Документальное

Из пережитого
Из пережитого

Серию "Семейный архив", начатую издательством "Энциклопедия сел и деревень", продолжают уникальные, впервые публикуемые в наиболее полном объеме воспоминания и переписка расстрелянного в 1937 году крестьянина Михаила Петровича Новикова (1870-1937), талантливого писателя-самоучки, друга Льва Николаевича Толстого, у которого великий писатель хотел поселиться, когда замыслил свой уход из Ясной Поляны... В воспоминаниях "Из пережитого" встает Россия конца XIX - первой трети XX века, трагическая судьба крестьянства - сословия, которое Толстой называл "самым разумным и самым нравственным, которым живем все мы". Среди корреспондентов М.П.Новикова - Лев Толстой, Максим Горький, Иосиф Сталин... Читая Новикова, Толстой восхищался и плакал. Думается, эта книга не оставит равнодушным читателя и сегодня. 

Михаил Петрович Новиков

Биографии и Мемуары / Документальное
Распутин. Вера, власть и закат Романовых
Распутин. Вера, власть и закат Романовых

Жизнь Распутина удивительна. Он был одним из самых поразительных явлений современной истории. Его жизнь напоминает мрачную сказку. Темный, необразованный крестьянин из сибирской глубинки услышал глас Господень и в поисках истинной веры отправился в путь, который много лет вел его по бескрайним просторам России и закончился в царском дворце. Чудесным образом ему удалось спасти жизнь наследника трона, но его колоссальное влияние на царя и царицу злило богатых и обладающих властью. Они заманили его в ловушку и убили. Многие считали, что святой предвидел свою смерть и предрекал, что, если с ним что-то случится, царь потеряет трон.Американский историк Дуглас Смит, основываясь на данных архивов семи стран – журналах, письмах и дневниках, – создал к столетию смерти загадочного старца его самую полную биографию. Все, начиная с официальных документов и заканчивая самыми нелепыми сплетнями, становится материалом масштабного и увлекательного исторического исследования.

Дуглас Смит

Публицистика / Документальное
Прогулки по умным местам
Прогулки по умным местам

Гуляли по туристическим «Меккам» – вроде Рима и Барселоны – и по «местам отдалённым» – от Норильска до Бомбея, от Владивостока до Лос-Анджелеса. Но самыми чудными (от слова «чудо») оказались прогулки по родной Одессе. Причина в одесской традиции – едва ли не ровеснице самого города: приехавший сюда во второй раз неизменно говорит «О! Одесса уже не та…» И чем больше любви к Одессе, тем больше грусти в этой фразе. Одессу хоронили много раз. Автор главного мифа о ней – ИсаакЭммануилович Бабель – в 1924-м году написал: «Одесса мертвее, чем мёртвый Ленин». Если бы грустные замечания были верны, то сейчас наша Южная Пальмира мало отличалась бы от Пальмиры Изначальной – сирийской. Но прогулки по Одессе убеждают: она «иная и прежняя». Почему это так, какие люди делали и делают её всегда живой и всем желанной, где учат на одесситов – мы попытались рассказать в этой книге.

Владимир Вассерман , Анатолий Александрович Вассерман , Владимир Александрович Вассерман

Биографии и Мемуары / Документальное
Я дрался в Афгане. Фронт без линии фронта
Я дрался в Афгане. Фронт без линии фронта

На Афганской войне не было линии фронта, но не было и тыла — смерть подстерегала здесь на каждом шагу, автоколонны зачастую несли не меньшие потери, чем штурмовые части, в засады и под обстрел попадали не только десантники и спецназ, но и «тыловики» — фронт был повсюду. И пусть наши войска не сидели в окопах, эта книга — настоящая «окопная правда» последней войны СССР — жесткая, кровавая, без прикрас и самоцензуры, — о том, каково это: ежеминутно ждать выстрела в спину и взрыва под ногами, быть прижатым огнем к земле, ловить пулю собственным телом и отстреливаться до последнего патрона, до последней гранаты, оставленной для себя в кармане самодельной «разгрузки»…В рассказах ветеранов-«афганцев» поражает многое — с одной стороны, непростительные стратегические ошибки, несоответствие наличных сил, вооружения и экипировки особенностям театра военных действий и характеру решаемых задач, ужасающе высокий уровень тяжелых инфекционных заболеваний, вызванных антисанитарией и отсутствием чистой питьевой воды; а с другой — великолепная организация боевой работы и взаимодействия родов войск, которая и не снилась нынешней РФ. Афганскую войну проиграла не Советская Армия, а политическое руководство СССР, попавшееся в американскую ловушку и втянувшее страну в многолетнюю бойню, победить в которой было невозможно.

Максим Сергеевич Северин , Александр Александрович Ильюшечкин

Биографии и Мемуары / Публицистика / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное
Михаил Лермонтов. Один меж небом и землей
Михаил Лермонтов. Один меж небом и землей

Прошло ровно 170 лет с того дня, как на склоне горы Машук в Пятигорске был убит великий поэт, навсегда унеся с собой тайну своей жизни и смерти. Ему не исполнилось тогда и 27-ми. Лермонтов предсказывал свой скорый конец, видел вещие сны… Гибель двух величайших русских поэтов, Пушкина и Лермонтова, случившаяся чуть ли не подряд, с разницей всего в четыре года, — разве она не была страшным знаком для всей страны? Поэт — сердце нации, её символ. Когда убивают поэта, попадают в самое сердце народа. И разве до сих пор не идёт, не продолжается то, что, казалось бы, так очевидно прочитывалось в этих двух событиях, — размышляет автор книги, обращаясь к биографии и творчеству русского гения, полных загадок и предзнаменований.

Валерий Федорович Михайлов

Биографии и Мемуары / Документальное
Брут
Брут

Вот уже более двух тысяч лет человечество помнит слова, ставшие крылатыми: «И ты, Брут!» — но о их истории и о самом герое имеет довольно смутное представление. Известная французская исследовательница и литератор, увлеченная историей, блистательно восполняет этот пробел. Перед читателем оживает эпоха Древнего Рима последнего века до новой эры со всеми его бурными историческими и политическими коллизиями, с ее героями и антигероями. В центре авторского внимания — Марк Юний Брут, человек необычайно одаренный, наделенный яркой индивидуальностью: философ, оратор, юрист, политик, литератор, волей обстоятельств ставший и военачальником, и главой политического заговора. Его богатый внутренний мир поражает своей яркой духовностью, тонкостью восприятия и твердой несгибаемостью в своей убежденности и принципах. Это был человек чести, доблести, мужества и того гуманизма, который станет кредо в новую эпоху — эпоху Возрождения, эпоху Ренессанса.

Анна Берне

Биографии и Мемуары / Документальное
Белая масаи
Белая масаи

История, рассказанная Коринной Хофманн, – это не просто история любви. Это очень откровенный, правдивый и полный глубокого чувства рассказ о том, как белая женщина отказалась от тех благ, что дарует современному человеку европейская цивилизация, ради любви к темнокожему воину масаи.Те четыре года, которые уроженка благословенной Швейцарии провела рядом со своим мужчиной в кенийской деревне, расположенной в африканской пустыне, стали для героини ее личным адом и ее раем, где в единое целое переплелись безграничная любовь и ожесточенная борьба за выживание, захватывающее приключение и бесконечное существование на грани физических и духовных сил. И главное, это была борьба, в которой Коринна Хофманн одержала оглушительную победу.Книга переведена на все европейские языки и издана общим тиражом 4 миллиона экземпляров.По книге снят фильм, который триумфально прошел по всей Западной Европе.

Коринна Хофманн

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Прочая документальная литература / Документальное
100 великих оригиналов и чудаков
100 великих оригиналов и чудаков

Она будет интересна каждому, кто ценит необычных людей и нестандартное мышление.Кто такие чудаки и оригиналы? Странные, самобытные, не похожие на других люди. Говорят, они украшают нашу жизнь, открывают новые горизонты. Как, например, библиотекарь Румянцевского музея Николай Фёдоров с его принципом «Жить нужно не для себя (эгоизм), не для других (альтруизм), а со всеми и для всех» и несбыточным идеалом воскрешения всех былых поколений… А знаменитый доктор Фёдор Гааз, лечивший тысячи москвичей бесплатно, делился с ними своими деньгами. Поистине чудны, а не чудны их дела и поступки!В очередной книге серии «100 великих» главное внимание уделено неординарным личностям, часто нелепым и смешным, но не глупым и не пошлым.Она будет интересна каждому, кто ценит необычных людей и нестандартное мышление.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
Жизнь и судьба: Воспоминания
Жизнь и судьба: Воспоминания

Вниманию читателей предлагаются воспоминания Азы Алибековны Тахо-Годи, человека необычной судьбы, известного ученого и педагога, филолога-классика, ученицы, спутницы жизни и хранительницы наследия выдающегося русского философа Алексея Федоровича Лосева. На страницах книги автор вспоминает о трагических поворотах своей жизни, о причудливых изгибах судьбы, приведших ее в дом к Алексею Федоровичу и Валентине Михайловне Лосевым, о встречах со многими замечательными людьми — собеседниками и единомышленниками Алексея Федоровича, видными учеными и мыслителями, в разное время прошедшими «Арбатскую академию» Лосева. Автор искренне благодарит за неоценимую помощь при пересъемке редких документов и фотографий из старинных альбомов В. Л. ТРОИЦКОГО и Е. Б. ВИНОГРАДОВУ (Библиотека «Дом А. Ф. Лосева»)

Аза Алибековна Тахо-Годи

Биографии и Мемуары / Документальное
Малое собрание сочинений
Малое собрание сочинений

Михаил Александрович Шолохов – один из самых выдающихся писателей русской советской литературы, лауреат Нобелевской премии, автор романов «Тихий Дон» и «Поднятая целина». В настоящее издание вошли ранние рассказы 1920-х гг., впоследствии объединенные в сборники: «Донские рассказы», «Лазоревая степь», «О Колчаке, крапиве и прочем», а также произведения, посвященные Великой Отечественной войне: «Они сражались за Родину», «Судьба человека», «Наука о ненависти», «Очерки военных лет» – возможно, наиболее пронзительные, яркие, трагичные и вместе с тем жизнеутверждающие тексты, созданные на тему войны не только в отечественной, но и в мировой литературе.«Главный герой его произведений, – писал о Шолохове финский писатель Мартти Ларни, – сама правда… Жизнь он видит и воспринимает как реалистическую драму, в которой главная роль отведена человечности. В этом одно из объяснений его мировой славы».

Павел Андреев , Михаил Александрович Шолохов , Станислав Александрович Пономаренко

Проза о войне / Прочее / Самиздат, сетевая литература / Книги о войне / Документальное
Странные люди
Странные люди

Они видят сквозь землю и читают мысли на расстоянии, предсказывают будущее и проникают в прошлое, лечат словом и убивают взглядом… Они – странные люди. Почему? Здесь нет ответа. Здесь только факты.В книге вы найдете самые удивительные примеры непонятных и не поддающихся объяснению явлений, происходивших на глазах заслуживающих доверия свидетелей – врачей, ученых, юристов:– воскрешение из мертвых;– люди, которые не спят;– человек-факел;– человек с двумя лицами;– удивительная сила снов…Жизнь оказывается фантастичнее самых неправдоподобных наших фантазий! Нас окружают еще непознанные силы, которые нельзя ни взвесить, ни зарегистрировать, ни измерить доступными нам приборами. Чудеса случаются чаще, чем вы думаете!

Фрэнк Эдвардс , Михаил Аркадьевич Климовицкий , Айно Васильева , Лис Теру , Василий Шукшин , Анна Алексеевна Горностаева

Карьера, кадры / Детективы / Документальная литература / Боевики / Современная проза / Прочая документальная литература / Документальное
Провидец Энгельгардт
Провидец Энгельгардт

В книге описаны жизненный путь и деятельность выдающегося русского учёного, хозяйственника, мыслителя и публициста Александра Николаевича Энгельгардта. В отличие от других трудов на эту тему, обычно посвящённых деталям биографии и разбору его книги «Из деревни», в данной работе в центре внимания оказались размышления А.Н. Энгельгардта о путях развития и исторической миссии России и о фундаментальных ценностях человеческой жизни, его идеи о рациональном размещении производительных сил по территории страны, космическом характере и оптимальных методах хозяйствования с государственной и общенародной точек зрения, типе экономики, которая неизбежно придёт на смену рыночной, о роли интеллигенции в обществе и типе народного интеллигента. Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Михаил Фёдорович Антонов , Михаил Федорович Антонов

Биографии и Мемуары / Документальное