Читаем Звездные войны полностью

Но здесь – в общем, даже не таится, а лежит на поверхности, – большая опасность: превосходя учителя, ученик начинает мудрить самостоятельно и в конце концов неизвестно до чего додумается (что, собственно, и произошло). Нет, сильному ученику нужен сильный учитель, и не могли джедаи этого не понимать (иначе как они вообще сумели просуществовать так долго).

Сдается нам, ответ прост: а никого лучше попросту не нашлось.

Джедаи в приквеле напоминают Политбюро эпохи зрелого застоя. Формальный подход, равнодушие к конкретному живому существу, полное отсутствие гибкости, подковерные интриги… Йода – и тот выглядит закостеневшим в своей великой мудрости. Человечность придет к старому даосу гораздо позднее, когда джедаи будут истреблены. Надо полагать, тогда же накроет Оби Вана его знаменитым умением никого не осуждать (видать, хватило ему времени, живя отшельником на Татуине, обдумать все произошедшее и проанализировать в первую очередь собственное поведение).

Джедаи фактически использовали Энакина. А это очень обидно: понять, что тобой воспользовались те, кого ты боготворил, считал средоточием Силы Света.

Кстати, и с кодексом джедаев у Оби Ван Кеноби вышла недоработка: Энакин не усвоил многих положений. А тут еще появляется канцлер Палпатин, который начинает тайно, но последовательно и умно взращивать в душе Энакина зерна Тьмы…

Итак, одним из важнейших факторов перехода Энакина на Темную сторону стало отсутствие доверия к наставникам. И в этом Энакин был прав: такие наставники никакого доверия не заслуживают. Фактически у каждого выдающегося члена Совета джедаев имелась какая-то собственная цель, а Энакину совершенно не понравилось быть марионеткой чьих-то интересов.

«Поразительно, не так ли? Можно завладеть всей Галактикой, но не умами людей». (Палпатин)

Одной из важнейших причин падения Энакина называют его запретную любовь к Падме Амидале.

Палпатину (как и любому здравомыслящему существу) очевидно: тот, кто имеет близких, чрезвычайно уязвим. Поэтому, заметив влечение Энакина к Падме, Палпатин устраивает так, что Оби Ван и его ученик получают ответственное задание – быть личной охраной красавицы. А дальше Палпатину оставалось просто расслабиться и ждать, предоставив событиям развиваться естественным образом.

Совет джедаев еще и дополнительно пособил замыслу Палпатина, отозвав Оби Вана ради другого задания. Так что в конце концов красивый молодой Энакин, не до конца обученный, подверженный разного рода страстям и слабостям (обо всем этом Совету хорошо известно, но почему-то никто, даже Йода, не придает этому большого значения), остается наедине с молодой красивой девушкой. Конечно, девушка эта – ранее королева, а теперь сенатор, а Энакин – ранее невольник какого-то торговца запчастями на захудалой планете, а ныне джедай-недоучка и телохранитель… Но когда и кого это останавливало?

Впрочем, да. Джедаи ведь растолковали юному Скайуокеру, что страстные чувства абсолютно недопустимы. Была проведена разъяснительная беседа? Была! Чего же боле?

Только «эпохой застоя» в джедайском мире и можно объяснить подобное недомыслие. Здесь в полной мере сработало то, что и называется «формальным отношением» к личности, ее индивидуальным особенностям, ее судьбе.

Неужели никому из джедаев не пришло в голову, что сообщить юноше теорию насчет «пагубности страстей» более чем недостаточно? Для того чтобы достичь истинного бесстрастия – не умения держать себя в руках после бессонной ночи, проведенной в жарких фантазиях, а настоящего бесстрастия, когда молодая девушка не вызывает ничего, кроме теплого, братского или отцовского, чувства, – нужны годы духовных упражнений. Да и то случаются срывы, потому что все люди – человеки и ничто человеческое им не чуждо.

А тут все почему-то решили, что достаточно обуреваемому страстями парню сказать: «Не гляди на красавицу Падме, она не для тебя, и вообще твой удел – безбрачие, потому что так положено у нас, джедаев», – и все, готово дело, он подчинится. Что за самонадеянность!

…А мы ведь помним, что самонадеянность – один из величайших пороков в трактовке «позднего Бена», «офицера и джентльмена» в исполнении Гиннеса. Истинная мудрость Алека Гиннеса дала нам ответы на все вопросы еще двадцать лет назад…

Однако проследим далее, как джедаи сами ископали себе могилу.

Чувство Энакина страстно; его любовь – земная, он жаждет обладать девушкой. Теоретически подобные чувства – прямой путь на Темную сторону. Теоретически. На самом деле они представляют собой совершенно закономерный этап в эмоциональном и физическом развитии молодого человека. Требуя, чтобы юноша вел себя как восьмисотлетний старец, джедаи фактически ожидали от него невозможного: чтобы он исказил, искалечил свою натуру. Ему, по их мнению, следовало не усовершенствовать себя, не исследовать и подчинить разуму, а попросту сломать.

У Энакина хватило воли не подчиниться. И в своем влечении к Падме он совершенно прав.