Философия

Философия и социология гуманитарных наук
Философия и социология гуманитарных наук

В.Н. Волошинов (1895 – 1936) – ученый, поэт и музыкант, в 1920 – 1930 гг. занимался проблемами языкознания, социологической поэтики, социологией и методологией искусства, лингвистикой, ученик М.М. Бахтина и его близкий друг. Атмосфера равноправного «диалога» и философских дискуссий в их кругу привела к созданию ряда работ, написанных Волошиновым на основе «единой» и согласованной с М. Бахтиным «общей концепции языка и речевого произведения». В этом смысле данные работы являются «программными манифестами» школы и представляют особый интерес. Труды В.Н. Волошинова переведены на все основные европейские и японский языки.В издание вошли неопубликованные стихотворения В. Волошинова, письма и дневники, статьи и рецензии по истории и теории музыки. Полностью представлены работы по психоанализу и фрейдизму, социологии, лингвистике. Издание содержит биографический очерк и библиографию работ В.Н. Волошинова, примечания, указатели. Архивные материалы 1920-х гг. публикуются впервые.

Валентин Николаевич Волошинов

Философия
Weird-реализм: Лавкрафт и философия
Weird-реализм: Лавкрафт и философия

Невозможно спорить с тем, что к началу третьего тысячелетия писатель «бульварных ужасов» Г. Ф. Лавкрафт стал культовой фигурой. Из его мифов была воссоздана вселенная вселенных любого мифотворчества в современной культуре. Сложно спорить с тем, что Лавкрафт является великим американским писателем. Наряду с По, Торо, Меллвилом, Твеном, Уитменом и др., его произведения с 2005 года входят в «Библиотеку Америки». Но разве все это не влияние духа времени? Сопоставим ли Лавкрафт по своему стилю с такими писателями, как Пруст и Джойс? Американский философ Грэм Харман отвечает: «Как минимум». И если господствующей фигурой предыдущей философии (во многом благодаря Хайдеггеру) был «поэт поэтов» — Гёльдерлин, — то фигурой новой, реалистической философии должен стать Лавкрафт. Прочтение Харманом Лавкрафта интересно сразу в нескольких смыслах. Во-первых, речь идет о демонстрации своего рода стилистической прибавочной ценности, которая делает невозможной сведение рассказов Лавкрафта к их буквалистскому прочтению и за которой стоит неповторимая техника писателя. Во-вторых, эта техника связывается с лавкрафтовским умением выписывать в своих произведениях зазоры, соответствующие четырем базовым напряжениям собственной, объектно-ориентированной философии Хармана. Наиболее характерны здесь — аллюзивность (намек или серия намеков на тёмные, скрытые и не сводимые ни какому описанию реальные объекты вроде статуэтки Ктулху или даже Азатота, «чудовищного ядерного хаоса») и кубизм (язык намеренно перегружается избыточностью планов, срезов и аспектов описываемого объекта, например антарктического города в «Хребтах безумия»). И в-третьих, вопреки формализму любого рода, нельзя забывать, что Лавкрафт — это прежде всего писатель ужасов и порождаемые им каскады аллюзий и нагромождения вычурных описаний ведут нас к маняще-пугающим сторонам реальности.

Грэм Харман

Философия / Образование и наука
Нам не дано предугадать
Нам не дано предугадать

Георгий Романшин ехал на работу не в лучшем расположении духа. Две недели назад он был назначен исполняющим обязанности заместителя директора по науке большого НИИ. Надо бы радоваться, только-только исполнилось тридцать шесть лет, и такая должность… Надо бы радоваться, но радости нет. Есть сильная головная боль. Георгий хотел идти в науке дальше и дальше, но бессменный научный руководитель решил по-другому. По его мнению, Георгию настало время набраться житейского опыта и, пока молодой, так сказать, поработать в поле. Георгий ехал на работу и не предполагал, что впереди его ждет любовь, интересная работа, а главное – разгадка тайны, которую завещал ему дед.

Елена Александровна Кралькина , Вера Эльберт , Александр Владимирович Голицын , Софья Николаевна Голицына

Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Философия / Документальное
Введение в философскую феноменологию
Введение в философскую феноменологию

Владимир Николаевич Катасонов — российский философ и православный богослов.Доктор философских наук, доктор богословия.Первое высшее образование получил в МГУ им. М. В. Ломоносова, окончив механико-математический факультет. В 1995 году в Институте философии РАН защитил диссертацию на соискание учёной степени доктора философских наук по теме «Философские предпосылки новоевропейской математики». В 2012 году защитил докторскую диссертацию по богословию по теме «Концепция актуальной бесконечности как место встречи богословия, философии и науки».В. Н. Катасонов является автором более 130 научных и научно-методических работ, в том числе 6 монографий, составитель и ответственный редактор 6 научных сборников.Работы В. Н. Катасонова посвящены обсуждению философско-религиозных аспектов культуры, среди них: генезис новоевропейского естествознания, диалог науки и религии, история западноевропейской и русской философии, религиозные аспекты русской литературы, философские проблемы образования, философия политики.

Владимир Николаевич Катасонов , Владимир Катасонов

Философия / Православие / Христианство / Эзотерика / Образование и наука
Искусство и красота в средневековой эстетике
Искусство и красота в средневековой эстетике

Мировую славу Умберто Эко обрел как автор шести романов, ставших вечной классикой. Однако сам он считает куда более важной свою научную работу. Выдающийся семиолог, медиевист, культуролог и массмедиолог, почетный профессор многих университетов, в академической среде Эко фигура не менее масштабная, чем в художественной литературе.Одна из главных сфер его научной деятельности – медиевистика, и в этой книге Эко знакомит неспециалистов с работами крупнейших мыслителей Средневековья – таких как Фома Аквинский, св. Бонавентура, Дунс Скот и Уильям Оккам, – занимавшихся проблемами эстетики. Что такое красота? Из чего она складывается – в природе, в искусстве, в Боге, в человеке? Существует ли красота истинная, объективная, независимая от созерцателя? Поиск ответов на эти вопросы в Средние века позволяет глубже понять наше собственное чувство прекрасного и по-новому оценить разнообразные проявления красоты в окружающем нас мире.В формате a4.pdf сохранен издательский макет книги.

Умберто Эко

Культурология / История / Философия
Города
Города

Немецко-еврейский философ Вальтер Беньямин, пионер культурологического исследования памяти и философии места, одним из первых предположил, что городская жизнь усиливает чувство изоляции и атомизации. В разные годы им были написаны Denkbilder («мыслеобразы»), короткие тексты, запечатлевшие урбанистические пейзажи, в которых город предстает как головоломка или мифический лабиринт: импрессионистическое эссе о Неаполе (1925), портрет советской столицы (1926–1927), заметка Гашиш в Марселе (1932). Но центральное место в констелляции городов Беньямина отведено Берлину, в котором он вырос, и ненадолго укрывшему его от еврейских погромов Парижу.Написанный в годы подъема нацизма (1931–1938) шедевр топографической герменевтики Берлинское детство, по словам Адорно, стал для автора «аллегорией заката собственной жизни» – в нем описан город, на который ложатся тени Третьего рейха. Это исследование пространственной модели памяти и диалектики безвозвратной утраты и спасения прошлого, пронизанное аллюзиями на греческие мифы, Данте, Шекспира и Пруста, стало берлинским «поиском утраченного будущего». В эссе Париж, столица XIX столетия (1938) философ вскрывает генеалогию капиталистического мифа, фетишизирующего потребление. Центральными образами своей критики современности Беньямин делает фланера, фантасмагорическое пространство универмага и фаланстер, в котором «нравственность становится излишней».

Вальтер Беньямин

Культурология / Философия
Общественное подсознание
Общественное подсознание

Предлагаемые вниманию читателя трактаты, выходящие в двух книгах, представляют собой неповторимое соединение психоанализа и восточной эзотерики, выросшее на благодатной почве русского застоя. В сжатой, энергично-афористической манере, перекликающейся с бердяевской, автор дает своеобразную философскую картину внешнего и внутреннего мира человека, популярно излагая порою сложные метафизические, психологические и мистические идеи. Книга рассчитана на самые широкие круги читателей, интересующихся философией и самопознанием. Книга первая содержит трактаты `Знаки на пути` и `Психология подсознания`, книга вторая — трактат `Общественное подсознание`.Трактат "Общественное подсознание" посвящен, как сейчас говорят, трансперсональным вопросам, а именно, описанию структур тонкого мира, соответствующих человеческим коллективам. Основная тема этого трактата — отношения человека с коллективами, в которые он по ходу своей жизни вольно или невольно включен, в частности, со своей семьей, а также фирмой, народом и государством.

Авессалом Подводный

Философия / Образование и наука