Читаем Звездные фермеры полностью

— Амальга, — тут же отозвалась та, — и они тебя такую малютку, тоже в бункер к Карбуа? Вот сволочи! Нет, все-таки решусь, залезу в следующий рейс и набью морду этому жрецу! А это твой никчемный муж? Симпатичный, с руками, ногами, повезло тебе только почему я его не знаю?..

Только сейчас Джош разглядел, что женщины, окружившие транспортник, сплошь рослые и красивые, что касается мужчин, то здесь преобладали калеки без разных частей тела и низкорослые хлюпики. Зато детишки от мала до велика были крепенькие и упитанные.

— Давайте спускайтесь, как раз к ужину поспели! — крикнула Аллая. — Мы транспортер еще позавчера ждали.

— И не думай даже, нечего вам мыкаться, пора и для себя пожить, — решительно сказала Аллая, передавая сестре полную чашку восхитительно пахнущего кушанья. — Если твой козел еще не набегался, если его снова на подвиги тянет — на здоровье, с первым же грузовозом и отправим куда подальше. Или обратно в джунгли, если хочет, — там его жрец, этот маньяк озабоченный, так и ждет.

Джош не спорил, он доедал вторую порцию поросенка с хреном, запивая прекрасным испанским вином, и блаженствовал, хотя знал, что мясо всего лишь белковый концентрат с вкусовыми добавками, а вино — чистая вода с горстью разведенного порошка. Спорить с женщинами здесь вообще не полагалось — матриархат. А что поделаешь, раз они все здесь такие здоровые, а мужики, напротив, никчемность одна. Тем более в словах Аллаи была своя доля правды, и довольно большая доля: по сравнению с джунглями жизнь здесь была просто райская: вода чистая, без этого противного болотного привкуса, еды вдоволь (автоматическая фабрика синтетического белка работала без перебоев), хищников нет — автоматическая система охраны отстреливала любую тварь в сотне метров от периметра, одежды, то есть комбинезонов, — на сто лет вперед, жилья — еще на десяток таких племен.

— Жаль только, мужиков путных не хватает, — с досадой продолжила Аллая, — набег, что ли, на какое племя устроить? Впрочем, нет, ну их, мужиков этих, только силу свою почувствуют, опять войну какую-нибудь придумают или самогон гнать с чего попало начнут. Нам и так хорошо. Ну, рассказывай, сеструха, чего там в племени еще нового за год стряслось? Каатка-то замуж выскочила?..

Джош аккуратно собрал соус со дна чашки белым мякишем, проглотил его и, омыв руки в большой чаше, встал прогуляться.

— Ты смотри, сеструха, следи за своим мужиком, — услышал он, перед тем как покинуть жилище новых амазонок, — у нас тут голодных вдов хватает, мужички что-то мрут часто…

Джош вышел на улицу, присел на перевернутую бочку, глянул в небо. Странный, очень странный поворот событий: неделю назад он считался самым никчемным человеком, находился, как пишут в книжках, почти на самой нижней социальной ступени человеческого сообщества и влачил жалкое существование в Полной уверенности, что до конца дней своих будет копаться в помойке и мечтать, чтобы мяса на обглоданных костях, что передавали с передних рядов, оставалось побольше. А сейчас он сидит сытый и довольный и не меньше десятка красоток поедают его похотливыми взглядами и одаривают многообещающими улыбками. А в ста метрах, на стартовой площадке, стоит рудовоз, заправленный и готовый к полету. Правда, есть вопрос: как в него попасть?

— Кхе, кхе, — раздалось сзади. Джош обернулся: метрах в трех, почтительно склонившись, стоял лысый очкастый старик лет семидесяти. — Не возражаете, если осмелюсь прервать ваши несомненно важные размышления?

Ого! Славный речевой оборотец, давненько Джон такового не слышал. Тем более на межгалсленге.

— Если не ошибаюсь, вы Джордж Петроффитч Петрофф, космогеолог? — продолжил старик. — Не будете возражать, если я присяду?

Джош пожал плечами и подвинулся. Старик сел и тут же вскочил:

— Извините, забыл представиться. Доктор Альберт Кручини к вашим услугам.

— Постойте, постойте, — Джош потер лоб, вспоминая, — вы тот самый доктор, что уехал с рудника с Большой Ма, то есть с Мартой Эванс?

Старик сел и закивал головой:

— Да, это я. Только какой я доктор, так, фельдшер. Трехмесячные курсы при Космоакадемии.

— Но как же, я ведь слышал сообщение Марты Эванс, вы собирались изготовить сыворотку от болотной лихорадки.

— Знаете, молодой человек, в старости так же легко каяться, как в молодости горячо доказывать свою правоту. Так вот, хочу покаяться, я тогда очень испугался умереть там, на руднике, и убедил Марту что для изготовления вакцины мне необходима лаборатория. Были у меня кое-какие соображения по поводу лихорадки, но, если честно, я просто хотел попасть на базу, надеясь, что там меня вылечат. Не знаю, поверила ли мне Марта или сама втайне думала о том же…

— Она умерла?

— Да, еще в пути. Я три дня ехал в одном бункере с трупом — не самое лучшее, скажу я вам, развлечение.

— Но почему вы живы? И что это за болезнь такая?

— Скажите, молодой человек, — мягко перебил Кручини, — а вот вы после ваших э-э-э-э… скитаний в местных джунглях как себя чувствовали?