Поэзия

Песни каторги
Песни каторги

«Славное море, священный Байкал», «По диким степям Забайкалья» — сегодня музыкальная культура непредставима без этих песен. Известностью своей они обязаны выходцу из Швеции В. Н. Гартевельду; этот композитор, путешественник и этнограф в начале XX в. объехал всю Сибирь, записывая песни каторжан, бродяг и коренного сибирского населения. Концерты, на которых исполнялись обработанные Гартевельдом песни, впервые донесли до широкой публики сумрачную музыку каторжан, а его сборник «Песни каторги» (1912) стал одним из важнейших источников для изучения песенного фольклора сибирской каторги. В нашем издании полностью воспроизводится сборник В. Н. Гартевельда «Песни каторги» с приложением очерков о тюремных и каторжных песнях этнографа и писателя С. В. Максимова, литератора и ученого Н. М. Ядринцева — сибирского «сепаратиста» и острожника — а также «короля фельетона» В. М. Дорошевича, совершившего в 1897 г. поездку на сахалинскую каторгу.  

Сергей Васильевич Максимов , Влас Михайлович Дорошевич , Вильгельм Наполеонович Гартевельд , В. Н. Гартевельд

Публицистика / Поэзия / Проза / Современная проза / Стихи и поэзия / Документальное
Немногие для вечности живут…
Немногие для вечности живут…

Эмоциональный настрой лирики Мандельштама преисполнен тем, что критики называли «душевной неуютностью». И акцентированная простота повседневных мелочей, из которых он выстраивал свою поэтическую реальность, лишь подчеркивает тоску и беспокойство незаурядного человека, которому выпало на долю жить в «перевернутом мире».В это издание вошли как хорошо знакомые, так и менее известные широкому кругу читателей стихи русского поэта. Оно включает прижизненные поэтические сборники автора («Камень», «Tristia», «Стихи 1921–1925»), стихи 1930–1937 годов, объединенные хронологически, а также стихотворения, не вошедшие в собрания.Помимо стихотворений, в книгу вошли автобиографическая проза и статьи: «Шум времени», «Путешествие в Армению», «Письмо о русской поэзии», «Литературная Москва» и др.

Осип Эмильевич Мандельштам

Поэзия
Полное собрание стихотворений
Полное собрание стихотворений

«… Когда сейчас, с расстояния времени, смотришь на сделанное Валерием Брюсовым в литературе, во-первых, поражает быстрота, с какою совершенствовалась его душа, а значит, и творчество; во-вторых, вызывает почтительную робость объем написанного им, многообразие его интересов: от десятков книг стихов и переводов с разных языков до нескольких книг прозы и теоретических статей, романа "Огненный ангел", мелких рецензий в нескольких редактируемых им на протяжении жизни журналах; в-третьих, удивляет этот, подмеченный В. Ходасевичем, сплав жизни и литературы, когда самые изощренные психологические переживания поэта оказываются лишь отражением реально существовавших взаимоотношений мужчины с женщиной или, наоборот, на эти взаимоотношения переносятся как самые светлые, так и самые темные озарения поэта, что приводит к результатам трагическим, вплоть до самоубийства – хоть в перетекании литературы в жизнь и жизни в литературу есть глубочайшая правда... »(Латышев М. Из статьи «Пути и перепутья Валерия Брюсова»)

Валерий Яковлевич Брюсов

Поэзия
Рыцарь духа, или Парадокс эпигона
Рыцарь духа, или Парадокс эпигона

В настоящее издание вошли все стихотворения Сигизмунда Доминиковича Кржижановского (1886–1950), хранящиеся в РГАЛИ. Несмотря на несовершенство некоторых произведений, они представляют самостоятельный интерес для читателя. Почти каждое содержит темы и образы, позже развернувшиеся в зрелых прозаических произведениях. К тому же на материале поэзии Кржижановского виден и его основной приём совмещения разнообразных, порой далековатых смыслов культуры. Перед нами не только первые попытки движения в литературе, но и свидетельства серьёзного духовного пути, пройденного автором в начальный, киевский период творчества. Помимо оригинальных стихотворений, в книгу вошли стихотворные переводы из Юлиана Тувима.

Юлиан Тувим , Сигизмунд Доминикович Кржижановский

Современная русская поэзия / Прочее / Классическая литература
«Возвращается ветер на круги свои…». Стихотворения и поэмы
«Возвращается ветер на круги свои…». Стихотворения и поэмы

Сборник стихотворений и поэм российского поэта, историка, журналиста и издателя Николая Николаевича Туроверова (1899-1972), активного деятеля культуры Русского Зарубежья, оставившего многотомное поэтическое наследие.Николай Николаевич Туроверов - уроженец станицы Старочеркасской, донской казак. В 1920 году из Крыма покинул Россию, но оставался патриотом своей Родины. Писал стихи, исторические статьи и очерки по истории донского казачества. Стал одним из активных создателей казачьего землячества, Казачьего союза, Кружка казаков-литераторов за рубежом. Выпускал «Казачий альманах», журнал «Родимый Край», редактировал газету «Казачий Союз». Русская зарубежная пресса называла его «последним выразителем духа мятежной ветви русского народа - казачества».В книгу вошли наиболее интересные стихи Н. Туроверова, опубликованные в его сборниках «Путь», «Стихи» 1928, 1937, 1939, 1942 годов, «Книга пятая» (1965 год), в периодических изданиях, сборниках, вышедших в России, и стихи из архивного собрания И.И. Туроверовой.Книга адресована самому широкому кругу читателей.

Николай Николаевич Туроверов

Поэзия / Стихи и поэзия
Иисус Навин, Руфь, Есфирь
Иисус Навин, Руфь, Есфирь

Эта книга является продолжением ранее выполненных стихотворных переложений библейских книг Ветхого Завета: «Бытие», «Моисей» – (Пятикнижие Моисеево) и главной новозаветной книги «Евангелие». Она входит в ряд написанных и изданных мной книг серии «Библия в стихах».       В эту книгу вошли три книги из числа исторических книг Ветхого Завета. Это, прежде всего, книга Иисуса Навина, которой начинается исторический раздел. Кроме того, стихотворные переложения книг Руфь и Есфирь также включены в предлагаемую вниманию читателей книгу.        Книга Иисуса Навина была написана, по мнению многих учёных, в конце периода Судей. Писателем её в полном составе, в котором она дошла до нас, может быть Самуил, или другой пророк из основанного им пророческого сообщества. Есть также авторы, считающие, что книгу своего имени написал сам Иисус Навин. Но это предположение опровергается рядом хронологических нестыковок, дающих возможность предположить, что написана книга уже после его смерти. Более подробно можно познакомиться с этими данными и толкованиями библейских текстов в трёхтомнике «Толковая Библия», выпущенном в Петербурге в период 1904-1914 гг. под редакцией профессора богословия Александра Павловича Лопухина. (Второе издание Института перевода Библии. Стокгольм. 1987 г.). Это собрание комментариев на все книги Св.Писания. Каждая строка предлагаемых книг осмысливалась мной в соответствии с современными научными представлениями, прежде чем занять место в стихотворной строфе. И многие библейские события изложены в свете этих толкований либо непосредственно в стихах, либо освещены в сносках под каждой главой.      Содержание библейских книг определило стиль написания стихов. Он един для всех моих книг серии «Библия в стихах». Это торжественная девятистрочная строфа с тройной рифмой в конце строфы. Стих широкий и плавно текущий.          Собственно толкования Св. Писания в «Толковой Библии» сделаны на базе кропотливого изучения первоисточников, все канонические книги которого, за исключением некоторых были написаны на еврейском языке (весь Ветхий завет). Кроме того, авторы работали со всеми авторитетнейшими переводами Библии – греческим (LXX) и латинским (Вульгата), славянским переводом, начиная с первоучителей славян - братьев Кирилла и Мефодия. И, естественно, с толкованиями авторитетных еврейских талмудистов и раввинов.      Вот характеристика книги Иисуса Навина, которую даёт «Толковая Библия»:     «Как излагающая положение того, что делал Господь для основания Своего Царства на земле, кн. Иисуса Навина тесно связана с Пятикнижием, на что указывают начальные ее слова по греко-славянскому переводу, служащему буквальной передачей слов еврейского текста: «И бысть по скончании Моисея раба Господня». Но как излагающая особые события из ветхозаветной истории царства Божия, она имеет отдельное, самостоятельное значение. Предметом ее служит совершившееся во дни Иисуса, сына Навина, и через его посредство исполнение божественных обетований о даровании избранному народу Ханаанской земли. Это исполнение состояло в завоевании этой земли и разделении ее между коленами, составлявшими израильский народ. Соответственно этому книга Иисуса Навина делится на две равные части. В первой части от 1 главы по 12 излагается завоевание, во 2-й — от 13-й главы по 22-ю — разделение земли. Последние две главы содержат изложение того, что сделал Иисус Навин по исполнении возложенного на него дела Божия для незыблемого дальнейшего его существования.      Изложенные в этой священной книге сведения о тех из отдельных событий, которые не выходят за пределы обычного хода жизни, не вызывают сомнений в исторической достоверности. Сведения о таких событиях изложены с такими подробностями относительно мест, где они совершились, лиц, которые действовали в них, с такою археологической точностью, которые показывают, что писатель книги имел подробные, точные, не только устные, но и письменные сведения о том, что совершалось в описываемое им время.      Недоумение и сомнения вызывают у некоторых из комментаторов только сведения о тех событиях, которые изображены в книге как совершившиеся при действии божественного всемогущества. Внушаемая каноническим достоинством книги Иисуса Навина вера в то, что эти события совершились именно так, а не иначе, находит для себя подкрепление в уяснении целесообразности того, что и как совершилось во времена Иисуса Навина. При действиях его, как вождя израильского народа, особенная божественная помощь нужна была потому, что он, как и весь израильский народ, был только орудием для выполнения божественных обетований о наделении потомков Авраама землей, в которую он был призван и в которой он вместе с ближайшими своими потомками совершал странствования. Если бы израильский народ и его вождь были лишены этой помощи, они оказались бы бессильными выполнить то, что на них было возложено. Как ни ослабили себя ханаанские племена своими пороками и разъединенностью, они даже, при неполном соединении своих сил, могли оказать сильное сопротивление особенно благодаря своей воинственности, укрепленным городам и военным колесницам. Как недостаточна была сама по себе сила израильтян для завоевания Ханаана, видно из того, что они даже после того, как ханаанским племенам нанесено было поражение, чувствуют себя не в состоянии докончить завоевание). Если бы израильский народ для вторжения в Ханаан был вынужден оставаться на восточной стороне Иордана до того времени, когда окончится наводнение, его встретили бы, конечно, ханаанские цари с многочисленным войском и загородили бы ему дальнейший путь. Если этого не произошло, то именно потому, что чудодейственно осушенное русло Иордана во время наводнения дало израильтянам возможность вторгнуться в Ханаан в такое время, когда не ожидали этого, а потому не приняли мер к отражению нападающих.      То, что водворение израильского народа в Ханаан было достигнуто не только его усилиями, но, главным образом, чудодейственной силой Божьей, имеет значение не для того только времени, но для будущего, не только частное, но и более широкое. Такой способ водворения израильтян в обетованной земле служит прообразом благодатного пути, который открыт Господом нашим Иисусом Христом. В этом отношении знаменательным для верующего является то, что, как в землю, обильную молоком и медом, ввел израильтян не кто иной, а именно носивший имя «Иисус», так и путь в Царство Небесное открыт для всего человечества Иисусом Сыном Божиим (Творения блаж. Феодорита. I, 270)».     Такова характеристика этой замечательной книги, всецело раскрывающая её содержание в историческом и религиозном смысле.    Автор во всей полноте выполнил поэтическое прочтение книги без купюр и отклонения от текста. Исключение составили только подробные географические описания границ уделов колен Израилевых. Но представлена подробная карта разделения на уделы, по которой читатель сможет получить полное представление о положении каждого из них.      Книга Руфь в ряду исторических книг Ветхого Завета занимает место после книги Судей. Вот что сообщает о ней «Толковая Библия»: «Восьмая книга Ветхого Завета, Руфь, называется так потому, что содержит историю Руфи. Руфь была родом моавитянка; но отказавшись от родства и отеческого суеверия, она обратилась к истинному Богопочитанию и переселилась в Вифлеем Иудейский; там сочеталась браком с Воозом, из колена Иудина. От нее производится родство Давида таким образом: Вооз от Руфи родил Овида, Овид — Иессея, Иессей — Давида.      Характерное отличие книги Руфь от других книг библейских состоит в том, что содержание ее одинаково чуждо как основному руслу исторической жизни Израиля, изображаемой в исторических и пророческих книгах Ветхого Завета, так и вдохновенному умозрению и священно-лирическому излиянию вечных чувств человеческого сердца в книгах учительных (Псалмы, Притчи, кн. Иова, Песнь Песней, Екклезиаст): книга Руфь переносит читателя в тесный круг древнееврейской семьи, необычайно живо и привлекательно изображая судьбу, испытания и нужду, а равно добродетели и конечное прославление главного действующего лица — моавитянки Руфи, через брак с вифлеемлянином Воозом вошедшей в народ Божий и удостоившейся быть прабабкой царя Давида. По характеру содержания, по отчетливости характеристик и способу изложения книга Руфь напоминает разве некоторые сцены из жизни патриархов книги Бытия; по внешней форме ее справедливо называют древнееврейским рассказом из сельского быта, идиллической семейной картиной, полной самой искренней простоты и наивности. При всем том кн. Руфи соприкасается с общеизраильской историей».      Книга Руфь была написана, по свидетельству Талмуда, пророком Самуилом, или другим пророком его круга, во время царствия царя Давида. Такого же мнения придерживаются другие источники.     Книга Есфи́рь, или Эсфирь (ивр. אסתר‎, Эсте́р) — главная героиня одноимённой книги Танаха (Ветхого Завета) и событий связанных с праздником Пурим. Это двадцать первая книга канонической еврейской Библии, а также ее главный персонаж. В еврейской традиции Есфирь — последний из Пяти свитков. В христианском каноне помещается между книгами Неемии и Иова.      Объективную и точную характеристику книги Есфирь дал в своём капитальном труде «Исагогика» священник Александр Мень, в разделе «Учительные, или дидактические книги V-IV века до Р.Х.»: Книга Есфирь (евр. Эстер) сохранилась в еврейском и греческом текстах, причем первый весьма отличается от второго. К тому же в древних списках греческие дополнения расположены по-разному. Своим происхождением книга обязана празднику Пурим (Судеб), который также называется днем Мардохея. Вероятно, праздник этот был установлен в дни Плена в противовес языческому празднику бога Мардука. Возможно, Есфирь была написана в период борьбы с языческой тиранией (первая половина II века до Р.Х.), но предание, положенное в ее основу, значительно древнее.      Книга повествует о том, как иудеянка Есфирь, став женой иранского царя Артаксеркса (евр. Ахашверош, перс. Ксеркс), спасла свой народ, живущий в рассеянии, от гибели. Происки царского временщика Амана были направлены против всех иудеев. Он добился царского указа об их истреблении. Изобличенный царицей, Аман был казнен. А иудеям, поскольку в Иране царские указы не отменялись, разрешено было оказывать своим противникам вооруженное сопротивление.       Некоторые исследователи, в том числе и Александр Мень (на основании истории Геродота),  видели в книге Есфирь не действительные события, а своего рода притчу или историческую повесть. Но это мнение опровергается целым рядом фактов. Все подробности быта и обстановки, самый характер царя, под которым, по видимому, подразумевается Ксеркс I (в греческом переводе Артаксеркс), особенности языка, масса персидских и зендских имён — всё это говорит против предположения о вымысле или аллегории. Имя Ахашверош вполне соответствует клинописному Хшайярша.       Хотя в еврейской части книги ни разу не встречается имя Бога, она всецело проникнута глубоким религиозным духом. Трехдневный пост Есфири и всех сузских евреев, предшествовавший, ее первой аудиенции у царя, может быть истолкован как попытка евреев привлечь внимание Бога к своему бедственному положению, тем не менее, им удается спастись от гибели главным образом благодаря собственной смелости и находчивости. Тексты молитв Есфири и Мардохея в эти дни являются позднейшими греческими вставками. В книге, предлагаемой вниманию читателей, эти молитвы представлены в стихотворной форме по мотивам греческих дополнений.      Есфирь — единственная книга еврейского канона, отсутствующая в свитках Мертвого моря.  На этом основании можно заключить, что во 2-й половине 2 в. до н. э. — 1-й половине 1 в. н. э., когда складывалась библиотека Кумранской общины, она не считалась неотъемлемой частью Священного Писания.       Образ Есфири многие века вдохновлял служителей искусств. Художники итальянского Ренессанса: Боттичелли, Мантенья и Тинторетто отразили на своих полотнах те или иные события, связанные с её жизнью. Её писали Рубенс и Рембрандт, ей посвятил свою ораторию Гендель, а великий французский драматург Расин написал трагедию «Эстер». Относительно полный список произведений литературы, живописи, музыки, созданных по мотивам книги Есфирь, представлен в Приложении. По книге Есфирь режиссёром Раффаэле Мертесом в 2008 году снят одноименный фильм (США, Италия, Германия). Библейские персонажи представлены известными актёрами. Особое настроение создаёт великолепная музыка Карло Силиотто.       Могила Есфири и Мордехая, а также храм, посвящённый им, находится в городе Хамадан (древние Экбатаны) в современном Иране.       О книге Есфирь имеется большое количество научных, литературных, теологических материалов. Они далеко не всегда однозначно трактуют события и существо этой замечательной книги. При работе над этой книгой стихов автор так же руководствовался каноническим текстом Библии в русском переводе и трёхтомником «Толковая Библия». Поэтому каждая строка книги Есфирь осмысливалась в соответствии  с современными научными представлениями, прежде чем занять своё место в стихах. События изложены в свете этих толкований, как и других книгах, либо непосредственно в стихах, либо освещены в сносках под каждой главой.       Желая приблизить эти замечательные книги к современнику, автор сделал всё возможное, чтобы передать их содержание и суть современным поэтическим языком, не отступая от библейского текста.       В книге использованы гравюры на дереве из иллюстраций к Библии известного художника 19-го века Юлиуса Шнорр фон Карольсфельда.      Хочется надеяться, что эта книга будет способствовать более глубокому изучению Библии и упрочению дружеских взаимоотношений между людьми различных конфессий во имя мира на земле.Леонид Михелев

Леонид Ильич Михелев

Поэзия / Религиоведение / Стихи и поэзия / Образование и наука
Поляна, 2014 № 03 (9), август
Поляна, 2014 № 03 (9), август

И во всемирной летописи человечества много есть целых столетий, которые, казалось бы, вычеркнул и уничтожил как ненужные. Много совершилось в мире заблуждений, которых бы, казалось, теперь не сделал и ребенок. Какие искривленные, глухие, узкие, непроходимые, заносящие далеко в сторону дороги избирало человечество, стремясь достигнуть вечной истины, тогда как перед ним весь был открыт прямой путь, подобный пути, ведущему к великолепной храмине, назначенной царю в чертоги! Всех других путей шире и роскошнее он, озаренный солнцем и освещенный всю ночь огнями, но мимо его в глухой темноте текли люди. И сколько раз уже наведенные нисходившим с небес смыслом, они и тут умели отшатнуться и сбиться в сторону, умели среди бела дня попасть вновь в непроходимые захолустья, умели напустить вновь слепой туман друг другу в очи и, влачась вслед за болотными огнями, умели-таки добраться до пропасти, чтобы потом с ужасом спросить друг друга: где выход, где дорога? Видит теперь все ясно текущее поколение, дивится заблужденьям, смеется над неразумием своих предков, не зря, что небесным огнем исчерчена сия летопись, что кричит в ней каждая буква, что отовсюду устремлен пронзительный перст на него же, на него, на текущее поколение; но смеется текущее поколение и самонадеянно, гордо начинает ряд новых заблуждений, над которыми также потом посмеются потомки.

Оксана Лисковая , Инна Ряховская , Елена Ительсон , Владимир Лорченков , Юрий Студеникин

Поэзия / Проза / Прочее / Журналы, газеты / Современная проза / Газеты и журналы