Драматургия

День и ночь
День и ночь

Британец Том Стоппард – наверное, самый известный и популярный сегодня европейский писатель, работающий для театра. Его пьесы – уникальное сочетание словесной игры и лингвистической виртуозности, сложных конструкций, комических трюков и философских размышлений. Своей первой значительной пьесой «Розенкранц и Гильденстерн мертвы», признанной «самым замечательным драматургическим дебютом шестидесятых», как писал тогда влиятельный «Обсервер», Стоппард разом покорил театральный мир по обе стороны Атлантики и собрал огромный урожай престижных литературных и драматургических премий. Позже Стоппард сам стал режиссером ее экранизации, за которую получил венецианского «Золотого льва».В сборник вошли и другие пьесы: «Травести» – блестящая интеллектуальная игра, где партнерами автора выступают Уайльд и Шекспир, Ленин и Джойс «Аркадия», которую уверенно называют лучшей пьесой второй половины XX века; а также «Отражения, или Истинное». «Художник, спускающийся по лестнице» и «День и ночь».

Том Стоппард

Драматургия / Справочники / Стихи и поэзия / Словари и Энциклопедии
Испанская трагедия
Испанская трагедия

«Испанская трагедия» — самое известное произведение английского драматурга Томаса Кида (1558—1594), которого считают и автором так называемого пра-«Гамлета». Появившись около 1587 года, «Испанская трагедия» стала наиболее популярной театральной пьесой в Англии на рубеже XVI—XVII веков и создала канон елизаветинской кровавой трагедии мести. Именно с этим каноном вступил в полемику У. Шекспир в период «войны театров» (1599—1601), его он попытался переосмыслить и преобразовать с позиций христианского мировоззрения в своем «Гамлете».Кид не просто использует увлекательный сюжет, построенный на любви и мести, и не только побуждает своего зрителя (а теперь и читателя) напряженно следить за мучительным моральным выбором главного героя Иеронимо — между законом, божественным и личным правосудием. Драматург опирается на традиции средневекового театра (мистерия, фарс), декламационной римской трагедии (Сенека), искусно применяет прием «театр в театре», впоследствии блистательно использованный Шекспиром.Помимо впервые выполненного и исчерпывающе прокомментированного равнострочного перевода «Испанской трагедии», в книгу включены переводы «Дополнений» (изд. 1602 года) к «Испанской трагедии», предположительно сочиненных Беном Джонсоном (1573—1637), и народной баллады, созданной в конце XVI века по мотивам пьесы Т. Кида.В сопроводительных статьях и комментариях «Испанская трагедия» и творчество Кида рассмотрены в их культурно-историческом контексте, а также показана эволюция жанра трагедии мести в творчестве Шекспира и его младших собратьев по профессии. В исследовании изучается мистериальная композиция «Испанской трагедии», выявляются библейские сюжеты, использованные Кидом в подоснове ее действия (Голгофа, падение Вавилона) и способствовавшие ее широкому признанию.

Томас Кид

Драматургия / Европейская старинная литература
Стойкий принц
Стойкий принц

«Стойкий принц» — драмы, представляющие апофеоз всепобеждающей веры. Драма «Стойкий принц» может быть прочтена на нескольких уровнях. При буквальной трактовке ее можно отнести к агиографическим сочинениям. В аллегорическом плане это размышление о свободной воле и о том, как человек распоряжается этим Божественным даром, в моральном плане — урок высшей мудрости и стойкости в испытаниях. Духовная свобода начинается с победы человека над самим собой и приводит к торжеству над смертью. Смерть для Кальдерона не представлялась страшной, потому что духовное «я» человека неразрушимо.В основе пьесы лежат подлинные исторические события — африканский поход португальских войск под командованием инфантов Фернандо и Энрике (1437).

Педро Кальдерон де ла Барка , Дон Педро Кальдерон

Драматургия / Поэзия / Средневековая классическая проза
Жизнь с отцом
Жизнь с отцом

Со времени атомной бомбардировки минуло три года, а в сердце Мицуэ по-прежнему живы образы отца, друзей, многих других людей, погибших 6 августа 45-го. Как жить без них дальше? Имеет ли она право на семейное счастье? Мицуэ снова и снова задает себе эти вопросы, когда получает предложение руки и сердца от застенчивого молодого человека, который часто бывает в библиотеке, где она работает. Преодолеть душевную коллизию дочери помогает погибший отец. Его душа навещает Мицуэ и убеждает ее, что жизнь продолжается и она обязательно должна быть счастлива.По этой пьесе снят фильм «Face of Jizo» /Лик Дзидзо/Когда живёшь с отцом (2004)

Елена Кузнецова , Бентли Литтл , Александра Львовна Толстая , Иноуэ Хисаси , Мари Йонэхара , Александра Толстая

Драматургия / История / Неотсортированное / Ужасы / Стихи и поэзия / Образование и наука
Киносценарии: Нечаянные радости. Светлый ветер. Потусторонние путешествия
Киносценарии: Нечаянные радости. Светлый ветер. Потусторонние путешествия

В сборник вошли сценарии и сценарные замыслы писателя и кинодраматурга Фридриха Горенштейна, известного по работе над фильмами «Раба любви», «Солярис», «Седьмая пуля» и др., опубликованные в журнале «Киносценарии».Публикуется по изданиям:Нечаянные радости:  Фрагмент заявки на сценарий / Михалков-Кончаловский А., Горенштейн Ф. // Киносценарии. — 1993. — №3. — С. 9—12.В гостях у Горенштейна: Интервью / Митта А. // Киносценарии. — 1995. — №5. — С. 39—43Светлый ветер: Киносценарий / Горенштейн Ф., Тарковский А. // Киносценарии. — 1995. — №5. — С. 44—74Потусторонние путешествия: Киносценарий / Горенштейн Ф. // Киносценарии. — 1996. — №6. — С. 2—23

Фридрих Наумович Горенштейн , Андрей Сергеевич Михалков-Кончаловский , Андрей Арсеньевич Тарковский , Александр Наумович Митта

Сценарий
Барнаульский натариз
Барнаульский натариз

От автора:...Начиналось всё довольно безобидно: я - политпублицист, политаналитик и политтехнолог с почти десятилетним стажем - решил сменить профессию. Стал выбирать тему для бурного старта на стезе драматургии. На поверхности лежал Распутин. «То, что доктор прописал! – обрадовался я. – Люди любят про секс и политику». Скачал кое-какие справочные материалы из интернета, решил посвятить им день-два (чтобы «быть в теме»), а посвятил два года...«Барнаульского натариза» я начал писать года через полтора – когда образы старца, императорской четы, Вырубовой и Феликса окончательно оформились. Я давно уже поставил точку, но оторваться от мемуаров, переписки и прочих текстов, имеющих отношение к Распутину и его окружению, еще долго не мог. Сейчас в моей голове - длинный роман, в котором все тайное становится явным, и все сестры получают по серьгам. «Барнаульский натариз» - это несколько сцен, дающих исчерпывающее представление о том, каким этот роман будет, когда я его напишу.

Владимир Витальевич Голышев , Владимир Голышев

Драматургия / Драма