Документальное

Россия за Сталина! Вождь народа против жуликов и воров
Россия за Сталина! Вождь народа против жуликов и воров

«Я знаю, что после моей смерти на мою могилу нанесут кучу мусора, но ветер истории безжалостно развеет ее!» Через 60 лет после убийства Сталина понимаешь, насколько же он был прав. Несмотря на истерику «либеральных» иуд и истошный вой кремлевской пропаганды, всё больше граждан России оценивает роль Иосифа Виссарионовича в истории как исключительно положительную, считая его не «тираном», «палачом» и «мясником», якобы «заваливавшим врага трупами», а лучшим полководцем Второй Мировой, величайшим государственным деятелем XX века, гениальным творцом-созидателем и спасителем Отечества, который однажды уже превратил отсталую, нищую, разграбленную страну в Сверхдержаву и мог бы совершить это снова. Участвуй он сегодня в выборах — Сталин получил бы больше голосов, чем все остальные кандидаты, вместе взятые! Сравните этого титана власти с нынешними политическими пигмеями, а могучий сталинский СССР 60-летней давности с жалкой РФ, превратившейся в сырьевую колонию Запада, — и решайте сами, за кем будущее и кто заслуживает вечной памяти!

Сергей Кремлев

Публицистика / Прочая документальная литература / Документальное
Дневники Энди Уорхола
Дневники Энди Уорхола

Энди Уорхол вел эти дневники с ноября 1976 до февраля 1987 года вплоть до последней недели своей жизни, когда по неизвестным причинам он скончался в Нью-Йоркской больнице после операции. На протяжении десяти лет Уорхол делился впечатлениями о светских вечеринках и ночных походах в «Студию 54», поездках в Лондон, Париж и Лос-Анджелес, а также сообщал Дневнику обо всех своих расходах за день, начиная с оплаты такси и заканчивая стоимостью звонка из уличного телефона-автомата.Рассказанные в неповторимой манере культового художника истории о встречах с Труменом Капоте, Лайзой Минелли, Миком Джаггером, The Velvet Underground, Жан-Мишелем Баския, Джимом Моррисоном, Мохаммедом Али, Йоко Оно, записанные и отобранные Пэт Хэкетт, превращают эти дневники в одну из самых гламурных, остроумных и откровенных книг ХХ века.

Энди Уорхол

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Прочая документальная литература / Документальное
Царь Федор Иванович
Царь Федор Иванович

Федор Иванович занимает особое место в ряду русских монархов. Дело не только в том, что он последний представитель династии, правившей Россией более семи столетий. Загадка царя Федора не давала покоя ни его современникам, ни позднейшим историкам. Одни видели в нем слабоумного дурачка, не способного к управлению страной. Для других (и автор книги относится к их числу) царь Федор Иванович — прежде всего святой, канонизированный Русской церковью, а его внешняя отгороженность от власти — свидетельство непрестанного духовного служения России. Как бы ни относиться к фигуре «последнего Рюриковича на троне», надлежит признать: именно в его царствование (1584—1598) Россия не только смогла преодолеть ужасные последствия предыдущего правления царя Ивана Грозного, но и добилась выдающихся успехов в своем историческом развитии. Именно при «слабом» царе Федоре (и при его непосредственном участии) в России было введено патриаршество; при нем строились новые города и основывались монастыри; при нем Россия одержала военную победу над Швецией, взяв реванш за поражение в Ливонской войне, сумела закрепиться на Урале и в Западной Сибири. Так благом или нет было для России правление «царя-инока», чурающегося мирских дел? Свой ответ на этот вопрос дает автор книги, известный историк Дмитрий Володихин.

Дмитрий Михайлович Володихин

Биографии и Мемуары / Документальное
Как по лезвию
Как по лезвию

"Я подхожу к музыке безусловно с точки зрения литературной", — так в одном из интервью сказал о своем творчестве Александр Башлачев — легенда и звезда русского рока. Если бы он почти два десятка лет назад не ушел из жизни, ему исполнилось бы сейчас всего 45. По нынешним меркам считался бы начинающим поэтом. Но — "Поэты в миру после строк ставят знак кровоточил"…Эта книга — наиболее полное собрание песен и стихов Александра Башлачева.Совершив чудную «загогулину», российская жизнь вновь вернулась на тёмные круги своя, и опять нет для нас поэта более важного, чем Александр Башлачев. Память о нём всколыхнулась с новой силой; песни звучат, как сверхновый завет, а загадка его жизни и смерти будоражит до сердечной боли. Впрочем, большинство сограждан и современников вообще не знает, кто такой Башлачев, а те немногие, кто знают, путаются в мифах и апокрифах. Это простительно: и творчество, и жизнь СашБаша настолько экстраординарны, что и я, например, хотя и знал его хорошо, не имею ответов на многие, многие вопросы.АК Троицкий

Александр Николаевич Башлачев

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Мария Волконская: «Утаённая любовь» Пушкина
Мария Волконская: «Утаённая любовь» Пушкина

Пленительный образ княгини Марии Николаевны Волконской (урожденной Раевской; 1805–1863) — легендарной «русской женщины», дочери героя Наполеоновских войн и жены декабриста, последовавшей за осужденным супругом в Сибирь, — запечатлен в русской и зарубежной поэзии, прозе и мемуаристике, в живописи, драматургии и кино, в трудах историков, публицистов и литературоведов. Общественная мысль в течение полутора веков трактовала Волконскую преимущественно как «декабристку». В действительности же идеалы княгини имели мало общего с теорией и практикой «первенцев свободы»; Волконская избрала собственный путь, а «декабризм» был лишь неизбежным фоном ее удивительной биографии.Вниманию читателей предлагается первое в отечественной историографии подробное жизнеописание М. Н. Волконской. По мнению автора книги М. Д. Филина, главным событием ее бурной, полной драматических и загадочных страниц жизни стало знакомство с Пушкиным, которое переросло во взаимную «утаённую любовь» — любовь на все отпущенные им годы. Следы этого чувства, в разлуке только окрепшего, обнаруживаются как в документах княгини, так и во многих произведениях поэта. Изучение пушкинских сочинений, черновиков и рисунков, а также иных текстов позволило автору сделать ряд оригинальных наблюдений и выводов, ранее не встречавшихся в пушкинистике.

Михаил Дмитриевич Филин

Биографии и Мемуары / Документальное
Воспоминания. Мемуарные очерки. Том 2
Воспоминания. Мемуарные очерки. Том 2

Фаддей Венедиктович Булгарин (1789–1859) – одна из ключевых фигур русской литературы первой половины XIX века. Ожесточенная полемика с А. С. Пушкиным и действия в качестве агента Третьего отделения способствовали ухудшению его репутации, но не следует забывать, что он был одним из самых читаемых авторов своего времени, крупным издателем и  редактором – в  частности, первым сумел «провести в  печать» фрагменты «Горя от ума» А. С.  Грибоедова и  ввел в  русскую литературу ряд жанров. Занявшись публикацией своих мемуаров, Булгарин совершил беспрецедентный поступок: впервые в России мемуарист при жизни издал автобиографию. «Воспоминания», вошедшие в первый том этого издания, повествуют о начальном этапе бурной жизни автора, достойной плутовского романа: детстве в  польской семье в  Белоруссии, обучении в  кадетском корпусе в  Петербурге, участии в  войнах с  Францией и  Швецией, службе в Кронштадте, петербургском быте и развлечениях начала XIX века, встречах с известными людьми и любовных увлечениях. Более поздний этап жизненного пути Булгарина отражен в  мемуарных очерках, составляющих второй том книги. Они посвящены Наполеону, Карамзину, Аракчееву, Крылову, Грибоедову и др. В качестве приложения публикуются письма Булгарина цензорам «Воспоминаний», донос М. А. Корфа на мнение писателя о  М. М.  Сперанском, отклики Н. А.  Полевого и  Я. К.  Грота на «Воспоминания» и ответы им автора.

Фаддей Венедиктович Булгарин

Биографии и Мемуары / Классическая проза ХIX века / Документальное
Степан Бандера в поисках Богдана Великого
Степан Бандера в поисках Богдана Великого

Предыдущая работа Александра Андреева "Богдан Хмельницкий в поисках Переяславской Рады" рассказала о великолепной истории Украины и ее революции середины XVII столетия. В новой книге московского историка "Степан Бандера в поисках Богдана Великого" подробно и динамично рассказано о судьбе Организации Украинских Националистов и ее руководителей 1929–1959 годов.Девять частей книги содержат реконструкции украинской истории после казацкой эпохи, деятельности Симона Петлюры и жизни Украинской Народной Республики во время Гражданской войны 1918–1921 годов в бывшей Российской империи, взаимоотношений и борьбы ОУН с пилсудчиками, гитлеровцами и сталинцами. Значительная часть издания посвящена истории украинского национализма, войне Украинской Повстанческой Армии и войск Народного комиссариата внутренних дел СССР во главе с Лаврентием Берией, убийственному противостоянию службы безопасности ОУН и специальных групп НКВД УССР.Реконструкция-исследование подробно описывает жизнь и деятельность Степана Бандеры, приводит и анализирует его четкие и прозорливые работы, написанные с момента освобождения из фашистского концентрационного лагеря Заксенхаузена в 1944 году до его убийства отравой в Мюнхене в октябре 1959 года.Многие документы ОУН и УПА, работы С. Бандеры и П. Федуна-Полтавы в переводе автора публикуются на русском языке впервые.

Александр Радьевич Андреев

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Охотник за разумом. Особый отдел ФБР по расследованию серийных убийств
Охотник за разумом. Особый отдел ФБР по расследованию серийных убийств

Эту книгу, выдержавшую множество переизданий и породившую целый жанр в криминальных фильмах и телесериалах, начиная со знаменитого «Молчания ягнят», можно было бы назвать классической — если не бы не легкий язык и непобедимое чувство юмора ее создателей. Первый в мире профессиональный профайлер, спецагент ФБР Джон Дуглас вместе со своим постоянным соавтором, журналистом Марком Олшейкером, мастерски чередуя забавные байки из собственной жизни и жуткие подробности серийных убийств, рассказывает историю становления поведенческого анализа и его применения к поиску нелюдей в человеческом обличье.Новое издание дополнено обширным предисловием авторов, написанным спустя двадцать лет после первой публикации «Охотника за разумом».

Джон Дуглас , Марк Олшейкер

Военное дело / Документальное
Азарт
Азарт

Вы держите в руках увлекательный опус Иоанны Хмелевской об азарте, о страсти к игре, которой одержимы миллионы людей, в том числе и сама знаменитая писательница. Рулетка и покер, блэк-джек и кости – теперь вы можете хоть сутками напролет прожигать свою жизнь, подобно персонажам этой книги. Она обращена ко всем – и к заядлым игрокам, и к зеленым новичкам, жаждущим выиграть свой первый миллион, и к несчастным, что проиграли последнюю рубаху. Но прежде всего – к поклонникам Иоанны Хмелевской, которые устали осаждать издательство вопросом, когда же они смогут узнать, что такое азарт. Трудно найти более сведущего знатока игры и азарта, чем Хмелевская, – пани Иоанна самолично посетила все крупнейшие казино мира, поиграла во всевозможные азартные игры и теперь желает поделиться своим опытом с читателями.Игра – занятие не только азартное, но еще и крайне веселое, вот главный вывод Иоанны Хмелевской. Правда, проиграть вам не удастся, поскольку «Азарт» пани Иоанны – это верный выигрыш.

Иоанна Хмелевская , Irena-Barbara-Ioanna Chmielewska

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Государь Иван Третий
Государь Иван Третий

Вторая половина XV века. Иван Третий – великий князь московский и всея Руси – борется с мятежным Новгородом, и именно это занимает почти все его мысли. Между тем супруга, княгиня Мария, чувствует себя все хуже, а после ее смерти Иван вынужден меньше внимания уделять государственным делам и больше – воспитанию сына, Ивана Молодого, который с годами все больше проявляет своевольный характер – весь в отца! Доходит до того, что сын заявляет, что не хочет жениться, руководствуясь интересами государства. Только по зову сердца! Отец, поначалу разгневанный, вынужден смириться, но это означает, что придется теперь самому жениться так, чтобы от этого союза получило выгоду Московское государство. И пусть Иван еще не стар, но невеста не должна быть очень молода. В итоге он принимает предложение, исходящее из Рима, и женится на Софье Палеолог, племяннице последнего византийского императора.

Юрий Дмитриевич Торубаров

Историческая проза / Историческая литература / Документальное
Записки о жизни Николая Васильевича Гоголя. Том 1
Записки о жизни Николая Васильевича Гоголя. Том 1

В 1854 году в журнале был напечатан «Опыт биографии Н. В. Гоголя» Кулиша, заключавший в себе множество драгоценных материалов для изучения жизни и характера нашего великого писателя. С того времени автор, посвятивший себя этому прекрасному делу, неутомимо работал, собирая новые материалы.Он ездил в Малороссию, был в родовой деревне Гоголя, виделся с почтенною матерью автора «Мертвых душ», Марьею Ивановною Гоголь, услышал от нее много воспоминаний о сыне, получил позволение пользоваться письмами Гоголя к ней и сестрам. Племянник Гоголя и издатель его сочинений, Н. П. Трушковский, также познакомил его с своею огромною коллекциею писем Гоголя. С. Т. Аксаков, который лучше всех других друзей Гоголя знал его, не только сообщил автору «Опыта биографии» письма Гоголя, но и составил для него извлечение из «Истории своего знакомства с Гоголем». А. С. Данилевский, князь В. Ф. Одоевский, М. П. Погодин, г-жа А. С. Смирнова, М. С. Щепкин и многие другие из близких знакомых Гоголя предоставили в его распоряжение корреспонденцию свою с Гоголем и воспоминания о нем. Ф. В. Чижов написал записку о своих встречах с Гоголем. Благодаря этим богатым материалам биография в новой редакции приобрела объем втрое больший того, какой имела прежде, и теперь явилась в двух довольно толстых томах. Дополнения к прежней редакции далеко превосходят ее своею массою. Конечно, не все из них имеют одинаковую цену; но нет ни одного, которое не было бы интересно в том или другом отношении, а многие решительно неоценимы по своей важности, особенно материалы, полученные от г-жи М. И. Гоголь, от С. Т. Аксакова, А. С. Данилевского, А. С. Смирновой и М. С. Щепкина. Почти все хронологические пробелы, оставленные в биографии Гоголя письмами Гоголя к М. А. Максимовичу и П. А. Плетневу, служившими главным пособием при составлении «Опыта биографии», восполнены теперь обильными извлечениями из новых материалов, и автор имел полное право считать новую редакцию своего труда совершенно новым трудом. Он выразил этот взгляд тем, что в настоящем издании дал своему сочинению новое заглавие. В первом томе «Записок о жизни Н. В. Гоголя» новых материалов не менее, нежели сколько перешло в него прежних, из «Опыта биографии», а второй том, обнимающий время с 1842—1844 годов до кончины Гоголя, почти весь составился из новых материалов: в «Опыте биографии» этот период занимал не более 50 страниц.Конечно, материалы, столь богатые, еще далеко не полны. Сам автор чувствует это живее, нежели кто-нибудь; потому-то и выпустил он из заглавия своей книги слово «биография», говоря тем, что время для полной биографии Гоголя еще не пришло. Но если и в прежней редакции труд его представлял довольно данных для пояснения некоторых важных вопросов о судьбе и характере человека, после «Мертвых душ» напечатавшего «Выбранные места из переписки с друзьями», то в настоящем своем виде «Записки о жизни Н. В. Гоголя» еще положительнее объясняют и эти вопросы и многие другие факты, которых не касался «Опыт биографии». Полноты и совершенной удовлетворительности в нашем знании Гоголя как человека нет еще и теперь; но многое в его жизни мы знаем теперь несравненно точнее, нежели прежде. Новое издание — или новая книга — тем вернее достигает своей цели, что от своего лица автор не прибавил ничего. Он понял, что дело собирателя фактов важнее и выше всяких размышлений на готовые темы, и, перепечатав «Опыт биографии», обогатил его единственно фактами, а не фразами.

Пантелеймон Александрович Кулиш

Биографии и Мемуары / Документальное
Жизнеописания прославленных куртизанок разных стран и народов мира
Жизнеописания прославленных куртизанок разных стран и народов мира

Этот грандиозный художественно-публицистический труд посвящен историям женщин, которые совмещали прелести древнейшей профессии с проблемами государственной политики и финансов. Многие из них умудрялись разорять не только богатых вельмож, но и целые государства. Пойдя по стопам отца (Поля де Кока, которым зачитывались тургеневские девушки) Анри де Кок выдал в свет, кроме десятка фривольных романов, которые морализаторы сочли полупорнографическими (среди них знаменитая «Ла Минетта»), еще и столь же фривольную публицистику, как серию очерков «История знаменитых куртизанок» и «История знаменитых рогоносцев». Очерки написаны с присущим фамильной профессии блеском, это не скучное документальное чтиво, а в значительной степени подлинно художественная литература. В центре каждого очерка биография конкретной исторической личности, ее достоинства и недостатки, ее жизнь в самый примечательных событиях и судьба. Этот грандиозный труд вместил в себя 4 толстых тома в одной электронной книге. Свыше 100 страниц с многочисленными иллюстрациями.

Анри де Кок

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Великий Бисмарк. Железом и кровью
Великий Бисмарк. Железом и кровью

Он вошел в историю под почетным прозвищем "Железный Канцлер". Его именем назвали линкор - флагман германского флота ~ и архипелаг в Тихом океане. Объединитель немецких земель, отец-основатель Второго Рейха, он был настоящим гением власти, достойным встать в один ряд с такими титанами, как Петр Великий, Наполеон, Сталин, Черчилль. Прожив в Петербурге в качестве прусского посланника около трех лет, Отто Фон Бисмарк сносно говорил по-русски, носил перстень с выгравированным русским словом "ничего" (которое считал "выше своего понимания") и предостерегал соотечественников от вражды с Россией: "Никогда не воюйте с русскими. На каждую вашу военную хитрость они ответят непредсказуемой глупостью"; "Русские долго запрягают, но быстро ездят"; "Не надейтесь, что единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. Русские всегда приходят за своими деньгами. И когда это случится - не рассчитывайте на подписанные вами иезуитские соглашения, якобы вас оправдывающие. Они не стоят той бумаги, на которой написаны. Поэтому с русскими надо либо играть честно, либо вообще не играть..." Эта книга - несомненно, лучшая отечественная биография Бисмарка -впервые позволяет взглянуть на "Железного канцлера" не только как на великого политика, но и как на живого человека со всеми человеческими слабостями, пристрастиями и недостатками.

Николай Власов

Публицистика / Документальное
Слова и смыслы. Мировоззрение и картина мира: ассоциативный словарь
Слова и смыслы. Мировоззрение и картина мира: ассоциативный словарь

В книге 250 эссе, расположенных в алфавитном порядке. В каждом из них – размышления и ассоциации, рождаемые разными словами: от абрикоса – до яблока, от астрофизики – до эзотерики. Одни эссе – развлекательные, другие – познавательные, третьи – философские, но все вместе обращены к вопросам смысла жизни, мироустройства, религии и атеизма, общественного уклада.Эта книга – наглядное пособие по постижению собственной картины мира и мировоззрения.Автор демонстрирует метод размышлений об окружающем мире, об истории и современности, о философии, политике, религии, культуре. Ассоциативный подход позволяет увидеть и осознать собственную картину мира и мировоззренческий арсенал.В сознании каждого присутствуют элементы разных мировоззрений: научного, религиозного, мифологического. Мы не обучены тому, как ими пользоваться, не знаем, когда следует исходить из научного, а когда из религиозного мировоззрения. Следует ли всегда пользоваться только одним из них, отвергая остальные, как ошибочные? Являются ли мировоззрения гибкими инструментами, или это неизменные базисы? Зависит ли наша картина мира от сиюминутного состояния, и какой она «должна быть»? Наши картины мира мозаичны. Общаясь, мы пользуемся словами, полагая, что понимаем их одинаково, но у слов есть как общепринятые значения – их приводят в словарях, так и смыслы, – а вот они у каждого свои и существуют, в том числе, как эмоционально-образные комплексы.Книга адресована как тем, кто впервые задумался «о смысле жизни», так и тем, кто давно и всерьез погружен в философические размышления.

Сергей Николаевич Белкин

Публицистика / Публицистическая литература / Документальное