Читаем Звезды во мраке полностью

Спать юноше не очень-то хотелось, в иллюминатор, который открылся сразу после выхода в космос, он не смотрел, ему давно надоел вид холодных звезд. Планету все равно увидеть не удастся, потому что сейчас можно увидеть только черноту вакуума, а после того как войдут в атмосферу, иллюминаторы закроются металлокерамическими заслонками.

Он задремал, хоть и продолжал по привычке вслушиваться в урчание двигателя, исправно глотающего топливо и выбрасывающего из себя мощные потоки газов, отмечая для себя каждый поворот и крен.

От этой привычки не мог избавиться ни один разведчик. Они просто не могли не вслушиваться в звук работы механизмов и устройств звездолета, чтобы вовремя услышать неисправность, даже сейчас, несмотря на то что челноком управлял не он, Даниил мог рассказать, где и на какой минуте был сделан тот или иной поворот и с какой нагрузкой работает двигатель.

Минут через пятьдесят мягкий рев смолк, началось плавное снижение, заслонки открылись, но Даниил не стал открывать глаза, зная, что сейчас челнок опускается на бетонные плиты и ничего, кроме подпалин и прожженных ям, не увидишь Все космопорты делались по типовому проекту, если ты увидел один, то видел их все – менялись яркость светила, цвет и глубина атмосферы, но бетон на всех планетах оставался тем же серым и пористым, покрытым черным нагаром от взлетов и посадок.

Как и одинаковым для всех являлся куб диспетчерской на углу посадочной площадки, ощетинившийся иглами антенн, словно диковинный зверь.

Через пару минут челнок завис над полем, потом мягко опустился и замер, покачиваясь на опорах, заработала гидравлика, выравнивая положение, следом зажужжали сервомоторы, открывая люк и опуская металлический трап.

Данька отстегнул ремни и встал, прислушиваясь к себе: гравитация явно больше земной процентов на десять-пятнадцать, для него это пустяк, но пока не привыкнет, будет казаться аборигенам довольно неуклюжим.

Даниил усмехнулся, вспомнив, как читал в книгах о моряках, которые в давние времена, возвращаясь на берег, ходили по твердой земле, раскачиваясь, по привычке компенсируя качку, по этой походке их безошибочно выделяли в любой толпе.

Звездолетчиков тоже было легко отличить в скоплении людей, правда, они не раскачивались, как моряки, но их шаг был скользящим, быстрым, а ноги почти не отрывались от земли, благодаря этому легко двигаться при любой гравитации, не боясь упасть или споткнуться.

У такой походки существовал только один недостаток: привыкая к ровной, гладкой поверхности пола звездолета, люди часто спотыкались, когда ходили по поверхности планеты, потому что ни одна поверхность – асфальт, бетон или пластик – не могла быть такой ровной и гладкой, как пол в звездолете.

Но от этой привычки скользить, а не идти было невозможно избавиться, она въедалась в кровь.

Вот и сейчас Данька заскользил вперед ровным, аккуратным шагом к открывавшемуся люку.

– Удачи, капитан, в ваших делах, – проскрипел голос пилота в динамике. – Когда вас ждать обратно? Челнок нанят вами, я обязан ждать.

Даниил задумался:

– Мне понадобится меньше суток, в случае удачи обернусь часа за четыре, особенно если на этой планете решены вопросы быстрого передвижения по поверхности…

– А куда вам надо, капитан?

– Имса – это такой небольшой городок, вы не скажете, насколько далеко он находится от столицы и какие здесь есть средства передвижения?

– В Имса можно добраться только по скоростной дороге в поезде на магнитной подушке, они ходят по строгому расписанию, первый отправится через пару часов.

– А флаер нанять нельзя?

– Здесь их всего пара штук, и они принадлежат правительству. При всех ваших деньгах вряд ли кто-то посчитает вас настолько важной шишкой, чтобы предоставить такое средство передвижения, в большинстве своем они используются только полицией для розыска преступников, и то нечасто – слишком дорогое это удовольствие…

– Понятно, – пробормотал юноша. – Выходит, за сутки могу и не управиться…

– Капитан, если вы вернетесь к концу этого дня, Для вас это будет несомненной удачей, но лучше готовьтесь к тому, что заночуете в Имса, там есть одна неплохая гостиница.

– Всего одна?

– Имса – маленький шахтерский городок, десяток баров и полицейский участок, больше там ничего нет. А из промышленности только шахта по добыче тяжелых металлов…

Договоримся так, я жду вас до восьми вечера местного времени, если не появляетесь к этому часу, то можете не спешить. Я отправлюсь к своей семье, переночую там и появлюсь на посадочном поле завтра утром. В космопорте все равно никого не будет, его закрывают на ночь…

– Я это учту, но если окажусь здесь раньше восьми вечера, а вас не будет, то на полную оплату полета можете не рассчитывать.

– Мне платит станция, а не вы, этот полет обязательно включат в ваш счет за обслуживание.