Читаем Звон смерти полностью

Изучив пространство за дверцей, я понял одну вещь, которая сняла у меня камень с души: не нужно было обладать нечеловеческой силой, чтобы сорвать замок. Дело значительно облегчалось именно потому, что расстояние между стеной и перегородкой составляло всего один метр. Если бы некто, находящийся в клетке, уперся плечами в стену, а ногами в дверцу, то достаточно было сделать незначительное усилие, чтобы сорвать винты. Даже ребенок одного роста с Сьюзи был бы на это способен, если бы у него хватило ума действовать йогами. А для обезьяны столь же естественно действовать ногами, как и руками. Кто-то открыл дверь фургона, и я обернулся. На пороге стоял Хоги.

– Привет, ребята! Держу пари, что у вас возникла та же мысль, что и у меня. Вы искали ее здесь?.

– Я было подумал, что она прячется где-то в фургоне, но она действительно сбежала. Замок на двери сломан.

– Именно поэтому я не стал здесь искать. Но потом подумал, что, может быть, она пришла обратно. Она могла побродить на воле, а потом испугаться и вернуться домой. Давайте посмотрим!

Мы помогли ему обшарить все шкафы, заглянули во все углы: шимпанзе в фургоне не было.

Затем Хоги предложил нам выпить, и Эстелла охотно согласилась. Согласился и я. Пока Хоги наполнял стаканы, я вышел с зажженным фонарем и посмотрел под фургон, вокруг него и даже слазил на крышу. Мне хотелось быть полностью уверенным, что Сьюзи здесь нет. Мы выпили по стаканчику, и я отдал Хоги ключи от его машины. А потом показал ему, как, по моим догадкам, Сьюзи ухитрилась открыть дверцу клетки. Он согласно кивал:

– Она меня провела. Я об этом даже не подумал. Когда я навешивал замок, то для верности попробовал сорвать его с внешней стороны. Но у меня ничего не вышло. – Он с досадой пожал плечами: – Ну, теперь поздно об этом рассуждать. Мне кажется, что полчаса давно прешли. Пойдем посмотрим, как там дела у остальных.

Когда мы пришли на общий сбор, то оказалось, что к нам присоединилась еще целая дюжина добровольных помощников. Но никто не нашел даже следа Сьюзи. Мы опять разошлись, чтобы сделать еще одну попытку, но и она окончилась провалом. Было уже больше трех часов ночи. Хоги сказал, что обезьяна наверняка убежала в лес. Поскольку до рассвета оставалось всего два часа, он решил не ложиться и продолжить поиски с рассветом. Мы с дядей Эмом предложили ему свою помощь, так же как и Кэри. Эстелла пожаловалась, что падает с ног от усталости. Хоти я Мардж пришлось отвезти ее в отель на машине. Потом дядя Эм, Кэри и я вернулись в фургон Кэри. Дверь все еще была закрыта изнутри. Кэри начал колотить в нее изо всех сил и громко звать Моута, но никто не отзывался. Однако в фургоне горел свет. Как мы ни старались, нам ничего не удалось разглядеть через замочную скважину. Тоща я обошел фургон и заглянул в окно. Карлик лежал на полу около кровати, широко раскинув маленькие ручки. Сначала я страшно испугался, но потом у меня отлегло от сердца: я увидел, что он слетка ворочает головой, словно пытаясь ее приподнять. Я вернулся и все рассказал Кэри.

– Чертов идиот! – выругался Кэри. – Что ж, видно, придется ломать!

Поскольку это была его дверь, мы предоставили ему возможность взломать ее самому.

Внутри атмосфера была как на винном заводе. Полупустая бутылка виски валялась рядом с карликом. Значительная часть ее содержимого разлилась по полу. Мы обошли лужу, дядя Эм склонился над Моутом, а Ли раскрыл все окна. Все задвижки были предусмотрительно заперты.

– Он смертельно пьян, и ничего больше, – констатировал дядя Эм. Потом он поднял карлика и переложил его на кровать.

– Он явно чего-то боялся, – заметил я.

Потом мы разлили по стаканам жалкие остатки виски, которые еще плескались в бутылке, и выпили каждый не более наперстка. Кэри вытащил колоду карт; по его словам, она еще не была крапленой, и мы, дожидаясь возвращения Хоги и Мардж, начали играть в рамми по пять центов за партию. Все равно Кэри выиграл у каждого из нас по доллару, хотя карты были честными. Я помню, что он отказывался сдавать:

– Нет уж! При ставке в пять центов я буду жульничать, как последний скот, хотя бы из спортивного интереса! Если бы мы играли по-крупному, тогда, пожалуй, я постарался бы вести честную игру!

Дядя Эм широко улыбнулся:

– А если бы с нами играл какой-нибудь дурень со стороны?

– В таком случае это уже не было бы игрой, – ответил Кэри.

Хоги и Мардж вернулись, когда забрезжил рассвет.

Мардж немного успокоилась и выглядела гораздо лучше, а у Хоги глаза были здорово красными. Я вспомнил, что он ездил в Милуоки – ему нужно было уладить некоторые формальности нашего пребывания на тамошней ярмарке.

Вероятно, он не спал еще и всю предыдущую ночь, потому что ему обязательно нужно было вернуться. Скорее всего, он не спал двое суток, а именно с того момента, как ярмарка покинула Саут-Бенд.

Мы подождали, пока окончательно рассветет, и вчетвером прочесали несколько акров леса. Это заняло у нас два часа. Мы старались на совесть ив конце концов пришли к выводу, что Сьюзи в лесу нет.