История

Жестокий континент. Европа после Второй мировой войны

Вторая мировая война, самая разрушительная в истории человечества, не только разорила народы, но и посеяла недоверие между странами. И то, что Европа сумела выбраться из послевоенной разрухи и стать процветающим толерантным обществом, выглядит настоящим чудом. Историки, политики и экономисты отмечали, что окончание войны стало не только концом репрессий и насилия, но и духовным, нравственным и экономическим возрождением целого континента. В своей книге Кит Лоу совершил попытку пролить свет на истинные, иногда ужасающие события, происходящие в послевоенной Европе, и на то влияние, которое они оказали на ее дальнейшее развитие.

Кит Лоу

История Мексиканской революции. Выбор пути. 1917–1928 гг. Том 2

Вторая часть трилогии автора о мексиканской революции охватывает относительно неизвестный для российского читателя период 1917–1928 года, когда именно к Мексике и России было приковано внимание всего мира. В обеих странах победили масштабные народные революции и 20-е годы были временем реализации революционных программ на практике. В условиях ожесточенного противодействия Запада (и в случае Мексики – прежде всего, США) Россия и Мексика проводили грандиозные социальные эксперименты, внимательно изучая опыт друг друга. В обеих странах происходили ожесточенные внутренние схватки в стане победивших революционеров – и все это на фоне борьбы с поднимавшей голову реакцией. СССР уделял Мексике очень большое внимание как стране с революционным, народным режимом. Не случайно, что советским полпредом в Мехико была назначена известная в то время во всем мире Александра Коллонтай.1928 год – год коренного перелома в развитии революционного процесса как в Советском Союзе, так и в Мексике. Произошла смена моделей – в сторону радикализации революции в интересах ускорения индустриального развития и преодоления вековой отсталости.

Николай Николаевич Платошкин

Красный и белый террор в России. 1918–1922 гг.

Книга профессора Казанского университета Алексея Литвина посвящена малоисследованной теме — карательной политике красных и белых правительств против сограждан. Исследование основано на неизвестных ранее материалах из архивов бывшего КГБ СССР и других, прежде закрытых архивохранилищ.Тех, кто прочтет эту книгу, ждет немало неожиданного. Это и секретные репрессивные акты ВЧК, и достоверные факты о покушениях и убийствах политических противников той поры. Вы узнаете, что не Каплан стреляла в Ленина, и имена убийц Николая II, а главное, кому все это было нужно. Вы убедитесь в том, что террор тех лет породил Большой террор 30-х годов. Прочтите эту книгу: Вы не напрасно потратите время!

Алексей Львович Литвин , Алексей Литвин

Крестовые походы

Почему европейские монархи, рыцари, беднота и дети под влиянием проповедей и слухов шли на Восток? В эпоху Средневековья, западноевропейское рыцарство, вдохновленное католической церковью, отправилось в Палестину для освобождения от мусульман Святой земли, где по преданию страдал Иисус Христос. Это движение получило название Крестовых походов, которые стали самыми кровопролитными религиозными войнами XI-XIII вв. Фанатичное движение христиан на Восток вскоре трансформировалось в серию захватнических войн.Книга известного отечественного историка-медиевиста Михаила Заборова (1920-1987) увлекательно рассказывает о всех Крестовых походах на Восток. Автор описывает схватку европейских армий с мусульманами в Малой Азии, Сирии, Палестине, Египте, рассматривает причины зарождения крестоносного движения, влияния на него католической церкви и различные формы участия европейцев в походах, образование христианских государств и военно-монашеских орденов на Востоке. Большое внимание в книге уделяется и конфликтам среди крестоносцев, их противостоянию с венецианцами и византийцами, взятию Константинополя и победителям крестоносцев – туркам-сельджукам.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Михаил Абрамович Заборов

Континент Евразия

Эта книга не просто исторический документ, но доктрина, утверждение, план, программа, глобальный проект евразийства, долгое время считавшегося реакционным течением русской мыслиП.Н.Савицкий (1895–1968) — историк, экономист, географ, философ. Система его взглядов строилась на убеждении, что материк "Европа-Азия", ни будучи ни Азией, ни Европой, представляет собой самостоятельный мир.В книге собраны все наиболее важные, программные тексты по евразийскому мировоззрению, геополитике, философии государства и хозяйствования.

Петр Николаевич Савицкий

История Украинской ССР в десяти томах. Том третий

В томе освещается история Украины второй половины XVII–XVIII в. В центре внимания — освободительная война украинского народа 1648–1654 гг. и воссоединение Украины с Россией, начало разложения феодального способа производства и зарождение капиталистического уклада. Исследуются проблемы политического и культурного развития украинского народа, раскрывается единение сил трудящихся Украины и России в совместной борьбе против феодальной эксплуатации и внешней агрессии.

Коллектив авторов -- История , авторов Коллектив

Россия (СССР) в войнах второй половины XX века

Владимир Антонович Золотарев , Валерий Александрович Яременко , Андрей Николаевич Почтарев , Анатолий Васильевич Усиков

Линейные корабли Соединенных Штатов Америки. Часть II. Линкоры типов “New York”, “Oklahoma” и “Pennsylvania”

В геополитической расстановке сил на море возникла новая реальность, и базировалась она на быстром и массовом появлении "стандартных линкоров" – в первую очередь кораблей с 356-м орудиями. Как же проектировались и строились эти, по сути дела эпохальные, корабли, и как они несли свою долголетнюю службу? К сожалению, в военно-морской литературе, изданной на русском языке, можно почерпнуть не слишком много сведений об этих кораблях. Как и в случае с первыми американскими дредноутами, фактически единственными источниками информации являются журнальные статьи и справочники разных лет и изданий, сведения в которых зачастую противоречат друг другу. Особенно это касается сведений о бронировании (в первую очередь палубном) кораблей, а также данных о проведенных модернизациях.Прим. OCR: Разные имена одного из авторов (Мандель) в первой и второй части книги не ошибка - так в первоисточнике.

Виктор Васильевич Скопцов , Александр Владимирович Мандель

Толкование путешествий

Эта книга о путешествиях за океан, реальных или вымышленных, в течение двух веков. Путешественник ищет Другое; писатель рассказывает о себе. Двойной фокус порождает смысловые игры, выявляемые в параллельных чтениях. Фокус этой книги переходит от утопий к геополитике, от ностальгии к шпионажу, от авторства к инцесту. Чтения Александра Эткинда меняют восприятие самых известных текстов западной традиции, от «Демократии в Америке» до «Бледного огня», и самых известных героев русской истории, от декабристов до Троцкого. Главы книги рассказывают, что Пушкин прочел у Токвиля; как сексуальные эксперименты в Америке воодушевляли русских радикалов; почему американский посол вошел в роман Булгакова; чем философ из Ленинграда влиял на финансового лидера Америки; как непредсказуемо переплелись сюжеты Набокова и Пастернака. Анализируя собственный метод, А. Эткинд характеризует его как «новый историзм»: соединение интеллектуальной истории, политической теории и интертекстуального анализа в путешествиях сквозь тексты, жанры и эпохи.

Александр Маркович Эткинд

Дворец в истории русской культуры. Опыт типологии

Дворец рассматривается как топос культурного пространства, место локализации политической власти и в этом качестве – как художественная репрезентация сущности политического в культуре. Предложена историческая типология дворцов, в основу которой положен тип легитимации власти, составляющий область непосредственного смыслового контекста художественных форм. Это первый опыт исследования феномена дворца в его историко-культурной целостности. Книга адресована в первую очередь специалистам – культурологам, искусствоведам, историкам архитектуры, студентам художественных вузов, музейным работникам, поскольку предполагает, что читатель знаком с проблемой исторической типологии культуры, с основными этапами истории архитектуры, основными стилистическими характеристиками памятников, с формами научной рефлексии по их поводу. Вместе с тем проблемы сюжетно-смысловой типологии дворцов, проблемы взаимоотношения политического и художественного в истории культуры могут быть интересны самому широкому кругу читателей.

Лариса Викторовна Никифорова

Степан Разин

Роман «Степан Разин» известного писателя-историка Ивана Наживина посвящен одному из самых крупных и кровавых восстаний против власти в истории России – Крестьянской войне 1670–1671 годов, которую возглавил лихой казачий атаман, чье имя вошло в легенды.

Иван Федорович Наживин

Наследие Чингисхана

Данное издание продолжает серию публикаций нашим издательством основополагающих текстов крупнейших евразийцев (Савицкий, Алексеев, Вернадский). Автор основатель евразийства как мировоззренческой, философской, культурологической и геополитической школы. Особое значение данная книга приобретает в связи с бурным и неуклонным ростом интереса в российском обществе к евразийской тематике, поскольку модернизированные версии этой теории всерьез претендуют на то, чтобы стать в ближайшем будущем основой общегосударственной идеологии России и стержнем национальной идеи на актуальном этапе развития российского общества. Евразийская идеологическая, социологическая, политическая и культурологическая доктрина, обозначенная в публикуемых хрестоматийных текстах ее отца-основателя князя Трубецкого (1890–1938), представляет собой памятник философской и политической мысли России консервативно-революционного направления. Данное издание ориентировано на самый широкий круг читателей, интересующихся как историей русской политической мысли, так и перспективами ее дальнейшего развития.

Николай Сергеевич Трубецкой

Ленинградские немцы: судьба военных поколений (1941–1955 гг.)

Книга посвящена  депортации ленинградских немцев в 1942г. из ленинграда. Освещаются основные события в истории немецкого населения Ленинграда и Ленинградской области в 1930–50-е годы, связанные с политическими репрессиями, депортацией и репатриацией, послевоенного режима спецпоселения. Исторический очерк дополняют документы военного времени, список немцев, пострадавших от различного вида репрессий в указанный период. Издание рассчитано на специалистов и широкий круг читателей, интересующихся историей российских немцев.

Ирина Васильевна Черкизьянова

Цусимский бой

В душе и памяти русского народа Русско-японская война (1904–1905) оставила очень глубокий след. По сей день не иссякает горячий интерес наших соотечественников к трагическим и героическим событиям тех далёких лет. Эта война во многом определила судьбу не только Японии, но и России. Но если победа Японии стала для страны стимулом в продвижении по пути прогресса и повысила её международный авторитет, то поражение России в ещё большей степени обострило те противоречия и трудности, с которыми столкнулась наша страна на рубеже двух столетий. Можно сказать, что это поражение стало детонатором тех событий, которые потрясли Россию в 1917 году и привели к падению Империи. Но нам нечего бояться памяти о Цусиме. Правда, которой мы должны гордиться, показала, что русский народ не потерял своего героического духа. Эта правда уже в течение тысячи лет является движущей силой русского народа, той живой водой, которая соединяет снова вместе временно разрозненные части русского государства и подымает страну с одра смертельной болезни, воскрешая её к новой жизни.

Георгий Борисович Александровский

Иосиф Грозный

«Он принял разоренную Россию с сохой, а оставил ее великой державой, оснащенной атомной бомбой», — это сказал о Сталине отнюдь не его друг — Уинстон Черчилль.Мерить фигуру Сталина обычным аршином нельзя. Время Лениных — Сталиных прошло. Но надо помнить о нем любителям революций.Один из моих оппонентов-недоброжелателей заметил мне как-то: «Да что ты знаешь о Сталине!» Могу ответить не только ему: знаю больше, чем Алексей Толстой, когда взялся писать роман о Петре. Автор книги Сталина видел воочию, слышал его выступления, смотрел кинохроники, бывал в тех местах, где он жил (кроме Тегерана), и, наконец, еще октябренком собирал «досье» на Сталина, складывая в папки вырезки из газет, журналов и переписывая, что было возможно. Сбор этого «досье», начатого примерно с 36-го года, продолжается и сейчас.Николай Никонов уделяет большое внимание личной жизни вождя, в частности, предлагает свою версию его долгой любовной связи с некоей Валечкой Истриной…

Николай Григорьевич Никонов

Жизнь и реформы

В книге своих мемуаров последний Президент СССР рисует эмоциональную, насыщенную уникальными фактами и откровениями, яркими эпизодами и диалогами картину своего пути к вершине власти. Становятся понятными истоки политического выбора «архитектора перестройки», критически анализируется ход реформ и их влияние на развитие ситуации в стране, постперестроечные реалии которой автор оценивает как драму. Впервые в таком объеме и с такой степенью доверительности Михаил Горбачев рассказывает о своей частной жизни, о своих родных и близких ему людях. Вторая часть книги М.С.Горбачева посвящена внешнеполитическим последствиям реформ, формированию принципиально нового типа взаимоотношений СССР с зарубежными странами, особенно с США и другими ведущими державами, а также со странами бывшего соцлагеря. Интересны анализ автора трагических событий, связанных с распадом Союза, роли в ней отдельных прежних и нынешних политических деятелей, критическая оценка семилетнего периода правления страной, нравственные уроки жизни первого и последнего Президента СССР.

Михаил Сергеевич Горбачёв , Михаил Сергеевич Горбачев

По локоть в крови

Они прошли через самые страшные бои Великой Отечественной, но на их счету нет убитых — только спасенные жизни. Руки у них по локоть в крови — но их поминают добрым словом, за них молятся, их именами называли детей тысячи спасенных ими солдат. Они сами не раз рисковали головой, работая под огнем, каждый из них вытащил с того света сотни наших бойцов, благодаря их подвигу вернулись в строй миллионы.Ветераны знают, что настоящий ад — даже не на передовой, а в санбатах, лазаретах и фронтовых госпиталях, где человеческая боль и весь ужас войны предстают в предельно сгущенном, концентрированном виде. Медики Великой Отечественной — военврачи, медсестры, медбратья, военфельдшеры — годами жили и работали в этом аду, ежедневно глядя в лицо смерти, от их простых, безыскусных рассказов об увиденном и пережитом — мороз по коже и комок в горле. Их живые голоса, их потрясающие истории вы услышите в новой книге проекта Артема Драбкина «Священная война».

Артем Владимирович Драбкин

Происхождение украинского сепаратизма

Николай Иванович Ульянов (1904—1985) — русский эмигрант, историк, профессор Йельского университета (США). Результат его 15-летнего труда, книга «Происхождение украинского сепаратизма» (1966) — аргументированное исследование метаполитической проблемы, уже не одно столетие будоражащей умы славянского мира по обе стороны баррикад. Работа, написанная в своеобразной эссеистической манере, демонстрирующая широчайшую эрудицию и живость ума, не имеющая себе равных в освещении избранного предмета исследования,— не смогла быть опубликована в США: опережающие публикации ее частей в периодике сразу вызвали противодействие оппонентов, не согласных с основным тезисом Ульянова: украинский сепаратизм опирается на ревизию российской истории. Большая часть тиража единственного прижизненного издания была ими скуплена и уничтожена; следующее увидело свет лишь спустя 30 лет в России. Имя Н. И. Ульянова в украинской историографии до сих пор умышленно замалчивается, поскольку его труд способствует пониманию генезиса современного ультранационализма, вскрывает корни стяжательства и вседозволенности, присущих нынешним власть имущим.

Николай Иванович Ульянов , Николай Ульянов

Русь Домосковская. История Российская во всей ее полноте

Василий Татищев – выдающийся русский государственный деятель и ученый, прославивший свое имя в веках составлением «Истории Российской». В этой книге представлена та часть его «Истории», которая освещает домосковский период русской государственности. Особая ценность и неповторимость исторического труда Василия Татищева заключается в том, что он основан на таких первоисточниках-летописях, которые погибли в Московском пожаре 1812 года и были недоступны для позднейших исследователей.

Василий Никитич Татищев

Твой восемнадцатый век

Эта книга — первая в серии, написанной Н. Я. Эйдельманом специально для юношества. Повествование об «осьмнадцатом столетии» построено на анализе интереснейших событий (постоянная борьба за трон, освоение Камчатки и Курил, Пугачевский бунт) и ярких портретах героев, участников исторического процесса — Елизаветы и Екатерины II, Павла I, А. Радищева, князя М. Щербатова… Особое внимание автор уделяет закулисной стороне истории — тайнам дворцовых переворотов. Победители известны всем, а судьбы жертв — далеко не каждому…

Натан Яковлевич Эйдельман

Достижения в СССР. Хроники великой цивилизации

СССР – большое и сильное государство, разместившееся на 1/6 части суши – был настоящей фабрикой достижений. В любой отрасли, будь то наука, оборона, культура или спорт, в Советском Союзе было кем и чем гордиться!Главным достижением советского времени 1920-х годов стала электрификация всей страны, ликвидация безграмотности, преодоление последствий революции и Гражданской войны. Образование и медицинское обслуживание стали бесплатными для всех советских граждан. 1930-е годы стали началом времени грандиозных строек: введены агрегаты на Днепрогэсе, построен Беломорско-Балтийский канал. 1940-е отмечены победой над фашизмом и началом восстановления страны. Среди достижений 1950-х – успешное испытание водородной бомбы, спуск на воду атомного ледокола «Ленин», освоение целинных земель Казахстана, Поволжья, Урала, Сибири, Дальнего Востока. «Космическое десятилетие» 1960-х показало, что СССР – первый в мире космических технологий, начавшихся полетом Юрия Гагарина в космос. 1970-е и 1980-е – триумф советской культуры: по всему миру гремит слава русского балета и хоккея, в Москве проходит Олимпиада.СССР реально шел впереди Планеты всей! Мы не имеем права стесняться нашего недавнего прошлого, ибо нам есть чем гордиться, – утверждает эта книга о величайших достижениях советской эпохи.

Софья Бенуа

Великая оболганная война

Последние два десятилетия в сознание жителей нашей страны упорно внедряются штампы и стереотипы, призванные «дегероизировать» Великую Отечественную войну. Как «общеизвестный факт» преподносится учёба в Советском Союзе Геринга и Гудериана. Редкий из нынешних фильмов о войне обходится без заградительных отрядов, расстреливающих отступающих красноармейцев. В каждую очередную годовщину Ленинградской блокады российские СМИ вспоминают благородного маршала Маннергейма, якобы спасшего город на Неве от уничтожения. Эти и другие популярные военные мифы подвергнуты критическому разбору в книге Игоря Пыхалова.Рассчитана на широкий круг читателей, которым небезразлична недавняя история своей страны.

Игорь Васильевич Пыхалов , Игорь Пыхалов

История Византии. Том I

Первый том труда "История Византии" охватывает события с середины IV до середины VII века. В нем рассказано о становлении и укреплении Византийской империи, о царствовании Юстиниана и его значение для дальнейшего развития государства, о кризисе VII в. и важных изменениях в социальной и этнической структуре, об особенностях ранневизантийской культуры и международных связях Византии с Западом и Востоком.

Елена Эммануиловна Липшиц , Георгий Львович Курбатов , Зинаида Владимировна Удальцова , Ксения Владимировна Хвостова , Сергей Сергеевич Аверинцев

Рассказы о Москве и москвичах во все времена

Очерки известного журналиста и писателя Леонида Репина в сокращенном виде печатались в «Комсомольской правде». Впервые они публикуются полностью. За эту работу автор удостоен звания лауреата премий имени В. А. Гиляровского и «Серебряное крыло».

Леонид Борисович Репин , Леонид Репин

Повседневная жизнь во времена трубадуров XII—XIII веков

Трубадуры — певцы Любви и Прекрасной Дамы — создали не только замечательную поэтическую культуру, но и своеобразную культуру любви, возвысили любовное переживание до степени искусства. Главной темой, содержанием и сутью поэзии трубадуров является любовь к Даме, любовь, которую принято называть «куртуазной». Книга Женевьевы Брюнель-Лобришон и Клоди Дюамель-Амадо дает основание для размышлений на самые разные темы, так или иначе связанные с трубадурами и их эпохой: «трубадуры и катары», «трубадуры и Церковь», «куртуазия и служение»…Для более полного представления «повседневной жизни во времена трубадуров XII–XIII веков» книга дополнена переводами из староокситанской поэзии.

Клоди Дюамель-Амадо , Женевьева Брюнель-Лобришон

На страже тишины и спокойствия: из истории внутренних войск России (1811 – 1917 гг.)

Эта книга – первый труд в отечественной военной историографии, посвященный малоизвестной и почти не исследованной теме: истории внутренней и конвойной стражи России (XIX – начало XX вв.). На основе главным образом архивных источников, большинство из которых впервые введены в научный оборот, рассказано о создании, строительстве, деятельности этих формирований, их роли и месте в охранительной системе Российской империи. Показано, как была тогда организована и осуществлена служба охраны порядка и внутренней безопасности государства. Читатель познакомится с теоретическими воззрениями на эту проблему и практическим ее исполнением. Перед ним пройдет целая галерея военачальников, возглавлявших в разное время внутреннюю и конвойную стражу.В книге много фактов, событий, действующих лиц, и это делает ее информативной, интересной и полезной не только для специалистов, но и для широкого круга читателей, особенно военнослужащих и ветеранов внутренних войск.

Самуил Маркович Штутман

Одни в горах

Луис Ламур

История Мальтийского ордена

Монография посвящена истории старейшего духовно-рыцарского ордена Римско-католической церкви. На протяжении своей многовековой истории орден не раз вынужден был менять свое местонахождение, менялось и название ордена и его рыцарей. В начале они назывались госпитальерами, или иоаннитами, с 1291 года «рыцарями Кипра», с 1306 года «рыцарями Родоса». Только тогда, когда в 1530 году орден получил во владение от императора Священной Римской империи германской нации Карла V остров Мальту, он стал называться «Мальтийским». Впрочем, и до сего дня орден продолжают называть «орденом иоаннитов», «орденом госпитальеров» или «Орденом святого Иоанна Иерусалимского». Большое внимание в исследовании уделено взаимоотношениям ордена и Российской империи. Вводятся в научный оборот неизвестные российским исследователям документы из зарубежных публикаций и российских архивов.Впервые читателям предлагается исторический очерк о Мальтийском ордене XIX–XX вв.

Владимир Николаевич Чибисов , Владимир Александрович Захаров

Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе

«Тысячелетие спустя после арабского географа X в. Аль-Масуци, обескураженно назвавшего Кавказ "Горой языков" эксперты самого различного профиля все еще пытаются сосчитать и понять экзотическое разнообразие региона. В отличие от них, Дерлугьян – сам уроженец региона, работающий ныне в Америке, – преодолевает экзотизацию и последовательно вписывает Кавказ в мировой контекст. Аналитически точно используя взятые у Бурдье довольно широкие категории социального капитала и субпролетариата, он показывает, как именно взрывался демографический коктейль местной оппозиционной интеллигенции и необразованной активной молодежи, оставшейся вне системы, как рушилась власть советского Левиафана».

Георгий Дерлугьян

Абвер: щит и меч Третьего рейха

Эта книга представляет редкую возможность взглянуть изнутри на работу мощнейшей разведки мира, каковым и являлся абвер до 1944 года. Разведчики высокого ранга редко оставляют мемуары, а если и оставляют, то время их публикации наступает через десятилетия после смерти всех участников событий. Уникальность данного издания в том, что оно основывается исключительно на документальных материалах—протоколах допросов и показаниях старших офицеров абвера во время следствия в русском и американском плену.

Юлиус Мадер

Создание империи

Пятитомный труд выдающегося итальянского историка и публициста, впервые вышедший в свет в 1902–1907 гг., посвящен гражданским войнам в Риме, приведшим к падению Республики и утверждению нового императорского режима Принципата. Изложение включает предысторию — время формирования и роста римской державы, период гражданских войн (30-е гг. I в. до н. э.) и подведшее под ним черту правление императора Августа (30 г. до н. э. — 14 г. н. э.). Повествование отличается напряженным драматизмом, насыщено идеями и сопоставлениями, подчас весьма парадоксальными, изобилует блестящими портретными характеристиками (Суллы, Помпея, Красса, Лукулла, Цезаря, Цицерона, Октавиана Августа). Книга была переведена на все важнейшие европейские языки; русский перевод, подготовленный видным исследователем античности А.А. Захаровым, был опубликован между 1914 и 1925 гг. Новое издание этого перевода подготовлено под научной редакцией доктора исторических наук, профессора Э.Д. Фролова.

Гульельмо Ферреро , А. Захаров

Первое Полоцкое сражение (боевые действия на Западной Двине в июле-августе 1812 г.)

Книга посвящена анализу событий на одном из театров боевых действий Отечественной войны 1812 г., который был незаслуженно обойдён вниманием историков. Речь идёт о линии фронта по Западной Двине, о первом Полоцком сражении и боевых столкновениях, ему предшествовавших. Конечно, эти события описывались в любом обобщающем труде по истории той войны, но очень лапидарно и на основании весьма ограниченного круга источников, вследствие чего в литературе появились некоторые штампы, в обыденном сознании обретшие значение несомненных истин.Автор впервые в отечественной и зарубежной историографии привлёк максимальное количество разноязычных источников разного рода, от официальных документов до мемуаров. Он постарался исправить парадоксальную ситуацию, состоящую в том, что последняя биография генерала П.X. Витгенштейна была написана аж в 1909 г., а боевая деятельность его 1-го отдельного корпуса вообще не удостоилась специального исследования в российской историографии.В заключение автор попытался объективно оценить роль "защитника града Петрова" на первом этапе той знаменательной войны.

Андрей Иванович Попов