Древние книги

Итальянская комедия Возрождения

В настоящий том включены комедии наиболее знаменитых итальянских авторов XVI века — Н. Макиавелли, Б. Довици, П. Аретино, А. Пикколомини, Дж. М. Чекки, а также анонимная «Венецианка».

Пьетро Аретино , Бернардо Довици , Алессандро Пикколомини , Никколо Макиавелли , Джованни Мариа Чекки

История, мифы и боги древних славян

Славяне — один из самых многочисленных народов на планете. Они оставили заметный след в исторических событиях Европы и Азии на протяжении тысяч лет. Однако вопросов в их истории очень много. Откуда они пришли в Европу и приходили ли вообще? Кем были венеды — славянами или кельтами? Был ли единым язык славянских племен? Как произошли сами эти племена? Кем был вещий Олег? И как выглядит пантеон славянских богов?..Многие ученые пытаются ответить на все эти вопросы, но каждый имеет свою точку зрения и выдвигает свои гипотезы. В этой книге читатель не найдет подробного разбора каждой из них, но будут упомянуты многие гипотезы, чтобы можно было представить, какие точки зрения существуют на затронутые вопросы. Книга написана доступным языком и будет интересна широкому кругу читателей, от взрослых любителей истории до детей, заинтересовавшихся языческими богами.

Ирина Станиславовна Пигулевская

Мародёры

Главный герой едет за телом погибшего отца. На фоне этой поездки открывает занавес его души и нашего современного мира. Картины прошлого и настоящего, в призме сознания положительного героя нашего времени. Роман о подвиге, который придется совершить каждому. В первые дни новогодних каникул главный герой вынужден ехать через всю страну в заброшенный воинский гарнизон. Преодолевая человеческий цинизм, темные страхи обычных людей, которые стали последствиями процессов деградации нашего современного общества, главный герой получает наследие, которое невозможно получить «мародерам». Так названа категория людей, антиподов главного героя. Возможно, концовка романа несколько мистична, но она воспринимается реально. В романе использован самобытный стиль изложения, созданный из сочетаний публицистики, профессионального юридического, несколько сухого повествования, и ярчайшего образного стиля, который далек от «штампов».

Александр Ансуз

Китай: страницы прошлого

Книга рассказывает об обычаях, нравах, семейном укладе, поверьях и обрядах китайцев — народа, создавшего одну из самых интересных и во многом загадочных цивилизаций Востока. Автор в увлекательной форме на основе литературных и документальных источников повествует о жизни Китая в период правления династии Цин (XVII-начало XX в.), но не ограничивается этой эпохой, обращаясь к древнейшим традициям и верованиям.

Василий Яковлевич Сидихменов

История о великом князе Московском

Андрей Михайлович Курбский происходил из княжеского рода. Входил в названную им "Избранной радой" группу единомышленников и помощников Ивана IV Грозного, проводившую структурные реформы, направленные на укрепление самодержавной власти царя. Принимал деятельное участие во взятии Казани в 1552. После падения правительства Сильвестра и А. Ф. Адашева в судьбе Курбского мало что изменилось. В 1560 он был назначен главнокомандующим рус. войсками в Ливонии, но после ряда побед потерпел поражение в битве под Невелем в 1562. Полученная рана спасла Курбского от немедленной опалы, он был назначен наместником в Юрьев Ливонский. Справедливо оценив это назначение, как готовящуюся расправу, Курбский в 1564 бежал в Великое княжество Литовское, заранее сговорившись с королем Сигизмундом II Августом, и написал Ивану IV "злокусательное" письмо, в которомром обвинил царя в казнях и жестокостях по отношению к невинным людям. Сочинения Курбского являются яркой публицистикой и ценным историческим источником. В своей "Истории о великом князе Московском, о делах, еже слышахом у достоверных мужей и еже видехом очима нашима" (1573 г.) Курбский выступил против тиранства, полагая, что и у царя есть обязанности по отношению к подданным.

Андрей Михайлович Курбский

Белый верх, чёрный низ

В Академии Серого Межмирья обучаются ментальным воздействиям и… не только. Однако какие именно тайны скрываются за стенами заведения, известно далеко не всем.Фрая, получившая приглашение приехать в академию, чтобы развить свой дар, само собой, о здешних порядках понятия не имела. Потому, когда за ней, невоспитанной вульгарной дикаркой из Чёрного мира, начал ухаживать утончённый красавец-второкурсник из Белого мира, девушка посчитала его интерес недоразумением.Напрасно. Теперь ей приходится не только учиться, но и разбираться с притязаниями настойчивого кавалера. Низшей влюбиться в высшего? Да ни за что! Скорее Миры соединятся воедино!Или всё же и такое возможно?

Ольга Сергеевна Копылова , Эль Бланк

i fe6102e9d57ee753

Admin

Homo

Петр Алексеевич Сарапульцев , П.А.Сарапульцев

О связях как таковых

Одна из итоговых работ Джордано Бруно, впервые изданный на русском языке трактат «О связях как таковых» на основе понятия «привязки» трактует широчайший спектр проблем, от социальной психологии до любовной магии и некромантии, открывая дверцу в богатый мир оккультной метафизики Ноланца, неотделимый от своеобразия всей его философии. Перевод сопровождается статьёй, посвящённой значению трактата Бруно для понимания как его учения, так и всего массива истории европейского эзотеризма.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Джордано Бруно

Пьяное счастье

Юрий Николаевич Достовалов , user

Элегии и малые поэмы

Настоящий том произведений римского поэта Публия Овидия Назона (43 г. до н. э. — 17 или 18 г. н. э.) входит в "Библиотеку античной литературы". В том включены все важнейшие произведения поэта, кроме самого большого — "Метаморфозы".Ранний период творчества представлен "Любовными элегиями" и "Героидами" — посланиями мифических героинь к покинувшим их возлюбленным, заканчивается он поэмами "Наука любви" и "Лекарство от любви".Зрелый период представлен "Фастами" — календарем римских празднеств, излагающим связанный с каждым из них миф.В том входят также поздние стихи Овидия — знаменитые "Скорбные элегии" и "Послания с Понта", написанные опальным поэтом в пору его ссылки в далекое Причерноморье.

Публий Овидий Назон

ЭХО. Предания, сказания, легенды, сказки

В этой книге собраны предания, сказания, легенды и сказки, сложенные разными народами и в разную пору: и в глубокой древности, и в не столь отдаленное от наших дней время. Объединяет их общее для всех народов уважение к людям труда, к самоотверженным защитникам родины, к борцам против несправедливости. В них нашли отражение оптимизм народа, его вера в торжество добра над злом.

Владимир Брониславович Муравьев , Людмила Григорьевна Чудова

Как стать блестящим оратором. Любая аудитория, любая ситуация

Сара Ллойд-Хьюз , Елена Бровко

У ПРУДА

Евгений Круглов

Крестопор (ЛП)

Маленький городок. В долине Сан-Фернандо воздух горячий и густой, в нем витает предчувствие дождя, который все никак не может пойти. Скучающие подростки бродят по неоновым бульварам. У многих из них есть проблемы, и у многих есть свои тайны... Таинственный незнакомец. Его зовут Мейс. Он – мужчина с длинными платиновыми волосами и острой челюстью. В его пронизывающем взгляде светится соблазн, в его глазах - спасение. Мейс видит во тьме души... Кажется, он знает все секреты местных подростков, все их проблемы, все их самые потаенные желания. У него есть то, что они хотят... то, что им действительно нужно... Он знает, что у Кевина есть собственная рок-группа и находит ребятам место для репетиций, а также организовывает концерт в городском клубе. Он знает, что юная Никки беременна от местного христианского проповедника, и готов помочь ей избавиться от нежелательного ребенка. А еще он знает тайну Джеффа Карра, его запретные мечты о красивой младшей сестре... сестре, которую Мейсу так легко развратить. Вскоре Джефф последует за ней в бурлящий ужас, смертельный кошмар... Зловещий амулет. Один за другим подростки приходят в убежище Мейса, где секс и наркотики льются сладким потоком, где не задают вопросов, а принимают тебя таким, какой ты есть. Один за другим они берут дар Мейса – обсидиановый крест с заостренными, как у топора лезвиями... Крестопор. Грядет большая буря. Город оказывается во власти шторма, и когда он закончится, счет трупов пойдет десятками...

Рэй Гартон

Японская новелла

Асаи Рёи , Дзюнъитиро Танидзаки , Сайкаку Ихара , Рёи Асаи , Рока Токутоми

Философия мистики или Двойственность человеческого существа

Карл Дюпрель , Дюпрель Карл

Высший пилотаж (СИ)

Карэн Владимирович Агамиров

История о Михаиле и Андронике Палеофагах

Георгий Пахимер

Японские народные сказки

Широкая публикация повествовательного фольклора Японии. Сопровождается предисловием и примечаниями.

авторов Коллектив , Народное творчество (Фольклор)

Китайские народные сказки

Однажды китайский философ Чжу Си спросил своего ученика: откуда пошел обычай называть года по двенадцати животным и что в книгах про то сказано? Ученик, однако, ответить не смог, хотя упоминания о системе летосчисления по животным в китайских источниках встречаются с начала нашей эры.Не знал ученик и легенды, которую рассказывали в народе. По легенде этой, записанной в приморской провинции Чжэцзян, счет годов по животным установил сам верховный владыка - Нефритовый государь. Он собрал в своем дворце зверей и выбрал двенадцать из них. Но жаркий спор разгорелся, лишь когда надо было расставить их по порядку. Всех обманула хитрая мышь, сумев доказать, что она самая большая среди зверей, даже больше вола. Сказкой «О том, как по животным счет годам вести стали» и открывается сборник.Как и легенда о животном цикле, другие сказки о животных, записанные у китайцев, построены на объяснении особенностей животных, происхождения их повадок или внешнего вида. В них рассказывается, почему враждуют собаки и кошки, почему краб сплющенный или отчего гуси не едят свинины.На смену такого рода сказкам, именуемым в науке этиологическими, приходят забавные истории о проделках зверей, хитрости и находчивости зверя малого перед зверем большим, который по сказочной логике непременно оказывается в дураках.Наибольшее место в сказочном репертуаре китайцев и соответственно в данном сборнике занимают волшебные сказки. Они распадаются на отдельные циклы: повествования о похищении невесты и о вызволении ее из иного мира, о женитьбе на чудесной жене и сказки о том, как обездоленный герой берет верх над злыми родичами.Очень распространены у китайцев сказки о чудесной жене. В сказке «Волшебная картина» герой женится на деве, сошедшей с картины, в другой сказке женой оказывается дева-пион, в третьей - Нефритовая фея - дух персикового дерева, в четвертой - девушка-лотос, в пятой - девица-карп. Древнейшая основа всех этих сказок - брак с тотемной женой. Женитьба на деве-тотеме мыслилась в глубочайшей древности как способ овладеть природными богатствами, которыми она якобы распоряжалась. Яснее всего эта древняя основа проглядывает в сказе «Жэньшэнь-оборотень», героиня которого - чудесная дева указывает любимому место, где растет целебный корень.Во всех сказках, записанных в наше время, тотемная дева превратилась в деву-оборотня. Произошло это, видимо, под влиянием очень распространенной в странах Дальнего Востока веры в оборотней: всякий старый предмет или долго проживший зверь может принять человеческий облик: забытый за шкафом веник через много лет может-де превратиться в веник-оборотень, зверь, проживший тысячу лет, становится белым, а проживший десять тысяч лет - черным, - оба обладают магической способностью к превращениям. Вера в животных-оборотней в народе была настолько живуча, что даже в энциклопедии ремесел и сельского хозяйства в XV веке с полной серьезностью говорилось о способах изгнания лисиц-оборотней: достаточно ударить оборотня куском старого, высохшего дерева, как он тотчас примет свой изначальный вид.Волшебные сказки китайцев, как и некоторых других дальневосточных народов, отличаются особой «приземленностью» сказочной фантастики. Действие в них никогда не происходит в некотором царстве - тридесятом государстве, все необычное, наоборот, случается, с героем рядом, в родных и знакомых сказочнику местах.Раздел бытовых сказок, среди которых есть и сатирические, открывается сказками «Волшебный чан» и «Красивая жена»; они построены по законам сказки сатирической, хотя главную роль пока еще играют волшебные предметы. В других сказках бытовые элементы вытеснили все волшебное. Среди них есть немало сюжетов, известных во всем мире. Где только не рассказывают сказку о глупце, который делает все невпопад! На похоронах он кричит: «Таскать вам не перетаскать», а на свадьбе - «Канун да ладан». Его китайский «собрат» («Глупый муж») поступает почти так же: набрасывается с руганью на похоронную процессию, а носильщикам расписного свадебного паланкина предлагает помочь гроб донести. Кончаются такие сказки всегда одинаково: в русской сказке дурак оказывается избитым, а в китайской - его поддевает на рога разъяренный бык. В китайских сатирических сказках читатель найдет еще один чрезвычайно популярный в разных литературах сюжет: спрятанный в сундуке любовник.В последний раздел книги вошли сказы мастеровых и искателей жэньшэня, а также старинные легенды. Сказы мастеровых - малоизвестная часть китайского фольклора. Многие из них связаны с именами обожествленных героев, научивших своему удивительному искусству других людей или пожертвовавших собой ради того, чтобы помочь мастеровым людям выполнить какую-либо трудную задачу.Завершают сборник три чрезвычайно распространенные в Китае легенды. Легенды, так же как и сказки различных жанров, являют нам своеобразие устного народного творчества китайцев и вместе с тем свидетельствуют, что китайский сказочный эпос не есть явление уникальное. Напротив, китайские сказки - национальный вариант общемирового сказочного творчества, развившегося на базе весьма сходных для большинства народов первобытных представлений и верований.Китайские сказки доносят до нас дыхание жизни китайского народа, рисуют его тяжелое прошлое и показывают, как богат и неисчерпаем старинный китайский фольклор.

Борис Львович Рифтин , Илья Михайлович Франк , Артём Дёмин , Сказки народов мира , Китайские Народные Сказки

Время жить. Книга девятая: Созидатели (СИ)

Мы все создаем будущее - ежедневно и ежечасно, каждым своим действием или бездействием. Земля и Империя на мгновение застыли на зыбкой грани между войной и миром, победой и поражением. Какое будущее их ждет? Его создадут герои этой книги - завершающей книги цикла "ВРЕМЯ ЖИТЬ"

Виктор Вадимович Тарнавский

Хроника

Крупнейший памятник средневековой латинской литературы — «Хроника» Салимбене де Адам - содержит богатый материал по международно-политической, социальной, церковной и культурной истории Италии и всего Средиземноморского региона за период с 1167 по 1288 г. Особое внимание в этом труде уделено Крестовым походам, перипетиям борьбы Империи и папства, францисканскому ордену, религиозным движениям, социальному и политическому положению в городах Италии, различным проявлениям народной культуры. Благодаря тому, что в «Хронике» Салимбене представлены не только масштабные, эпохальные события, но и судьба самого автора, скромного монаха из Пармы, его рода, его города, повседневная жизнь его современников, их поведение, привычки, характерные черты сознания, это произведение по праву может быть названо окном в мир средневековья.Для всех, кто интересуется проблемами истории и культуры Средних веков.

Салимбене Пармский , Салимбене Пармский

Мы смеёмся, чтобы не сойти с ума

Редактор Емельян Сичкин

Борис Михайлович Сичкин

Знаки Книги Перемен 1–30

В основу этого трехтомного издания положен текст гигантского компендиума «Чжоу И Чжэ Чжун» («Анализ внутреннего содержания Чжоусских перемен»), составленный в начале XVII века великим китайским ученым Ли Гуанди. В его книгу вошли толкования из огромного количества трудов всех эпох и времен, в которых китайские ученые обращались к анализу текста «Книги Перемен», лежащего в самой основе цивилизационной парадигмы китайского ума. «Книга Перемен» в течение тысячелетий являлась пособием по искусству мыслить, на котором оттачивали свой ум миллионы китайских мыслителей и деятелей, принимавших участие в управлении государством. Ибо в течение всего этого периода считалось невозможным занять хоть какую-то государственную должность без знания «Книги Перемен».Эта работа является плодом более чем тридцатилетних исследований и изысканий Бронислава Виногродского, известного переводчика и эксперта по Китаю, целью которых было донести до русскоязычного читателя всю глубину содержательных подходов, имеющихся в этой книге. На русском языке до настоящего времени не выходило ни одного столь полного и глубокого исследования «Книги Перемен». Особенностью данного труда является наличие конкретных исторических примеров гаданий на каждый знак.В 1-й том вошли знаки 1 – 30 «Книги Перемен». Во 2-й том – знаки 31 – 64. В 3-й том входят 10 «Крыльев», составленные Конфуцием, которые описывают основополагающие принципы и законы работы с «Переменами». Следует учитывать, что ранее Бронислав Виногродский опубликовал общее введение в «Книгу Перемен» под названием «Универсальный способ мышления», без которого читателю не будут ясны основополагающие понятия и структура данного трехтомного собрания «Книги Перемен».

Бронислав Брониславович Виногродский

Всадники

Комедия была поставлена на Ленеях 424 г. до н. э. Аристофан впервые выступил в ней под собственным именем и занял первое место.«Всадники» были направлены против руководителя афинской демократии Клеона, отражавшего интересы ее наиболее агрессивных слоев. В пародийном свете выводится в комедии победа, одержанная Клеоном над спартанцами на острове Сфактерия, близ Пилоса. Операция, подготовленная двумя другими полководцами – Никием и Демосфеном, была успешно завершена Клеоном, который и был избран стратегом на 424 г. до н. э. Аристофан изображает этот факт как покупку Демосом – афинским народом – нового раба, кожевника по профессии (Клеон владел кожевенной мастерской).

Аристофан

Ленин жив!

Вера Андреевна Чиркова , Ярослав Михайлович Питерский

Тысяча и одна ночь. Книга 8

без автора

Мифы и легенды Святой земли

Книга Джеймса Ханауэра, известного хранителя всех видов устных хроник городской жизни, возвращает читателю мир практически утраченного фольклора Палестины. Эти легенды – красочные соцветия языка, не тронутого суетой, выращенного в домах, где люди не знали книг, проводя вечера при слабом свете свечи. Фольклор Палестины способен передать многое не только о прошлом стран, племен, народов и языков, но и о повседневной жизни и взаимоотношениях трех великих религий, зародившихся на семитской земле и живущих друг с другом бок о бок, а также об анимистическом и магическом представлениях народа.

Джеймс Ханауэр

Тиль Уленшпигель

Среди немецких народных книг XV–XVI вв. весьма заметное место занимают книги комического, нередко обличительно-комического характера. Далекие от рыцарского мифа и изысканного куртуазного романа, они вобрали в себя терпкие соки народной смеховой культуры, которая еще в середине века врывалась в сборники насмешливых шванков, наполняя их площадным весельем, шутовским острословием, шумом и гамом. Собственно, таким сборником залихватских шванков и была веселая книжка о Тиле Уленшпигеле и его озорных похождениях, оставившая глубокий след в европейской литературе ряда веков. Подобно доктору Фаусту, Тиль Уленшпигель не был вымышленной фигурой. Согласно преданию, он жил в Германии в XIV в. Как местную достопримечательность в XVI в. в Мёльне (Шлезвиг) показывали его надгробье с изображением совы и зеркала. Выходец из крестьянской семьи, Тиль был неугомонным бродягой, балагуром, пройдохой, озорным подмастерьем, не склонявшим головы перед власть имущими. Именно таким запомнился он простым людям, любившим рассказывать о его проделках и дерзких шутках. Со временем из этих рассказов сложился сборник веселых шванков, в дальнейшем пополнявшийся анекдотами, заимствованными из различных книжных и устных источников. Тиль Уленшпигель становился легендарной собирательной фигурой, подобно тому как на Востоке такой собирательной фигурой был Ходжа Насреддин.

литература Средневековая

Сказки и легенды

Иоганн Карл Август Музеус , Эдуард Дауэс Деккер , Влас Михайлович Дорошевич , Редьярд Джозеф Киплинг , Леонардо Да Винчи

Ион

Драма "Ион" великого древнегреческого драматурга Еврипида (480–406 до н. э.) посвящена событиям жизни мифического родоначальника ионийцев.

Валерия Ко Макарова , Михаил Константинович Калдузов , Еврипид , qigod , Ганика