Философия

Дао - путь воды
Дао - путь воды

Книга `Путь воды` по праву может быть названа лебединой песней Алана Уотса, его духовным завещанием всем тем, кто продолжает путешествие по живописным просторам между двух вечностей - вечности до жизни и вечности после нее. Казалось бы, если автор не предлагает нам изменять этот мир, что он вообще может сказать - как он может по - новому увидеть жизнь, о которой все от мала до велика знают, что она непредсказуема, быстротечно и далеко не всегда радует нас? И все же автор находит, что сказать. Известный своими многими книгами (`Путь Дзэн` и `Книга о Табу` - только первые ласточки в русском переводе), Алан Уотс снова увлекает нас яркой манерой изложения, очевидностью и изящностью наблюдений, их необычайной глубиной. С неподражаемым мастерством он возвращаетнас в третью, а в действительности единственно реальную вечность - в поток настоящего, - туда, где каждый вопрос отвечает сам на себя, где и подавно нет никаких проблем. За несколько месяцев до своего ухода в ноябре 1973 года, Алан Уотс запечатлел это уникальное, мистическое мироощущение, переосмысливая древнюю, как мир, философию Дао. Чтобы по - новому взглянуть на жизнь, чтобы вернуться к истокам мира в текущем мгновении, говорит он, действительно не нужно ничего менять - достаточно лишь осознать то, что было сказано китайскими мудрецами тысячи лет назад, но верно для любого места и любого времени... И хотя книга `Путь Воды` осталась незаконченной, главное автор успел сказать - и это главное сейчас перед вами, напечатанное черным по белым страницам.

Алан Уотс

Философия / Образование и наука
Чжуан-цзы Бронислава Виногродского. Книга о знании и власти
Чжуан-цзы Бронислава Виногродского. Книга о знании и власти

«Сон Чжуан-цзы», в котором ему казалось, что он бабочка, и пробуждение с вопросом «Кто кому снится? Бабочка Чжуан-цзы или Чжуан-цзы бабочке?» – возможно, самая известная в мире китайская метафора об устройстве сознания и познании мира. Чжуан-цзы – знаменитый философ-даос и автор притч, занимающий в пантеоне китайской культуры место, соизмеримое с Конфуцием и Лао-цзы и в то же время особенное, поскольку его произведения доступны для понимания читателю с любым уровнем подготовки и непосредственно: как текст и образный ряд. И эти притчи оказывают на сознание читающего непосредственное и прямое действие, преобразуя символы забавных и поучительных историй в заряд созидательной энергии, которую каждый волен направить туда, куда ему вздумается: в бизнес, в саморазвитие, в отношения, в собственное творчество. Потому что Великий Созерцатель поведал нам о том, что видел вокруг себя, постоянно обращая свой взгляд не на вещи, а на время и изначальное в этих вещах. По сути, во всем тексте говорится о вещах простых и обыденных, но как только они оказываются в поле рассмотрения мудрого, тут же проявляется в них великая тайна этого мира.Бронислав Брониславович Виногродский, известный переводчик, художник и эксперт по Китаю, впервые в истории прочтения и познания Чжуан-цзы сделал не буквальный перевод, а пересказал весь известный на сегодня свод притч современным языком. «Думаю, – пишет во введении Бронислав Брониславович, – что каждый читатель прочтет книгу по-своему и сделает свои выводы. А именно для этого все и написано. Уверен, что вы будете возвращаться к этой книге множество раз, ибо на каждом новом этапе познания будет меняться ваше видение, а неисчерпаемая глубина древней мудрости всегда будет источником прозрения и вдохновения для вдумчивого читателя. Потому странствуйте в беспредельном по волнам своей воли, воли этого мира. Хороших вам путешествий духа, познания, воли и власти, в первую очередь над самими собой, ибо никакой другой власти в этом мире нет и быть не может».

Бронислав Брониславович Виногродский

Философия / Древневосточная литература / Образование и наука / Древние книги
Предательство интеллектуалов
Предательство интеллектуалов

Французский писатель, философ, публицист Жюльен Бенда (1867 – 1956) вошел в историю европейской культуры главным образом как автор книги «Предательство интеллектуалов» (1927). В представлении Ж. Бенда, общественная функция интеллектуала – сохранять вечные духовные ценности человечества и служить для людей нравственным ориентиром, показывая им образец деятельности, не подчиненной практическим целям. Но интеллектуалы, утверждает автор, изменили своему назначению – не потому, что оказались вовлеченными в события истории, а потому, что утратили важнейший свой атрибут: беспристрастность. Вместо того чтобы судить обо всем происходящем с позиций общечеловеческой справедливости, общечеловеческой истины, общечеловеческого разума, они приняли реализм массы, прониклись «политическими страстями» и стали разжигать их в согражданах.Книга вызвала оживленные споры. Насколько реален созданный автором облик подлинного интеллектуала? Когда интеллектуал становится «предателем»: тогда, когда «предает» вечные ценности, или же тогда, когда «предает» свою социальную группу, нацию, страну? Всегда ли можно оценивать конкретные действия исходя из отвлеченных моральных принципов? Какова мера участия интеллектуала в политической жизни общества?

Жюльен Бенда

Культурология / Политика / Философия / Образование и наука
Духовные сокровища. Философские очерки и эссе
Духовные сокровища. Философские очерки и эссе

Николай Рерих известен всему миру не только как великий художник, но и как выдающийся философ и ученый. В этом сборнике представлены наиболее интересные очерки и эссе Рериха, посвященные актуальным проблемам философии, истории, культурологии, истории искусства, философии науки, а также философской психологии.Смелость, оригинальность и широта философских взглядов Рериха поражают воображение. Рерих одним из первых высказал идею о том, что Древняя Русь обладала великой и самобытной древней культурой, до сих пор неизвестной официальной исторической науке; что древние эпохи истории человечества хранят в себе недоступные современной цивилизации тайны. Николай Рерих откроет вам суть многих загадочных явлений природы и неизученных способностей человеческой психики.

Николай Константинович Рерих

Философия / Образование и наука
Уходящий аромат культуры. Эстетика распада
Уходящий аромат культуры. Эстетика распада

Как писал испанский философ, социолог и эссеист Хосе Ортега-и-Гассет, «от культуры в современном мире остался лишь легкий аромат, – уходящий и уже трудноуловимый». Цивилизация, основанная на потреблении и эгоистическом гедонизме, порождает деградацию общественных и культурных идеалов, вырождение искусства. В то же время Гассет пытается найти особую эстетику распада, которую он видит в модерне. Эту тему продолжает Морис Бланшо, французский писатель, мыслитель-эссеист, пытаясь найти антитезу массовой культуре. Произведения Гассета и Бланшо отличаются не только философской глубиной и содержательностью, но и прекрасным литературным стилем, что всегда привлекало к ним читательский интерес.

Морис Бланшо , Хосе Ортега-и-Гассет

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука
«Только между женщинами». Философия сообщества в русском и советском сознании, 1860–1940
«Только между женщинами». Философия сообщества в русском и советском сознании, 1860–1940

Вторая половина XIX века в русской истории стала временем активного конструирования утопических социальных моделей, а начало XX века целиком было посвящено попыткам воплощения этих моделей в жизнь. В философских и литературных дискуссиях того времени важное место занимал образ идеальных отношений между женщинами: многие авторы, и среди них Толстой, Чернышевский, Чехов, изображали женское сообщество как силу, способную содействовать положительным переменам в обществе. До эпохи реализма женская дружба редко удостаивалась внимания авторов, но, начиная с романов «Что делать?» и «Война и мир», она обретает философскую глубину и становится самостоятельной линией повествования.Исследование Энн Икин Мосс посвящено способам изображения такой идеализированной дружбы — автор демонстрирует, какое место этот образ занимает в русской мысли и прослеживает, как он меняется на протяжении нескольких эпох, заканчивая свой анализ обращением к сталинскому кино.Энн Икин Мосс — специалист по славянским языкам и литературе, PhD, преподает в Чикагском Университете.

Энн Икин Мосс

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука
Первые философы Индии
Первые философы Индии

В книге впервые предпринята попытка представить историю индийской философии как историю творческих философских индивидуальностей. Опираясь преимущественно на памятники палийского канона буддистов и канонические тексты джайнов, автор реконструирует философские биографии и учения более двадцати основных персонажей реальной истории индийской мысли шраманской эпохи — эпохи первой переоценки всех ценностей и первой интеллектуальной революции Индии, датируемой VI–V вв. до н. э. Персоналия шраманской эпохи завершается философской биографией Будды, в котором автор видит своего рода итоговую фигуру первого периода всей индийской философии. Заключает книгу сравнительный анализ достижений первых индийских и греческих философов, а в качестве приложения представлен перевод одного из фундаментальных памятников палийского канона «Брахмаджала-сутты» и фрагмент о полемике из трактата «Чарака-самхига». Учебное пособие рассчитано на будущих историков философии и всех интересующихся восточной мыслью.

Владимир Кириллович Шохин , Владимир Шохин

Философия / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика / Образование и наука
БОГИ В КАЖДОМ МУЖЧИНЕ. АРХЕТИПЫ, УПРАВЛЯЮЩИЕ ЖИЗНЬЮ МУЖЧИН
БОГИ В КАЖДОМ МУЖЧИНЕ. АРХЕТИПЫ, УПРАВЛЯЮЩИЕ ЖИЗНЬЮ МУЖЧИН

Джин Шинода Болен БОГИ В КАЖДОМ МУЖЧИНЕ АРХЕТИПЫ, УПРАВЛЯЮЩИЕ ЖИЗНЬЮ МУЖЧИН Перевод Е.Мирошниченко J.Bolen. Gods in Everyman. S.F.: Harper & Row, 1989; М.: ИД "София", 2008   «Боги в каждом мужчине» - это психология мужчины с точки зрения женщины. Познавая архетипы богов, вы можете более ясно увидеть себя и других. Вы поймете, на кого похожи от рождения, кем пытаетесь быть и какие архетипы не приемлете в себе. Обретя понимание мифологического измерения собственной психики, человеку проще отыскать корни и увидеть свой путь, проявить свою истинную сущность и наполнить жизнь смыслом. Эта книга написана для всех, кто хочет лучше понять мужчин и мальчиков, узнать о мужских архетипах – как в мужчинах, так и в женщинах, понять себя и свои взаимоотношения. Но, прежде всего, она написана для тех мужчин и женщин, которые хотят узнать о богах внутри себя и разобраться в своих отношениях с собой и миром.  

Джин Шинода Болен , Евгений Мирошниченко

Психология и психотерапия / Философия / Психология / Образование и наука
В пыли этой планеты
В пыли этой планеты

Что получится, если предпринять попытку переосмысления известной со времен Канта Границы между миром-в-себе и миром-для-нас с точки зрения странного и парадоксального мира-без-нас? Этим вопросом задается американский философ и исследователь медиа, биотехнологий и оккультизма Юджин Такер, именуя мир-в-себе Землей, мир-для-нас — Миром, мир-без-нас — Планетой. Планета как мир-без-нас — подвижная и беспокойная граница, не имеющая какого-либо определенного местоположения, но пролегающая «в каждом разломе, аномалии, лакуне этого Мира и этой Земли». Бездна разверзается везде. То, к чему она ведет, — «безосновный» мистицизм в ситуации после смерти Бога, Природы и Человека. Так из праха (dust to dust) теологического мистицизма рождается пыль (dust) климатологического мистицизма. Это рождение происходит в лоскутном ландшафте множества разнородных феноменов, существующих на стыке теологии, литературы, биохоррора, оккультизма, демонологии и музыки блэк-метала. Все они скрупулезно собираются и организуются в данной книге, которая уже сама превратилась в один из таких феноменов. Ее название стало девизом космического пессимизма, а основные идеи «рассеялись» по литературе и кинематографу, в частности, воплотившись в «Настоящем детективе» Ника Пиццолатто.«В пыли этой планеты» — первый том трилогии Юджина Такера «Ужас философии», в которой ужас и философия предстают в ситуации параллакса — постоянного смещения взгляда между двумя областями, ни одна из которых в обычной ситуации не может быть увидена тогда, когда видится другая. В результате произведения литературы сверхъестественного ужаса рассматриваются как онтологические и космологические построения, а построения философов — как повествования, сообщающие нам нечто о природе ужаса, лежащего «по ту сторону» человеческого.

Юджин Такер

Философия / Образование и наука
Обнаженность и отчуждение
Обнаженность и отчуждение

Дается философский анализ природы человека: его конечности, заброшенности, тревоги, страха перед смертью, социальности, непредопределенности, метафизичности, трансцендирования, разумности и др. Модификации общей природы человека связываются с историческим развитием общества. Человек обнаженный, формируемый коллективистическими цивилизациями, противопоставляется человеку отчужденному, порождаемому индивидуалистическими цивилизациями. Обнаженность выступает как интегральная характеристика, выражающая существенное сходство мыслей, чувств и поступков «винтиков» одной слаженно работающей социальной машины, реализующей свою глобальную цель. Общей чертой, говорящей об оторванности людей друг от друга и от общества в целом, о глубоких, болезненно переживаемых ими расхождениях в мыслях, чувствах и поступках, является отчуждение. Заключительная часть книги посвящена «человеку любящему», объяснению и пониманию поведения человека, современной угрозе разрушения природы человека.

Александр Архипович Ивин

Философия
Философия истории
Философия истории

«Философия истории» Гегеля представляет собой курс лекций. В чрезвычайно яркой форме выражено здесь отмеченное Марксом и Энгельсом у Гегеля противоречие между диалектическим методом и его реакционной идеалистической системой. «Важнее всего введение, где много прекрасного в постановке вопроса», – отмечает Ленин. Реакционную сторону учения Гегеля, его идеализм, мистику, оправдание прусского полуфеодального государства начала XIX столетия пытаются использовать и оживить идеологи фашизма, сознательно искажая и отвергая рациональное в его философии – диалектику и историческое понимание действительности. А именно этим рациональным содержанием Гегель и создал себе живое имя и великое место в истории науки и философии.Особенности электронной версии книги:1. Публикуется только текст Г.В.Ф. Гегеля, сопроводительные редакционные статьи и справочный аппарат (именной и предметный указатели) не приводятся.2. Текст печатается с пагинацией. Номер страницы указывается в ее начале нижним индексом в фигурных скобках.3. Написание некоторых слов изменено в соответствии с современной орфографией.4. Ударения над русскими буквами а, о и у передаются с помощью букв европейского алфавита à, ò и ý.5. Греческие слова и выражения приводятся без диакритических знаков.6. Проверка выбранного шрифта: греческая альфа (α), еврейский алеф (א).

Георг Вильгельм Фридрих Гегель

Философия / Образование и наука
Философия Х. Патнэма
Философия Х. Патнэма

Работа посвящена известному философу США Хилари Патнэму (род. в 1926 г.), чьи идеи и творческие поиски в немалой степени определяют "лицо" американской философии наших дней. Выбрав в качестве связующей темы в творчестве этого философа его исследования по проблеме реализма, автор выявляет внутреннюю логику в эволюции его взглядов (от "научного реализма" к концепции "внутреннего реализма" и к реализму здравого смысла) и показывает соотнесенность этой проблемы с широким спектром изысканий Патнэма в методологии науки, философии языка, гносеологии и философии сознания. Изложенный в работе материал позволяет составить общее представление о современных подходах и методах решения одного из центральных философских вопросов – проблемы реализма.В авторской редакцииРецензенты:доктора филос. наук: М.И.Панов, А.Л.НикифоровМакеева Л.Б. Философия Х.Патнэма. – М., 1996. – 190 с.

Лолита Брониславовна Макеева

Философия / Образование и наука
Философия достоинства, свободы и прав человека
Философия достоинства, свободы и прав человека

Книга посвящена исследованию достоинства, свободы и прав человека в качестве достояния всего человечества. В работе обращается внимание на тесную взаимосвязь между повсеместным утверждением этих ценностей и судьбой отдельного человека, этноса, нации. При этом причины распада царской России, СССР, а также сложностей становления демократии в некоторых постсоветских республиках автор усматривает в полном игнорировании прав человека на территории соответствующих стран. В ней утверждается невозможность строительства гражданского общества и правового государства без уважения к достоинству человека вне зависимости от его этнического происхождения, религиозного вероисповедания и языка общения. В книге предлагается набор правовых средств для преодоления тяжкого наследия прошлого, получившего обобщенное наименование «традиция невежества». Анализируется всевозрастающая роль международного сообщества в защите прав человека. На этот раз обложка издательская.

Александр Геннадьевич Мучник

Публицистика / Философия / Образование и наука / Документальное