Читаем Звездная пленница полностью

– Привыкай. – равнодушно бросил командор, не сбавляя шага.

Вот, значит, как? Он хочет по-плохому?

Унизить, заставить чувствовать себя уязвимой и потерянной?

Не дождется.

Тому, кто прошел обучающий лагерь для новобранцев и походы в полевых условиях диких планет с минимальной колонизацией, никакие парады нагой плоти не страшны.

Я выпрямилась, перестала семенить и тянуть его за руку. Все равно он слишком силен и не обращает внимания на мои потуги.

Нахрапом с ним ничего не сделать. А вот хитростью можно попробовать.

Кажется, мне удалось его удивить.

Он мельком обернулся, оглядел меня с ног до головы, и обратно, уже медленнее, задерживаясь взглядом на мускулистых стройных ногах, гладких бедрах и высокой груди, покачивавшейся при каждом шаге. Я специально выступала как модели на подиуме, неся себя с достоинством и осознанием собственной привлекательности.

Командор метнул такой взгляд в проходившего мимо служащего, что невольно засмотрелся на мои прелести, что тот шарахнулся в сторону и бросился прочь чуть ли не бегом, на ходу бормоча извинения.

– Держись за мной. – буркнул этот тиран, не предпринимая ни малейшей попытки меня прикрыть чем-нибудь.

Хотя чем? Своим пиджаком? Как бы за это его не осудили. Все-таки погоны абы кому не раздают поносить. Был бы он в штатском…

Я послушно шагнула в сторону, скрываясь за его широкой спиной. Не сказать, чтобы меня это прикрыло от назойливого внимания, но в основном мне теперь поглядывали в тыл. А там мне и подавно стыдиться нечего.

Лифт захлопнул за нами створки с еле слышным шипением.

Все это время я внимательно смотрела по сторонам и отметила один немаловажный факт.

Техника выглядела по-другому.

Не просто иной дизайн. Одно дело по-разному оформить кнопки, а другое – изменить сам принцип, схему сборки, логику, если угодно.

У меня нехорошо засосало под ложечкой. И вовсе не от скорости, с которой лифт засвистел вниз – буквально, с ощущением парения и подкатывающим к горлу желудком. У нас всегда на станциях включалась в такой момент гравикомпенсация.

Кажется, прогресс здесь откатился назад, и в какой-то момент пошел другим путем. Возможно, мы в какой-то дальней, забытой колонии? Если связи с центром не было более сотни лет, то вполне вероятно, что они могли заняться изобретениями и изысканиями самостоятельно, исходя из местных условий. Мы такое с ребятами не раз видели. Давние переселенцы, из первого потока – те, что летели наобум, в никуда, сотни лет проведя в анабиозе – они изначально исходили из того, что связи с родной планетой не будет, и рассчитывать придется лишь на себя. Чаще всего, в девяноста процентах случаев, если они и выживали, то отползали в развитии приблизительно на уровень средневековья, и то как повезет.

Может, эти тоже из таких, древних?

Но как же шойры им умудрились зажелировать мозги?

Занятая мыслями, я не заметила как мы добрались до каюты.

За нами с шелестом закрылась металлическая дверь, намертво отрезая от коридора.

– Я уж думал, никогда это не использую. – пробормотал себе под нос командор, доставая что-то из ящика в стене-шкафу. Он шагнул ко мне и прежде, чем я успела среагировать, на моей шее застегнулось что-то прохладное и металлическое.

Щелк. Щелк. Запястья обвили изящные браслеты.

Еще два щелчка, показавшихся мне контрольными выстрелами в упор, и щиколотки тоже скованы.

Металл до боли знакомый.

Кристаллит.

Тверже алмаза, не поддается тепловому воздействию – разве что если в плазму нырнуть, но тогда от меня ничего не останется.

А кандалы могут и уцелеть.

Командор отступил на шаг, с удовлетворением оглядывая меня.

– Отлично. Тебе идет. – констатировал он на удивление тепло.

– Зачем это? – я из последних сил старалась, чтобы голос не дрожал. Мирт все еще не отзывалась, и я не была уверена, что наше общение с ней безопасно. Не под пристальным лазурным взглядом, что казалось пронизывал насквозь.

Мужчина нахмурился.

– Странно, что ты не знаешь элементарных вещей. – процедил он. – Повстанцы конечно дикари, но хотя бы на экранах визоров ты могла видеть, что сет обязана носить каждая занятая женщина.

– Сет? – я оглядела деликатные нити, действительно больше напоминавшие комплект украшений, чем оковы.

Тем не менее – не для красоты они, не для красоты.

От едва заметной выпуклости на каждом из браслетов исходила невидимая, но очень даже ощутимая энергетическая линия. Я чувствовала ее вибрацию.

Точно такие же штуки, только куда толще и грубее, использовали на каторжных работах в астероидах. Снять их можно было только вместе с руками – или же ключом, завязанным на отпечаток ауры тюремщика. Причем принудительно, или с бессознательным телом, фокус провернуть было невозможно.