Философия

Феноменология духа
Феноменология духа

Представляет собой исследование форм существования сознания. Методом движения выбрана критика являющегося (естественного, неподлинного, обыденного, нереального — термины Гегеля) знания со стороны науки. Согласно Гегелю (см. Введение) наука тем, что выступает на сцену, сама есть только некоторое явление наряду с другим знанием. Наука не может просто отвергнуть неподлинное знание под тем предлогом, что она является истиной, а неподлинное, обыденное знание для неё ничего не значит. Ведь последнее, напротив, заявляет, что оно истинно и для него наука ничто. Одно голое уверение имеет одинаковый вес, как и другое. Именно поэтому, наука должна выступить, излагая являющееся знание, чтобы в нем самом показать его неистинность. Последовательность формообразований, которую сознание проходит на этом пути, есть история образования самого сознания до уровня науки. Более того, в этом последовательном движении от одной формы являющегося знания к другой, мы проходимполноту форм существования сознания. Тем самым, критика являющегося знания есть одновременно изложение самой науки об опыте сознания. Научным дополнением к изложению различных форм существования сознания, Гегель считает необходимую (логическую) связь, при котором от одной формы сознания мы переходим к другой. Этот переход Гегель и называет опытом сознания. В чем состоит эта связь? Гегель указывает, что «к какому бы результату ни привела критика неподлинного знания, его нельзя сводить к пустому ничто, а необходимо понимать как ничто того, чего он — результат, в коем содержится то, что является истинным в предшествующем знании». Эта связь различных форм существования сознания и определяет необходимость последовательного движения. У этого движения со своей стороны есть цель — она там, где знание выдерживает критику опытом, или как пишет Гегель, где «знанию нет необходимости выходить за пределы самого себя, где оно находит само себя и понятие соответствует своему предмету, а предмет — понятию». «Поступательное движение к этой цели оказывается безостановочно, и ни на какой более ранней стадии нельзя найти удовлетворения». Именно поэтому «Феноменология Духа» осуществляет одну из главных идей Гегеля состоящих в том, что истинное знание должно быть системой знания, а истинная наука — системой взаимосвязанных наук. Подготовлена к печати в 1805—1806, опубликована в 1807 под названием «Система наук. Первая часть. Феноменология духа» (одним из предварительных заголовков книги была также «Наука об опыте сознания»).

Георг Вильгельм Фридрих Гегель

Философия / Образование и наука
«Такая добровольная каторга»
«Такая добровольная каторга»

Это – фрагменты неопубликованной рукописи одного из интереснейших отечественных испытателей природы – биолога, профессора Александра Александровича Любищева (1890-1972). Коллеги Любищева знали его печатные работы, которые впоследствии оказались как бы надводной частью огромного айсберга. В колоссальном его архиве, переданном теперь Академии наук, было обнаружено более трехсот ненапечатанных статей по общей биологии и по прикладной энтомологии, по математической статистике и по теории эволюции, по философии, по истории и литературе объемом свыше 10 тысяч страниц, а сверх этого 56 томов конспектов и критических заметок и, наконец, около 4,5 тысяч писем. В одной из статей памяти Любищева справедливо сказано, что его переписка «когда-нибудь окажется бесценной для истории науки XX века». С Любищевым переписывались знаменитые биологи Л.С. Берг, Н.И. Вавилов, И.И. Шмальгаузен, Б.Л. Астауров, В.А. Энгельгардт, физики И.Е. Тамм и Я.И. Френкель, математики А.А. Ляпунов, А.Д. Александров, Ю.В. Линник.Что привлекало множество столь несходных по своим научным и жизненным интересам людей к «провинциальному профессору», как шутливо называл себя он сам? (Последние 20 лет жизни Александр Александрович жил на пенсии в Ульяновске.) Что заставило романиста Даниила Гранина вдруг написать неожиданную для его манеры документальную повесть о Любищеве «Эта странная жизнь»?Конечно, не те конкретные исследования Любнщева, прочтя которые можно сказать, что их автор установил такие-то и такие-то факты и закономерности в морфологии и систематике насекомых. Притягивала его личность. Оригинальность мысли. Принципы его подхода к оценке конкретной работы, и целого направления науки, и к самом философии естествознания.Любищев, посмеиваясь, часто говорил о «гене дискутизма», в нем сидевшем. И работы, и замыслы его были спорны. Чуть ли не со студенчества, еще в предреволюционные годы, он мечтал найти для всего многообразия живых изменяющихся форм систему, аналогичную периодической системе Менделеева, благодаря которой по немногим параметрам можно было бы вывести свойства всех «элементов» живого мира и «поверить алгеброй» гармонию природы. Заметим при этом, что его не удовлетворяло дарвинистское представление о том, что эволюцию определяют слепые силы естественного отбора, эта великая «игра случая», и ему хотелось отыскать внутреннюю гармонию эволюции.В другой голове такая идея легко бы сделалась безумной без кавычек. У Любищева она обрела тот отличный творческий смысл, какой ощущают в крылатом изречении о таких идеях истинные ученые, потому что он не видел для себя иной опоры, чем знание и творчество исследователя. И в своем поиске аргументов для спора Любищев шел через обогащение себя новыми и новыми знаниями физики, математики, философии. Он не создал задуманной «периодической системы», но он оказался поистине гениальным научным критиком – в высоком изначальном смысле слова «критика», что подразумевает не хулу, а вдумчивое проникновение в истоки позитивных взглядов, в истоки неизбежных недомолвок и даже заблуждений, которые неизбежны в эволюционной теории, как и во всякой другой непрерывно развивающейся области знания. И поэтому многие его работы, будучи критическими, подсказывают исследователям эволюционного процесса новые линии поисков.Но в его творчестве была еще одна очень важная сторона, которая привлекла к себе внимание тех, кто знал Александра Александровича. Это – сама система работы, ее планирование и ее организация, позволившие ученому достичь колоссальной, всех изумлявшей продуктивности, – система, испытанная в течение 56 лет напряженной творческой жизни.Этой системе А.А. Любищев посвятил работу «Руководство по организации и обработке наблюдений по зоологии», из которой и взяты предлагаемые фрагменты (она написана в конце 40-х годов). То, о чем он в ней писал, по-видимому, важно не только для биологов, но и для любых исследователей, для молодых в первую очередь. Слепо копировать ее, конечно, бесполезно. Зато полезно усвоить ее принципы и найти им применение по особенностям своей натуры и жизненного уклада.Кандидат биологических наук М. Д. Голубовский

Александр Александрович Любищев

Публицистика / Философия / Образование и наука / Документальное
Новая структурная трансформация публичной сферы и делиберативная политика
Новая структурная трансформация публичной сферы и делиберативная политика

Спустя 60 лет после публикации своей классической книги «Структурная трансформация публичной сферы» (1962) Юрген Хабермас – ключевая фигура в современной политической философии – вновь возвращается к этой теме. Продолжая подчеркивать центральную роль публичной сферы для политической жизни Запада, Хабермас прослеживает существенные изменения, которая она претерпела под воздействием цифровых медиа и социальных сетей. В целом пессимистически оценивая новую цифровую трансформацию и констатируя деградацию публичности, философ, однако, анализирует и позитивные тенденции, а также отвечает на многостороннюю критику. Подводя своеобразный итог своим трудам в области политической теории и социологии, автор приходит к выводу, что западные режимы не могут всерьез претендовать на самоназвание «демократии» без реального вовлечения граждан в дискуссию о том, что касается каждого члена общества. Юрген Хабермас (р. 1929) – политический философ, почетный профессор Франкфуртского университета, один из наиболее значительных представителей второго поколения Франкфуртской школы.

Юрген Хабермас

Политика / Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука
Женщины-философы. Мыслительницы, изменившие мир
Женщины-философы. Мыслительницы, изменившие мир

Оксана Штайн – кандидат философских наук, преподаватель, автор более ста научных статей и десятка книг, обладатель премии Философского общества РФ «Вторая навигация».Принято считать, что философия – мужская наука, однако это не так. И настоящая книга является тому доказательством. В ней вы узнаете о первой в мире женщине-философе Гипатии Александрийской, основательнице детского психоанализа Анне Фрейд, философе и идеологе русского символизма Зинаиде Гиппиус, создательнице объективизма Айн Рэнд, выступавшей за феминистское движение Симоне де Бовуар и многих других, в том числе и наших современницах. Познакомитесь с их открытиями и непростыми судьбами. Жертвуя семьей и любовью, бросая вызов окружающим, страстно пропагандируя свои идеи, эти женщины оставили глубокий след в философской науке.

Оксана Александровна Штайн (Братина)

Биографии и Мемуары / Философия