История

Лишенцы в системе социальных отношений
Лишенцы в системе социальных отношений

Книга посвящена лишению избирательных прав по социальному признаку в первые два десятилетия существования советского государства. Это явление, возникшее вскоре после Октября 1917 г. стало важным элементом социальной политики. Оно давало власти возможность, не прибегая к прямым репрессиям, устранять от активного участия в общественной и политической жизни представителей т. н. «непролетарских слоев» населения.Автор, основываясь на богатом фактическом материале, показывает, как было организовано лишение избирательных прав в Смоленской губернии (1918–1929 гг. и в Западной области (1929–1936 гг.). Рассмотрена и система ограничений в хозяйственной, социальной и бытовой сферах, накладывавшихся на граждан, лишавшихся прав голоса. Особое внимание уделено проблемам взаимоотношений лишенцев с обществом и властью. В работе показано, что одним из главных последствий лишения избирательных прав стало формирование особой категории «классово чуждых элементов», многие из которых стали впоследствии жертвами политических репрессий.

Демьян Валерьевич Валуев , Валуев Демьян Валерьевич

История / Образование и наука
Битва при Грюнвальде
Битва при Грюнвальде

В июле 1960 года торжественно отмечалось 550-летие Грюнвальдской битвы — славной победы объединенных сил Польши и Литвы над армией немецких захватчиков. В этой великой победе союзных сил огромную роль сыграли русские воины, сражавшиеся в едином строю с поляками, литовцами и чешскими дружинниками.«Грюнвальд навсегда останется в памяти народов как пример не только мужественного сопротивления иноземным захватчикам, но и того, что путь к победе над захватчиком — в единстве народов, которым он угрожает» (Н. С. Хрущев).Книга предназначена для внеклассного чтения учащихся восьмилетней школы и для широкого круга советской молодежи, интересующейся героическим прошлым братских народов стран социалистического лагеря и народов Советского Союза.

Геннадий Борисович Карамзин

История / Образование и наука
Зверобои залива Мелвилла
Зверобои залива Мелвилла

Это повесть о полярных эскимосах северо-западной Гренландии. В мировой литературе найдется немного книг, в которых бы с такой теплотой и симпатией описывалась жизнь гренландцев - небольшого, но мужественного и стойкого народа.  Автор книги, известный датский писатель и путешественник Петер Фрейхен, много лет прожил среди эскимосов, сроднился с ними, делил с ними горести и радости. Поэтому-то со страниц книги, как живые, встают образы ее героев - смелых, находчивых, добродушных, справедливых и бескорыстных.  Но не только о жизни эскимосов рассказывает здесь автор. Основа сюжета книги - история спасения пяти моряков шотландского китобойного судна, полная приключений, борьбы со стихией, драматических ситуаций. В ткань повествования органически вплетены прекрасно написанные новеллы, потрясающие своей правдивостью и тонким психологизмом. В них рассказывается о богатой событиями жизни эскимосов, европейских китобоев и рыбаков. Запоминаются по-своему красивые картины природы самой северной страны на Земле, почти целиком закованной в ледяной панцирь.  "Зверобои залива Мелвилла" - гимн мужественному гренландскому народу, живущему в суровых условиях Заполярья и всегда готовому помочь попавшим в беду. 

Петер Фрейхен

История / Приключения / Путешествия и география / Проза / Современная проза
Фавориты Екатерины Великой
Фавориты Екатерины Великой

Правление Екатерины Великой – время блистательного заката фаворитизма в России, и имя императрицы прочно ассоциируется с её «министрами удовольствий». Молодые гвардейские офицеры сменяли друг друга в покоях государыни, развлекали её в столице и загородных резиденциях, сопровождали в поездках, получали баснословно дорогие подарки, титулы, чины, ордена и имения с тысячами крепостных, но довольно быстро сходили с исторической сцены. Как фаворитизм был встроен в систему государственного управления? Каковы причины появления череды царских любимцев? Чем, помимо близких отношений с повелительницей, они занимались в «известной должности», какую роль играли в придворной жизни и большой политике?Очерки доктора исторических наук Игоря Курукина, основанные на архивных и опубликованных источниках и научных исследованиях, посвящены избранникам Екатерины II, в меру сил и способностей разделявшим её интересы и чаяния, но не имевшим собственного мнения.

Игорь Владимирович Курукин

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Мировыеинформационныересурсы
Мировыеинформационныересурсы

В учебном пособии изложены основные понятия и сущность информации и информационных ресурсов. Приведена классификация информационных ресурсов, причем особое внимание обращено на недокументированные ресурсы. Дана характеристика различных печатных и электронных информационных ресурсов. Впервые приведен материал по оценке качества информационных ресурсов и эффективности их использования, а также по моделированию процессов формирования и распространения информационных ресурсов. Рассмотрена характеристика рынка информационных продуктов и услуг, достаточно подробно описаны потребители, источники и поставщики информационных ресурсов. Приведены основы правового регулирования на информационном рынке. Для студентов вузов и специалистов в области мировых информационных ресурсов и информационного менеджмента.

Александр Блюмин

История
Конкистадоры: Новая история открытия и завоевания Америки
Конкистадоры: Новая история открытия и завоевания Америки

За несколько десятилетий после первой экспедиции Колумба в 1492 году Испания поставила под свой контроль территорию десятка современных государств Америки и покорила две самые могучие цивилизации континента – империи ацтеков и инков. Эрнан Кортес, Франсиско Писарро и другие конкистадоры прочно вошли в историю как образчики высокомерия к чужим культурам, безудержной алчности и часто иррациональной жестокости. Всего такого в их действиях было немало, но двигало этими первыми настоящими европейскими колонизаторами не только это. Они были носителями средневековой культуры рыцарских романов, имели сложные представления о правах, подданстве и пределах королевской власти и не смогли бы одержать свои победы без энергичной поддержки многих туземцев.Конкистадоры, вполне в духе Позднего Средневековья не различавшие для себя веру и славу, а также являвшиеся приверженцами тех форм политической организации, в которых любое разделение светских и духовных вопросов выглядело абсурдом, могут показаться нам безнадежными ретроградами. Тем не менее, несмотря на все их неоспоримые недостатки, история конкистадоров может быть адекватно оценена только в том случае, если мы будем открыты и восприимчивы к культуре их мира, который, каким бы чуждым он нам ни казался, был таким же человеческим и столь же подверженным ошибкам, как и наш собственный.Мексиканский историк Фернандо Сервантес, сам прямой потомок одного из конкистадоров, поставил своей целью разглядеть этот реальный контекст за штампами и мифами об испанской колонизации. Анализируя дневники, письма, хроники и первые в истории правозащитные трактаты, он постарался отделить факты от саморекламы, желания оклеветать конкурентов и многовековых усилий иностранных – прежде всего голландских и английских – авторов представить испанцев в максимально невыгодном свете. Эта книга и заставляет задуматься о том, как пишется история, и проливает совершенно новый свет на события, превратившие личную унию небольших европейских монархий в одну из величайших империй всех времен.Как по-прежнему знает каждый мексиканский школьник, утром 1 июля 1520 г. Кортес пролил горькие слезы, стоя под сенью огромного кипариса-ауэуэтля, комель которого все еще можно видеть сегодня, как и любоваться вдохновленными им произведениями искусства. Тогда же Кортес якобы произнес «Вперед, ибо мы ни в чем не нуждаемся!», едва убедившись, что опытный корабельных дел мастер Мартин Лопес хоть и тяжело ранен, но попал в число тех 400 счастливчиков, которым удалось пережить эту катастрофу.Для когоДля всех, кому интересна история и ее восприятие.Писарро получил несколько тяжелых ранений и поскользнулся в луже собственной крови в тот момент, когда попытался перекреститься и призвать исповедника. Говорят, что смертельным стал удар керамическим кувшином по голове, который один из заговорщиков, Хуан Родригес Барраган, нанес с воплем «В аду и исповедуешься!».

Фернандо Сервантес

Публицистика / История
Христос с тысячью лиц
Христос с тысячью лиц

Иисус Христос был – но не один. Их было много. Едва ли не каждый адепт раннего христианства мог видеть и знать своего Христа. В продолжении бестселлера «Иисус. Историческое расследование» писатель и журналист Юлия Латынина ставит перед читателями новые неожиданные вопросы: чему именно учил настоящий Мессия и почему его апостолы так быстро стали переделывать его учение?Книга превращает безликие статичные фигуры апостолов – Иоанна, Филиппа, Павла – в живых людей, со своими необыкновенными биографиями и яростными, несовместимыми теологиями. Двум персонажам уделено особое внимание.Фигура Иуды Фомы, претендовавшего на звание духовного близнеца Христа и проповедовавшего за Евфратом, переворачивает традиционное представление о христианстве как о вере, развивавшейся в пределах Римской империи. А фигура Иоанна Крестителя – религиозно-политического лидера невероятного авторитета и мощи – принципиально меняет представления о времени и причине возникновения гностицизма.

Юлия Леонидовна Латынина

История / Образование и наука
Последние Северы
Последние Северы

Приход к власти сирийской ветви династии Северов был попыткой римской армии вернуть «лучшие» времена Септимия Севера и Каракаллы, а аристократии – «лучшие» времена Антонина Пия и Марка Аврелия. Эта попытка не удалась, как из-за негодности самих последних императоров Северов, так и по объективным причинам нарушения государственной стабильности.Перекос в несоразмерном повышении роли армии и понижении качества управления при росте экономических проблем и духовном кризисе имперского населения можно назвать «Скрытым кризисом» (или начальным этапом «Кризиса III века»). Его начало можно датировать временами Септимия Севера, во времена Каракаллы и Гелиогабала наступил пик «Скрытого кризиса», а при Александре ситуация дозрела и до открытой фазы, апофеозом чего стало убийство принцепса. Убийство последнего из Северов стало переломным моментом между скрытым и открытым кризисом империи. Именно последний этап «Скрытого кризиса» империи рассматривается в данном труде в форме политических биографий и психологических портретов Гелиогабала и Александра Севера.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Николай Анатольевич Савин

История