— Что ж, надо подумать о Райсе и Хэе и поработать над Теролом. Не знаю, перестанешь ли ты беспокоиться, Боб, но я по крайней мере многое узнал. Если вспомнишь еще что-нибудь, приходи. Я не думал, увидеться с тобой сегодня, но прошло уже несколько часов. Вероятно, вакцина уже выведена из твоего организма. Хочешь попробовать еще одну?

Боб хотел. Повторились дневные приготовления.

Результат был тот же самый, только Охотник сообщил, что новая вакцина «вкуснее» предыдущей.

Глава 17

Ссора

В среду утром Боб рано вышел из дома и еще до школы испытал новую вакцину. Он не знал, когда Терол придет за прививками, и не хотел в ним встречаться, поэтому он не стал задерживаться в кабинете доктора. Уроки шли, как обычно. Мальчики решили временно оставить работу над лодкой и еще раз посетить новый резервуар.

Мальмстром оказался исключением: он исчез, не сообщил о своих планах, и Боб с любопытством смотрел, как он уходит.

Он испытывал искушение пойти следом, но законной причины для этого не было, и во всяком случае Райс и Хэй стояли выше в списке подозреваемых.

Строительство, как казалось, шло не так быстро. Стены, для которых возводилась опалубка, не только не подпирались с одной стороны холмом, но и начинались в пятнадцати футах от поверхности в северном конце резервуара. Это означало необходимость установления длинных диагональных распорок, подходящего материала не было, его нужно было готовить.

Склон холма означал также, что все распорки будут разной длины, и мистер Киннэйрд бегал от стен к пилам и обратно с логарифмической линейкой и стальной лентой.

Тяжелые доски продвигались от штабеля к пилам и оттуда к стенам. Боб, более или менее равнодушный к занозам, и Колби, выпросивший пару рабочих рукавиц, некоторое время помогали.

Хэй и Райс, вооружившись гаечными ключами, сумели получить разрешение на затягивание болтов в конвейере, шедшем от миксеров к опалубке. Конвейер располагался на лесах, и по большей части высоко над землей. Мальчики не боялись высоты, а некоторые мужчины боялись.

Леса были прочными, и риск упасть сводился к минимуму.

Покрытие законченной южной стены продолжалось, и мальчикам не разрешалось туда подходить, но Бобу однажды разрешили съездить в док и наполнить цистерну фтористой глазурью.

Материал нельзя было долго держать поблизости от работы, так как он имел тенденцию полимеризоваться при обычной температуре. Запасы были сосредоточены в холодильнике вблизи небольшой крекинг-фабрики. Путь занимал две-три минуты, но Бобу пришлось ждать с полчаса, пока цистерну очистят и заполнят заново: нельзя было оставлять в ней остатки. Никакой растворитель не справился бы с пластмассой, если она затвердеет, вначале растворился бы металл в цистерне.

Вернувшись, Боб не застал в резервуара Райса, тот держался незаметно и подносил палки, которыми впритык соединяли распорки.

— Я уронил болт и чуть не попал отцу по голове. Тот велел мне спуститься, пока я кого-нибудь не убил. Он велел мне или работать здесь внизу, или убираться вообще. Он сказал, что если я и здесь на кого-нибудь что-то уроню, он сдается. Интересно, что он бы сказал, если бы сорвались все те салазки.

— Если бы оказался на их пути, то ни слова. Лучше закрепи их. Это слишком опасно для забавы.

— Ты прав.

Райс перестал пилить и занялся салазками, а Боб осмотрелся в поисках интересного. Некоторое время он держал для отца конец стальной ленты, потом ему строго-настрого запретили таскать стофунтовые мешки с цементом к миксерам. В конце концом он с легкой лесенкой и спиртовым уровнем стал проверять положение каждой секции, прежде чем будут закреплены распорки.

Работа оказалась достаточно важной — он чувствовал удовлетворение, легкой — он мог ее выполнять, и безопасной — отец не беспокоился.

Поработав некоторое время, он вдруг вспомнил, что должен был после школы увидеться с доктором и испытать новую вакцину. Теперь, когда он застрял здесь, как и большинству заговорщиков, ему не пришло в голову, что ему не нужно объяснять свои поступки.

Поэтому он продолжал работать, стараясь выдумать причину, чтобы уйти, не вызывая подозрений. Взрослые могли не заметить, но оставались его друзья, даже если и они не заметят, вокруг крутилось множество детворы, которая, конечно, захочет знать, куда он идет.

Его размышления прервал Колби, все еще работавший на транспортере и оказавшийся как раз над его головой.

— Вон идет Чарли. Один. Я думал, Коротышка пошел ему навстречу.

Боб взглянул на дорогу и увидел, что Хаф прав. Терол медленно поднимался к резервуару.

Выражение его лица трудно было рассмотреть на расстоянии, но Боб понял по его движениям и походке, что Терол виделся с доктором. Лицо Боба застыло, он почувствовал угрызения совести, он даже подумал, не уйти ли ему пока подальше, но сдержался и остался на месте, наблюдая.

Теперь Терол был близко. Лицо его было лишено всякого выражения, что само по себе противоречило его обычно хорошему настроению.