Контркультура

Детский сад

Джефф Райман, культовый современный фантаст-утопист, играючи помещает нас в зыбкий мир альтернативного будущего, где власть на планете принадлежит растительному миру. На смену электронике пришла высокоразвитая органическая химия; люди «занимаются» фотосинтезом, учатся под руководством вирусов, размножаются строго по графику… и мало кто доживает до сорока лет. В центре внимания автора — юные человеческие особи и их жизнь в благоустроенном «питомнике». Появление на свет Милены, обладающей иммунитетом к законам органики, заставляет встрепенуться полузомбированных «овощей», которые хотят помочь ей найти безопасное место под солнцем даже ценой собственной жизни…

Джефф Райман

Низость

Шокирующее откровенная, безжалостно поэтичная, Хелен Уолш нарисовала портрет города и поколения, раскрывающий нам женский взгляд на жестокую правду взросления в современной Британии. «Низость» представляет собой тревожащий и пронизанный симпатией рассказ о поисках своего «я» и необходимости любви.

Геннадий Владимирович Исаков , Хелен Уолш

Тюрьма

Описанная в новом романе Кинга террор и паранойя тюремной жизни. В которую врезаны воспоминания главного героя о его детстве и путешествиях — реальные и воображаемые, — стирают грань между невинностью и грехом, преступлением и наказанием, реальностью и фантазией. Этот роман повествует по большей части о воли человека к выживанию, так же как и о неизменной тяге к злу Жестокое, предельно натуралистичное произведение — «завет нового человека» человеческому духу и его возможностям. В котором вопреки всему сохраняется надежда и идея любви.

Крис Томпсон , Жорж Сименон , Михаил Юрьевич Литов , Джон Кинг , Виталий Яковлевич Кривенко

Токийский декаданс

Р' книгу вошли несколько новелл и роман «Кинопроба».Р' серии новелл под общим названием «Топаз» описаны шокирующие истории из жизни нескольких женщин, попавших волею СЃСѓРґСЊР±С‹ в мир вульгарности.Каждая из РЅРёС…, несмотря на мерзостные обстоятельства, продолжает искать в реальности нечто СЃРІРѕРµ, еще не потерянное безвозвратно. Р

Рю Мураками

Демон

Гарри Уайт – удачливый бизнесмен, быстро шагающий по карьерной лестнице. Все его знакомые сходятся на том, какой он счастливец: карьера стремительно идет вверх, а дома ждут красавица-жена и милые детишки. Только вот для Гарри этого недостаточно. Демон саморазрушения требует все новых жертв – мелкие кражи, измены со случайными женщинами. Ничто из того, что еще вчера заставляло его сердце биться сильнее, больше не работает. Остается переступить последнюю черту на пути к абсолютному злу – совершить убийство…

Хьюберт Селби

Западные земли

Роман «Западные Земли» (1987) – последняя часть трилогии, в которую также входят «Города Красной Ночи» (1981) и «Пространство Мертвых Дорог» (1984).«Западные Земли» представляют собой последнюю авторскую попытку восторжествовать над временем. Альтер-эго писателя, Уильям Сьюард Холл, «намеревается отписаться от смерти». Как и в других книгах трилогии ключ к выходу – фантазия, однако она, как находит ее Холл, неспособна преобразить или объяснить смерть. При помощи воображения и слов Холл хочет найти свой рай, но чтобы найти его одного писательства мало.

Уильям Сьюард Берроуз , Уильям С. Берроуз

Уроды

Конец девяностых глазами ученика одной из неблагополучных провинциальных школ. Его мысли и заметки об одноклассниках и учителях, записанные в темно-синюю тетрадку. О людях и «уродах». О травле и издевательствах, о любви и бедности, о надеждах и мечтах, о жизни в то непростое время. Конец девяностых глазами изгоя.

Гектор Шульц

Berserker Blues (Eulogy Black) (СИ)

внимание: это произведение не содержит ни морали, ни знаков препинания, зато может похвастаться обилием ругательств, крови, патологий, нарушений, разврата, разгула, многословия и других присущих сплаттерпанку бед, так что лучше бы вам вовсе махнуть на него рукой и провести свое время как-нибудь с пользой. все герои на моих поруках, все совпадения случайны, никакого неуважения я не подразумеваю.  

Александер Гробокоп

Внутри ауры

Они встречаются в психушке в момент, когда от прошлой жизни остался лишь пепел. У нее дар ясновидения, у него — неиссякаемый запас энергии, идей и бед с башкой. Они становятся лекарством и поводом жить друг для друга. Пообещав не сдаваться до последнего вздоха, чокнутые приносят себя в жертву абсолютному гедонизму и безжалостному драйву. Они находят таких же сумасшедших и творят беспредел. Преступления. Перестрелки. Роковые встречи. Фестивали. Путешествия на попутках и товарняках через страны и океаны. Духовные открытия. Прозревшая сломанная психика и магическая аура приводят их к секретной тайне, которая творит и разрушает окружающий мир одновременно. Драматическая Одиссея в жанре «роуд-бук» о безграничной любви и безумном странствии по жизни. Волшебная сказка внутри жестокой грязной реальности. Эпическое, пьянящее, новое слово в литературе о современных героях и злодеях, их решениях и судьбах. Запаситесь сильной нервной системой, ибо все чувства, мозги и истины у нас на всех одни! Возрастное ограничение 18+  

Александр Апосту

Travel Агнец

Мы живем в век карма-колы и химической благодати, но на Земле еще остались места, где сжиганию кармы в Интернете предпочитают пранаяму. На средневековых христианских картах на месте Индии находился рай. Нынешняя Индия тоже напоминает Эдем, только киберпанковский, распадающийся, как пазл, на тысячи фрагментов. Но где бы вы ни оказались, в Гималаях или в Гоа, две вещи остаются неизменными — индийское небо, до которого можно дотянуться рукой, и близость богов, доступных и реальных, как голливудские кинозвезды.

Анастасия Сергеевна Гостева , Анастасия Гостева

Доктор Сакс

Впервые на русском — книга, которую Керуак называл самым любимым своим детищем. Этот роман-фантазия, написанный в крошечной мексиканской квартирке Уильяма Берроуза, не просто рассказывает о детских годах, проведенных в Лоуэлле, штат Массачусетс; здесь Керуак замахнулся на свою версию гётевского «Фауста». Магнетический доктор Сакс борется с мировым злом в лице Змея из ацтекских легенд, и в ходе борьбы грань между реальностью и вымыслом становится крайне зыбкой.Джек Керуак дал голос целому поколению в литературе, за свою короткую жизнь успел написать около 20 книг прозы и поэзии и стать самым известным и противоречивым автором своего времени. Одни клеймили его как ниспровергателя устоев, другие считали классиком современной культуры, но по его книгам учились писать все битники и хипстеры — писать не что знаешь, а что видишь, свято веря, что мир сам раскроет свою природу. Роман «В дороге» принес Керуаку всемирную славу и стал классикой американской литературы; это был рассказ о судьбе и боли целого поколения, выстроенный, как джазовая импровизация. Несколько лет назад рукопись «В дороге» ушла с аукциона почти за 2,5 миллиона долларов, а сейчас роман обрел наконец и киновоплощение; продюсером проекта выступил Фрэнсис Форд Коппола (права на экранизацию он купил много лет назад), в фильме, который выходит на экраны в 2012 году, снялись Вигго Мортенсен, Стив Бушеми, Кирстен Данст, Эми Адамс. 2012 год становится годом Керуака: в этом же году, к его 90-летию, киновоплощение получит и роман «Биг-Сур». причем роль самого писателя исполнит Жан-Марк Барр — звезда фильмов Ларса фон Триера.

Джек Керуак

i-o

Саймон Логан — виртуоз в искусстве создания мрачных апокалипсических мирков в небольшом пространстве рассказа, «i-o» — его первый сборник в жанре industrial, состоит из одиннадцати рассказов, в которых автор исследует обитателей футуристических свалок и заброшенных заводов — неудачных гибридов машин и людей, обретших душу. Выбор у этих существ невелик: либо продолжать жесткую борьбу за выживание в первобытно-техногенном мире, либо пойти на запчасти после мучительной смерти в контейнере с кислотой… Искусное сочетание бурной фантазии, стилистики игры «Doom» и черного юмора сделало автора культовым среди поклонников как киберготики, так и классической научной фантастики.

Саймон Логан

Windows on the World

Спустя год после теракта, уничтожившего Всемирный торговый центр в Нью-Йорке, Фредерик Бегбедер мучительно ищет слова, способные выразить невыразимое – ужас реальности, которая превзошла самые мрачные голливудские фантазии, – и одновременно стремится понять, как могла произойти самая чудовищная катастрофа в истории Америки и как нам всем жить в том новом мире, что возник на планете после 11 сентября 2001 года.

Фредерик Бегбедер

Ибица

Если в таком месте, как молодежный курорт Ибица, собираются общительные и жадные до впечатлений ребята-гиды, то, учитывая, что они практически одного возраста с клиентами туркомпаний, это не может не привести к невероятным ситуациям и необычным отношениям. Английский писатель Колин Баттс рассказывает об этом на редкость откровенно и очень увлекательно.

Колин Баттс

Полное собрание сочинений. Том 2

Павел Александрович Новиков , Владимир Ильич Ленин , Лев Николаевич Толстой

Метод Пигмалиона

То, что мы хотим дать своим детям, рассказывает о том, что мы хотели бы иметь сами. Самое частое пожелание: я хочу, чтобы мои дети были успешными и счастливыми. Мы все этого хотим и, как уже говорилось выше, не только для детей. Остается только один вопрос: как? На него отвечает герой нашего произведения, который несмотря на свою тяжелую психическую болезнь, создает метод способный достичь заветного желания.  *Не желательно к прочтению беременным, а так же людям с психическими отклонениями. (+18)

nekosachev

Субмарина

Впервые на русском — пронзительная психологическая драма одного из самых ярких прозаиков современной Скандинавии датчанина Юнаса Бенгтсона («Письма Амины»), послужившая основой нового фильма Томаса Винтерберга («Торжество», «Все о любви», «Дорогая Венди») — соавтора нашумевшего киноманифеста «Догма-95», который он написал вместе с Ларсом фон Триером. Фильм «Субмарина» входил в официальную программу фестиваля Бер- линале-2010 и получил премию Скандинавской кино- академии.Два брата-подростка живут с матерью-алкоголичкой и вынуждены вместо нее смотреть за еще одним членом семьи — новорожденным младенцем, которому мать забыла даже дать имя. Неудивительно, что это приводит к трагедии. Спустя годы мы наблюдаем ее последствия. Старший брат до сих пор чувствует свою вину за случившееся; он только что вышел из тюрьмы, живет в хостеле для таких же одиноких людей и прогоняет призраков прошлого с помощью алкоголя и занятий в тренажерном зале. Младший брат еще более преуспел на пути саморазрушения — из-за героиновой зависимости он в любой момент может лишиться прав опеки над шестилетним сыном, социальные службы вынесли последнее предупреждение. Не имея ни одной надежды на светлое будущее, каждый из братьев все же найдет свой выход из непроглядной тьмы настоящего...Сенсационный роман не для слабонервных.MetroМастерский роман для тех, кто не боится переживать, испытывать сильные чувства.InformationВыдающийся роман. Не начинайте читать его на ночь, потому что заснуть гарантированно не удастся, пока не перелистнете последнюю страницу.FeminaУдивительный новый голос в современной скандинавской прозе... Неопровержимое доказательство того, что честная литература — лучший наркотик.Weekendavisen

Джо Данторн , Юнас Бенгтсон

Наших бьют!

Хантер С. Томпсон

Насилие. ру

Вы представляете чувства человека, очутившегося в одиночестве перед разъяренной толпой?Вам когда-нибудь приходилось выплевывать зубы в ладонь? Вы просыпались от боли в сломанных ребрах, переворачиваясь ночью с бока на бок?Нет? Читайте эту книгу. Да? Читайте тем более.Документальная книга об уличном насилии от автора бестселлера «Дневник московского падонка»…

Александр Дым

Проклятые

Добро пожаловать в ад!Для начала забудьте про кипящие котлы, ядовитый аромат серы и прочие ветхозаветные пошлости. В преисподней грешников ждет, в общем, вполне благоустроенная послежизнь – с маленькими нюансами. Как говорится, дьявол – в деталях.Тринадцатилетняя дочь голливудской кинозвезды Мэдисон Спенсер, совершившая самоубийство по девчоночьей дурости, не намерена прозябать в адском «болоте».Она ищет выход. А кто ищет, тот всегда найдет!..

Чак Паланик

Комната

Здесь все подчинено жесткому распорядку, но время словно бы размазано по серым казенным стенам. Здесь нечего делать, кроме как вспоминать и заново переживать события своей прошлой жизни, оставшейся за дверью. Здесь очень страшно, потому что ты остаешься наедине с человеком, которого ненавидишь – с самим собой…«Комната» (1971), второй роман Хьюберта Селби, не был оценен критиками по достоинству. Сам автор утверждал, что эта книга является наиболее болезненной из когда-либо написанных им и признавался, что в течение двух десятилетий не мог заставить себя перечитать ее. Однако время все расставило по местам, и новые рецензии на «тюремный роман» отдали автору должное.Книга содержит нецензурную брань, сцены насилия и жестокости!

Марина Аэзида , Dinozevr , Дмитрий SAD , Виталий Григорьевич Михайлов , Влад Мири

Книга Каина

Роман известной шведской писательницы Мариан Фредрикссон, продолжение «Книги Евы», вдыхает новую жизнь в библейских героев, чтобы поведать о ловушках, подстерегающих человека на пути взросления, о поисках любви и Бога, о вине и воздаянии. Это История человека, сгибающегося под бременем тяжкой вины, которой не избыть.Автор говорит, что писала о первой семье. Даже скорее не о первой семье, а о людях из «приграничной» зоны между различными культурами. Ее увлекало желание познать ребенка и то, что происходит с ним при переходе из одной фазы развития в другую – что он приобретает и что теряет.Мета на лбу у Каина, а в сердце его печаль, ибо убил Каин брата своего. Воссядет Каин на царский престол и будет править во славе, но в самый день торжества прошлое настигнет его.

Мариан Фредрикссон , Александр Трокки , Флинт Дилл , Entertainment Blizzard

Джанки

«Джанки» – первая послевоенная литературная бомба, с успехом рванувшая под зданием официальной культуры «эпохи непримиримой борьбы с наркотиками». Этот один из самых оригинальных нарко-репортажей из-за понятности текста до сих пор остаётся самым читаемым произведением Берроуза.После «Исповеди опиомана», биографической книги одного из крупнейших английских поэтов XIX века Томаса Де Куинси, «Джанки» стал вторым важнейшим художественно-публицистическим «Отчётом о проделанной работе». Поэтичный стиль Де Куинси, характерный для своего времени, сменила грубая конкретика века двадцатого. Берроуз издевательски лаконичен и честен в своих описаниях, не отвлекаясь на теории наркоэнтузиастов. Героиноман, по его мнению, просто крайний пример всеобщей схемы человеческого поведения. Одержимость «джанком», которая не может быть удовлетворена сама по себе, требует от человека отношения к другим как к жертвам своей необходимости. Точно также человек может пристраститься к власти или сексу.«Героин – это ключ», – писал Берроуз, – «прототип жизни. Если кто-либо окончательно понял героин, он узнал бы несколько секретов жизни, несколько окончательных ответов». Многие упрекают Берроуза в пропаганде наркотиков, но ни в одной из своих книг он не воспевал жизнь наркомана. Напротив, она показана им печальной, застывшей и бессмысленной. Берроуз – человек, который видел Ад и представил документальные доказательства его существования. Он – первый правдивый писатель электронного века, его проза отражает все ужасы современного общества потребления, ставшего навязчивым кошмаром, уродливые плоды законотворчества политиков, пожирающих самих себя. Его книга представляет всю кухню, бытовуху и язык тогдашних наркоманов, которые ничем не отличаются от нынешних, так что в своём роде её можно рассматривать как пособие, расставляющее все точки над «И», и повод для размышления, прежде чем выбрать.Данная книга является участником проекта «Испр@влено».

Уильям Сьюард Берроуз

Контрреволюция и бунт (ЛП)

Самая загадочная (и самая важная!) книга великого теоретика социальной революции, где он пересмотрел многие свои прошлые взгляды на события шестидесятых годов и протесты 1968-1970 годов в США и Франции. 

Герберт Маркузе

Семья

"Меня зовут Настя и мама меня ненавидит". Так начинается эта история… Жизнь Насти – это бесконечная череда наказаний, издевательств и унижений, которым девочку подвергает жестокая и деспотичная мать. Сможет ли забитый и искалеченный ребенок найти в себе силы, чтобы противостоять жестокости, или её душу безжалостно растопчут те, кого она считает своей семьей?

Гектор Шульц

На игле

Это — книга, по которой был снят культовейший фильм девяностых — фильм, заложивший основу целого модного течения — т. н. «героинового шика», правившего несколько лет назад и подиумами, и экранами, и студиями звукозаписи.Это — Евангелие от героина.Это — летопись бытия тех, кто не пожелал ни «выбирать пепси», ни «выбирать жизнь».Это — книга, которая поистине произвела эффект разорвавшейся бомбы и — самим фактом своего существования — доказала, что «литература шока» существует и теперь.Это — роман «На игле». Самая яркая, самая яростная, самая спорная и самая откровенная книга «безнадежных девяностых».Это — роман «На игле». Исповедь поколения, на собственной шкуре познавшего страшную справедливость девиза «НЕТ БУДУЩЕГО»…

Ирвин Уэлш

Мифогенная любовь каст

Владимир Петрович Дунаев, парторг оборонного завода, во время эвакуации предприятия в глубокий тыл и в результате трагического стечения обстоятельств отстает от своих и оказывается под обстрелом немецких танков. Пережив сильнейшее нервное потрясение и получив тяжелую контузию, Дунаев глубокой ночью приходит в сознание посреди поля боя и принимает себя за умершего. Укрывшись в лесу, он встречает там Лисоньку, Пенька, Мишутку, Волчка и других новых, сказочных друзей, которые помогают ему продолжать, несмотря ни на что, бороться с фашизмом… В конце первого тома парторг Дунаев превращается в гигантского Колобка и освобождает Москву. Во втором томе дедушка Дунаев оказывается в Белом доме, в этом же городе, но уже в 93-м году.Новое издание культового романа 90-х, который художник и литератор, мастер и изобретатель психоделического реализма Павел Пепперштейн в соавторстве с коллегой по арт-группе «Инспекция «Медицинская герменевтика» Сергеем Ануфриевым писали более десяти лет.

Сергей Александрович Ануфриев , Павел Викторович Пепперштейн

Колыбельная

Это — Чак Паланик, какого вы не то что не знаете — но не можете даже вообразить. Вы полагаете, что ничего стильнее и болезненнее «Бойцовского клуба» написать невозможно?Тогда просто прочитайте «Колыбельную»!…СВСМ. Синдром внезапной смерти младенцев. Каждый год семь тысяч детишек грудного возраста умирают без всякой видимой причины — просто засыпают и больше не просыпаются… Синдром «смерти в колыбельке»?Или — СМЕРТЬ ПОД «КОЛЫБЕЛЬНУЮ»?Под колыбельную, которую, как говорят, «в некоторых древних культурах пели детям во время голода и засухи. Или когда племя так разрасталось, что уже не могло прокормиться на своей земле».Под колыбельную, которую пели изувеченным в битве и смертельно больным — всем, кому лучше было бы умереть. Тихо. Без боли. Без мучений…Это — «Колыбельная».

Чак Паланик

Дневник наркомана

Это правдивая история.Она была изменена ровно настолько, сколь того требует тайна имен.Это ужасная история; но это также история надежды и красоты.Она раскрывает с пугающей ясностью бездну, на краю которой дрожит наша цивилизация.Но тот же самый Свет освещает путь человечества: и мы будем сами виноваты, если шагнем через край.Сия история говорит правду не только об одной из человеческих слабостей, но (по аналогии) обо всех других; и ото всех них есть лишь один путь избавления.Как сказал Гленвиль: "Человека полностью не одолеют ни ангелы, ни сама смерть, кроме как через слабость его собственной ничтожной воли".Твори, что ты желаешь, да будет то Законом.Алистер Кроули

Алистер Кроули , АЛИСТЕР КРОУЛИ

Мисо-суп

Легкомысленный и безалаберный Кенжи «срубает» хорошие «бабки», знакомя американских туристов с экзотикой ночной жизни Токио. Его подружка не возражает при одном условии: новогоднюю ночь он должен проводить с ней. Однако последний клиент Кенжи, агрессивный психопат Фрэнк, срывает все планы своего гида на отдых. Толстяк, обладающий нечеловеческой силой, чья кожа кажется металлической на ощупь, подверженный привычке бессмысленно и противоречиво врать, он становится противен Кенжи с первого взгляда. Кенжи даже подозревает, что этот, самый уродливый из всех знакомых ему американцев, убил и расчленил местную школьницу и принес в жертву бездомного бродягу. Но до тех пор, пока у Кенжи не появятся доказательства, ему приходится сопровождать монстра в человечьем обличье от одной безумной сцены к другой. Это — необъяснимо притягательный кошмар как для Кенжи, так и для читателя, который, не в силах оторваться от книги, попеременно надеется, что Кенжи или же проснется в холодном поту, или уведомит полицию о том, что с ним происходит. Увы, Кенжи остается в плену у зла, пока не становится слишком поздно что-то изменить.Блестяще написанные размышления о худших сторонах японского и американского общества, ужас, от которого не оторваться.

Рю Мураками

Уцелевший

Единственный уцелевший из секты фанатиков-самоубийц.Пророк. Суперзвезда. Новый мессия, захлебнувшийся собственной славой — и проклинающий день, когда не умер.Он ведет в никуда пустой Боинг-747 — и рассказывает «черному ящику» свою историю.Свою настоящую историю. Жизнь — в обратном отсчете, от конца — к началу!Об этом никогда не расскажет всемогущая пресса!

Чак Паланик

Echo

Введите сюда краткую аннотацию

Алексей Александрович Шепелёв , Алексей А. Шепелёв