрать верный курс лечения возможно только благодаря слаженной работе команды, твердости духа и безграничному желанию помочь каждому. Об этом, а также о самых запоминающихся пациентах и о начале мировой эпидемии и рассказывают авторы. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
Фабиан Мархер , Михаэль Штайдль
В повести немецкой писательницы не обошлось без клише, и героиня романа на бумаге в конце концов сливается с автором (тоже, впрочем, фиктивным), но главное здесь – та самая тема, которая давно уже заботит продвинутых европейских авторов. А именно – что делать с банальной любовью людям, полностью себя приватизировавшим.
Биргит Вандербеке
Юрий Москаленко
Магнус Миллз
Unknown
Япония, 30-е годы XX века. Симамура едет на поезде по снежному горному краю отдохнуть на горячие источники к Комако, которую, по его мнению, он любит.Девушка считает каждый день с момента прошлой встречи и в нарушение всех правил влюбляется в Симамуру, хотя и знает, что ее любовь обречена…Лаконичная и элегантная «Снежная страна» по праву считается классикой японской литературы и входит в число трех работ, особо выделенных при вручении Кавабате Нобелевской премии.
Ясунари Кавабата
Я бы назвал жанр данного произведения "Документальная проза с элементами фантастики", но такого нет в выпадающем списке.История Моцарта и Сальери и сейчас, спустя почти два с половиной века, продолжает будоражить умы.За это время, особенно в конце прошлого и в нашем столетии музыковедами, историками, медиками, были обнаружены новые документы и свидетельства, тщательно исследованы уже имевшиеся, проведена высококвалифицированная экспертная работа. Все это призвано пролить, наконец, свет на вопрос, было ли на самом деле совершено преступление.Может быть, шагом в этом направлении послужит судебный процесс, который я представил себе в этой повести. Суд без пространственных и временных границ. Все показания участников процесса базируются на их письменно зафиксированных высказываниях и свидетельствах и на подлинных документах.Примечания автора:Переводы документов с немецкого сделаны автором.Планирую выкладывать одну главу в неделю, по понедельникам.Буду рад вашему вниманию и комментариям!
Игорь Резников
В романе «Портрет художника в юности» впервые использованы новаторские формы повествования. Действительность увидена здесь изнутри сознания героя, через его внутренний монолог, ощущения и мысли. В центре романа – размышление о вечном одиночестве художника, о том, как важно отстаивать свою индивидуальность, независимость своего внутреннего мира.
Джеймс Джойс
Повествование о суровом северном крае, его истории, его людях на примере женской судьбы.
Елена Филатова , Елена Германовна Филатова
Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана… К концу восьмидесятых стало ясно, что месяц вот-вот выйдет, и я, пока его ждал, только и делал, что ходил по городу — день за днём, как заведённый. По одному и тому же маршруту, без всякой цели. Одни и те же улицы. Витрины. Лица.
Джузеппе Куликкья , Михаил Визель
В первую прозаическую книгу поэта вошли рассказы-воспоминания о детстве, опаленном яростным пламенем войны, о героизме и мужестве советских людей, защитивших Отечество, памятных встречах на журналистской дороге длиною в 30 лет…
Игорь Петрович Пуппо
Лотреамон
Франсуа Мориак
Роман Марка Алданова «Бред» публиковался отрывками в американском «Новом журнале» в 1954-1955 гг. В библиотеке-архиве Российского фонда культуры сохранился машинописный текст с авторской правкой глав, исключённых из журнальной публикации.
Марк Александрович Алданов
«Всякий, кому случалось путешествовать вверх по Гудзону, помнит, конечно, Каатскильские горы. Это – дальние отроги великой семьи Апалачианов; к западу от реки гордо возносятся они ввысь, господствуя над окрестной страной. С каждой новой порой года, с каждой переменой погоды, даже с каждым часом дня преображаются волшебные краски и очертания этих гор, и у всех добрых хозяек, ближних и дальних, слывут они безупречным барометром…»
Вашингтон Ирвинг
Трумен Капоте
Входят Луцио и два дворянина. Луцио Если наш герцог со всеми другими герцогами не придет к соглашению с венгерским королем, то все герцоги соединятся и нападут на короля. Первый дворянин Пошли господь нам мир с любым монархом, кроме одного - монарха Голода! ...
Уильям Шекспир
yefim
Не дуже звичний, але дуже цікавий твір авторки відомого циклу про руду Енн. М'який гумор і жорстка сатира, звичаї 20-х, які змінюють попередню епоху, глибоко відчуті пейзажі і майже казковий сюжет.
Лусі Мод Монтгомері