Документальное

Так кто же развалил Союз?
Так кто же развалил Союз?

Одно из самых значительных исторических событий XX века - распад коммунистической империи, какую представлял собой Советский Союз. Еще в середине восьмидесятых годов ничто вроде бы не предвещало этого распада: большинству людей СССР представлялся прочным и монолитным. Но прошло каких-то пять-шесть лет, и 'страна победившего социализма' перестала существовать. На ее месте возникло некое странное образование - Содружество Независимых Государств, СНГ. Что это такое, в общем-то не было ясно и тогда, и остается не вполне ясным до сих пор.\n\nПонятно, что это не федерация, не конфедерация… Даже не структура наподобие Европейского Союза… Преобладающее мнение: аббревиатура СНГ понадобилась главным образом для того, чтобы ХОТЬ ЧЕМ-ТО заменить другую аббревиатуру - СССР. Ибо в противном случае пришлось бы признать, что СССР превращается в НИЧТО, что от него остаются лишь куски - отдельные, никак не связанные друг с другом государства. По ряду причин такое толкование случившегося было менее приемлемым, нежели представление, согласно которому СССР не просто исчезает, а превращается в СНГ.\nРешающими в процессе распада СССР были два года - 1990-й и 1991-й. Об этом, финишном, этапе исчезновения 'великой и могучей' коммунистической державы и идет речь в данной книге.

Олег Мороз

Публицистика / Прочая документальная литература / Документальное
Лука Модрич. Автобиография
Лука Модрич. Автобиография

Лука Модрич – лучший хорватский футболист в XXI веке, один из самых зрелищных и полезных хавбеков мира, признанный лучшим игроком планеты в 2018 году.Хорват является эталоном игры в полузащите, ведь Модрич успевает везде: он, как дирижер, прекрасно управляет атаками своей команды, а в защите никогда не уступает своему оппоненту, несмотря на скромные габариты. В Хорватии он уже давно стал живой легендой.Автобиография Модрича – это история, как великий талант благодаря бесстрашию и неуступчивости становится лицом хорватского народа и своей маленькой страны. Став беженцем в шестилетнем возрасте и ощутив все тягости войны, Лука дорос до уровня лучшего игрока мира и выступает на самых известных футбольных стадионах.

Роберт Маттеони , Лука Модрич

Биографии и Мемуары / Боевые искусства, спорт / Документальное
Мальчик, которого растили как собаку
Мальчик, которого растили как собаку

Знаменитый американский психотерапевт Брюс Перри лечил, наблюдал и изучал детей, которым пришлось столкнуться с самыми ужасными обстоятельствами, какие только можно себе вообразить: выживших жертв геноцида, переживших похищение и сексуальное насилие, жертв запугивания и террора в деструктивных сектах сатанистов и «Ветви Давидовой». Психотерапевтическим чудом можно назвать случаи излечения мальчика, который провел пять лет, сидя на цепи в клетке, девочки, которая видела, как убивали ее родителей, и ребенка, которого держали под замком в туалете…Что происходит, когда травмирован молодой мозг? Как психологическая катастрофа влияет на психику ребенка? Как и что можно предпринять, чтобы вернуть детям радость полноценной жизни, восстановить потенциал физического, умственного и эмоционального развития?Рассказывая реальные истории сквозь призму науки, доктор Перри раскрывает стратегии и меры, учитывающие удивительные возможности детской психики и мозга, для полного преодоления последствий экстремального психологического опыта своих юных пациентов.

Брюс Перри , Майя Салавиц

Психология и психотерапия / Психология / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Где-то во Франции
Где-то во Франции

Впервые на русском! Яркий любовно-драматический исторический роман о женской судьбе во время Первой Мировой войны. От автора бестселлера "Платье королевы". От автора, написавшей лучший исторический роман года по версии USA Today и Real Simple.Когда «лампы гаснут по всей Европе», над миллионами людей сгущается тень…Леди Элизабет мечтает быть независимой, путешествовать по миру и – вот выдумщица – выйти замуж по любви. Она сбегает из родительского дома, мечтая стать полезной обществу. Но Первая мировая война вносит страшные коррективы в судьбу миллионов.Так из леди Элизабет она становится просто Лилли, попадает в прифронтовую зону, где перевозит раненых с места битвы в полевой лазарет.Будущее туманно, все близкие люди далеко и, кто знает, живы ли. Но даже во тьме можно отыскать источник света.«У Дженнифер Робсон определенно есть дар описывать стремления и надежды простых людей в эпоху перемен». – Shelf Awareness

Дженнифер Робсон

Современная русская и зарубежная проза / Историческая литература / Документальное
Манифест великого тренера: как стать из хорошего спортсмена великим чемпионом
Манифест великого тренера: как стать из хорошего спортсмена великим чемпионом

Легендарный коуч Тим Гровер, наставник Майкла Джордана, Коби Брайанта и Дуэйна Уэйда, впервые делится своим опытом по управлению командой и правилами поведения в стрессовых ситуациях. Психологические приемы, применяемые им в тренерской практике, могут быть успешно использованы в любой сфере бизнеса и жизни. Благодаря безжалостной подаче, Гровер может сделать великого чемпиона не только из подающего надежды баскетболиста, но и из вас!Не обязательно быть фанатом баскетбола ‒ эту книгу должным образом оценят и бизнес-руководители. Вас ждут откровения Гровера, его секреты работы с высокопоставленными спортивными клиентами.

Тим Гровер , Шари Уэнк

Публицистика / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Документальное
Под гипнозом
Под гипнозом

Марлоу Кейн.Два года назад у меня была идеальная жизнь.И… БУМ… В один жуткий миг всё исчезло, оставив внутри лишь черную пустоту.Сейчас я провожу сеансы гипноза на знаменитой Харлей Стрит. Я помогу вам отвыкнуть от дурных пристрастий, избавиться от безрассудного страха, скинуть лишний вес или познать ваше прошлое…Мой новый клиент Оливия Свонсон — невероятно красивая, таинственная и проблемная молодая женщина, потерявшая память. Когда наши сеансы пробуждают в ней глубокие тёмные желания, я понимаю, что она вовсе не та, кем кажется.То, что я познаю, настолько пьянит, что начинаю терять свои профессиональные навыки. Я знаю, что должен отказаться от наших еженедельных встреч… Я знаю, что должен остановиться…Но не могу…Оливия Свонсон.Марлоу Кейн отличается от всех мужчин, которых я когда-либо знала. У него внешность кинозвезды, совершенное тело и очень сексуальный американский акцент.Но иногда, когда он думает, что его никто не видит, я замечаю боль в его глазах.Я разрешаю ему копаться в самых темных закоулках моего подсознания, чтобы выудить оттуда похороненные воспоминания, но сейчас они стали возвращаться.Проблема в том, что я не узнаю в себе эту женщину.Но я ничего не говорю ему. Боясь, что он может вдруг остановиться, я не могу позволить ему уйти. Я живу ради его тлеющего взгляда и запретных ласк.Он понятия не имеет, что чем дальше он зайдет, тем глубже мы увязнем…

Джорджия Ле Карр , Анна Витальевна Шепеленко

Биографии и Мемуары / Короткие любовные романы / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Современные любовные романы / Документальное
Борис Рыжий. Дивий Камень
Борис Рыжий. Дивий Камень

Поэзия Бориса Рыжего (1974–2001) ворвалась в литературу на закате XX века неожиданной вспышкой яркого дарования. Юноша с Урала поразил ценителей изящной словесности свежестью слова, музыкальностью стиха, редкостным мастерством, сочетанием богатой внутренней культуры с естественным языком той среды, от имени которой высказывалась его муза, — екатеринбургской окраины. Он привел нового героя, молодого человека приснопамятных 1990-х, «где живы мы, в альбоме голубом, земная шваль: бандиты и поэты». После раннего, слишком раннего ухода Бориса Рыжего ему сразу наклеили две этикетки: «последний советский поэт» и «первый поэт поколения». Так ли это? Илья Фаликов, известный поэт, в свое время принявший участие в судьбе героя книги, не стремится к отстраненному повествованию о жизни и смерти поэта — подобно многим персонажам жизнеописания, он вступает в диалог с Борисом Рыжим и предлагает собственный взгляд на это поэтическое явление рубежа тысячелетий. Сплав путевых заметок, исторических экскурсов, личных воспоминаний, критических отзывов, бесед с родными и близкими поэта, широта цитирования, многоликость людей, вовлеченных в быстролетную жизнь Бориса Рыжего, — все это составляет содержание книги и вряд ли оставит чуткого к поэзии читателя равнодушным.знак информационной продукции 16+

Илья Зиновьевич Фаликов

Биографии и Мемуары / Документальное
Петербург в 1903-1910 годах
Петербург в 1903-1910 годах

Выдающийся библиофил и библиограф, занимательный рассказчик и одаренный прозаик, журналист и путешественник, археолог и коллекционер — все эти определения равно применимы к Сергею Рудольфовичу Минцлову (1870–1933) и каждое из них отражает лишь часть его многогранной, деятельной натуры.Книга Минцлова «Петербург в 1903–1910 годах» — ценнейший исторический источник, рисующий широкую панораму жизни столицы в один из наиболее драматических ее периодов, который стал всего лишь предвестием будущих потрясений…Празднование 200-летия Петербурга и губительное наводнение 1903 года, расстрелы «Кровавого воскресенья» и демонстрации Первой русской революции, грабежи и политические баталии — все это проходит перед читателем в дневниках Минцлова, все это видит он глазами пристрастного и увлекающегося, но никогда не теряющего здравомыслия и чувства юмора свидетеля. А рядом — газетные сообщения и слухи, сплетни и размышления, портреты литераторов и ученых, аресты и цензурные ограничения времен реакции, истории о всеохватной коррупции и взятках, казнокрадстве и непотизме, кумовстве и чиновном произволе, невольно заставляющие вспомнить современную Россию.Книга С. Р. Минцлова «Петербург в 1903–1910 годах» переиздается впервые с 1931 г. и снабжена подробными примечаниями и биографическим очерком.

Сергей Рудольфович Минцлов

Биографии и Мемуары / Документальное
Второе нашествие янычар.  История создания «национально свидомых»
Второе нашествие янычар. История создания «национально свидомых»

Уважаемый читатель.Книга «Второе нашествие янычар» посвящена украинцам: времени и месту их появления на территории Малой Руси; причинам их появления; целям, для которых они были созданы; методике их создания; создавшим их «родителям»; геноциду карпатских русинов, сопровождавшему создание украинцев. Рассматривается проблема идеологии «украинства», носителями которой являются национально озабоченные представители украинцев, ее значение для восточнославянского суперэтноса. Описывается современный этап развития «украинства» в Малороссии.Объясняются причины, по которым украинцы, как нация, не имеют исторических перспектив, и в скором будущем должны сойти с исторической сцены.Возможно, построение этого обзора вызовет нарекания у профессионалов, но цель его была одна — донести до читателя проблему и предложить методы ее решения.Отдельно стоит сказать об основном недостатке работы — отсутствии ссылок на цитируемые работы, фрагменты из которых я постарался стилистически подравнять. Это объясняется очень просто. Поначалу эта работа задумывалась только для себя. Как «личное оружие» для отражения «наездов» обнаглевших донельзя «титульных» соотечественников. Но практика показала, что применение этих знаний является не только эффективным «личным оружием», но и с успехом может использоваться в качестве «оружия массового поражения» представителей вида Maidaun vulgaris ukrainicus (Даун обычный, подвид украинский). Которые являются всего лишь «иванамиродстванепомнящими», предавшими своих русских предков (и при этом еще имеющими наглость называть себя «титульной нацией»). Одним словом — янычарами.Поэтому я и решил поделиться этой работой с другими.Любознательный читатель сможет самостоятельно ознакомиться с первоисточниками, перечень которых расположен в конце работы.

Русин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Андрей Вознесенский
Андрей Вознесенский

Когда-то молодой поэт Андрей Вознесенский потребовал: «Уберите Ленина с денег!» Сановные ленинцы от такой ереси онемели, Сбербанк призвал автора к ответу. Времена сменятся, и за те же строки поэта обвинят в «пособничестве режиму». «Убирайтесь вон из страны!» — громыхал в его адрес Хрущев. Поэт не «убрался». Спустя годы потомки Хрущева приедут к нему из США за знаменитой фотографией, на которой вождь грозит анафемой поэту. Вознесенский прожил 77 лет (1933–2010), и судьба его навсегда переплелась с судьбой страны, где для одних он — слишком «западник», для других — слишком «патриот». Собратья-ровесники будут спорить за звание «ученика» Пастернака, но лишь Вознесенскому он напишет: «Счастлив, что дожил до Вашего первого успеха». Знаменитая четверка поэтов-шестидесятников, собиравшая стадионы поклонников, обросла мифологией, но вопросы остались. Вознесенский и Евтушенко были друзьями или недругами? Что находили в молодом Вознесенском поэт Арагон и художник Пикассо, экзистенциалист Сартр и битник Гинзберг, философ Хайдеггер и драматург Миллер? Отчего в Вознесенском души не чаяли председатель белорусского колхоза товарищ Бедуля и… Жаклин Кеннеди? Правда ли, что Бродский не только злословил о нем, но приглашал к себе на кофе и обсуждал любимых кошек? Почему Вознесенскому не дали Нобелевскую премию, хотя собирались?.. Игорь Вирабов, филолог и журналист, с азартом детектива расследует в книге эти и другие, не менее важные и сенсационные темы. Воспоминаниями с ним делятся композитор Щедрин, актер Смехов, писатель Гладилин, поэты Сулейменов, Кублановский, Кедров, сестра режиссера М. Тарковская, муза поэта Оза и другие музочки, дочь поэта Арина… Об Андрее Вознесенском известно всё — и о нем неизвестно ничего. Попробуем познакомиться с Вознесенским заново!знак информационной продукции 16+

Игорь Николаевич Вирабов

Биографии и Мемуары / Документальное
Решая судьбу человека…
Решая судьбу человека…

Автор этого произведения — практический работник органов прокуратуры, кандидат юридических наук. Его книга, написанная по материалам Татарской АССР, не отличается самобытностью языка и изяществом литературного стиля. Но она правдиво, почти с документальной точностью рассказывает о деятельности советской прокуратуры. Внимание к человеку, забота о нем, вера в его духовные силы — вот что характеризует нашего следователя, и эти его черты убедительно раскрыты автором. Читатель встретит здесь немало примеров чуткого, подлинно гуманного подхода следственных работников к решению человеческих судеб, увидит, как много любви и труда отдает советский следователь своему благородному делу.Настоящее издание — второе, дополненное и переработанное. В книгу включен ряд новых очерков, расширен очерк «Святые отцы».Книга представляет несомненный интерес для широкого читателя, и в первую очередь для молодежи. Она зовет к раздумью о судьбах человеческих.

Николай Венедиктович Жогин

Детективы / Документальная литература / Прочие Детективы / Прочая документальная литература / Документальное
В спецслужбах трех государств
В спецслужбах трех государств

Книга Н.М.Голушко — это воспоминания и свидетельства сотрудника органов государственной безопасности, прошедшего путь от рядового оперативного работника до председателя КГБ Украинской ССР, члена Коллегии КГБ СССР, министра безопасности, затем директора Федеральной службы контрразведки РФ и стоявшего у истоков образования самостоятельных национальных спецслужб России и Украины после развала СССР. В рамках разумного и дозволенного профессиональной этикой и конспирацией автор анализирует судьбоносные события общественно-политической жизни страны: разрушение Советского Союза, деяния ГКЧП, ликвидацию КГБ СССР, непримиримое противостояние президентской и парламентской ветвей власти, драматические события октября 1993 года и т. д. Трагические судьбы спецслужб, условия, в которые они были поставлены временем и законом, до сего времени изучены и описаны мало. Автор позволяет читателю сформировать свою точку зрения относительно имиджа чекистов исходя из реалий той обстановки, в которой им приходилось действовать.Книга будет интересна новому поколению сотрудников органов безопасности и широкому кругу читателей.

Николай Михайлович Голушко

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / Документальное / Cпецслужбы
Хранитель пчел из Алеппо
Хранитель пчел из Алеппо

Чудесный вид на купола и минареты древнего прекрасного города Алеппо открывался из окон дома на холме. В доме жила семья, самая обычная: муж был пчеловодом, жена рисовала картины и воспитывала маленького сына. Жизнь текла размеренно и счастливо, и хотелось верить, что так будет всегда. Но в Сирию пришла война. Она разрушила не только город, но и хрупкий семейный мирок. Пережитый ужас, долгие скитания и унижения заставили близких людей отдалиться друг от друга, замкнуться в своем горе… О том, каких усилий стоит снова научиться жить, рассказывает роман Кристи Лефтери. В его основу легли подлинные истории тех, кто оказался в афинском центре беженцев, где автор работала волонтером. По ее словам, это книга о глубочайшей потере, но также о любви и пути к свету. Впервые на русском!

Кристи Лефтери

Историческая проза / Историческая литература / Документальное