— Никто не обвинял Компанию Заратуштры, — угрюмо возразил О’Брайен.

— Официально нет, — согласился Бранхард. — Но разве Леонард Келлог не руководил Научным Отделом Компании Заратуштры?

— Доктора Келлога освободили от его обязанностей. Он ожидает результатов суда. Отдел сейчас возглавляет доктор Эрнст Мейлин.

— Главный научный свидетель защиты, я не вижу принципиальной разницы.

— Но мистер Эммерт сказал, что все будет нормально, — пробормотал О’Брайен.

— Джек, вы слышали это? — спросил Бранхард. — Запомните. На судебном заседании вы засвидетельствуете это. — Он повернулся к Главному Судье: — Ваша Честь, может, послать за Пушистиками начальника Колониальной Полиции Фейна? А пока они не вернутся, я бы советовал держать мистера О’Брайена подальше от любых средств связи.

— Это благоразумное предложение, мистер Бранхард. Я выдам вам ордер на конфискацию Пушистиков и ордер на обыск, который тоже может понадобиться. Я думаю, Сиротский Суд не откажется назначить мистера Хеллоуэя законным опекуном этих предположительно разумных существ? Да, они есть в этой расписке, — он приятно улыбнулся. — Видите, мистер О’Брайен, мы спасаем вас от больших неприятностей.

О’Брайен, не будучи слишком умным, продолжал протестовать.

— Но есть и другое дело об убийстве, в котором я выступаю в качестве обвинителя, — начал он.

Пэндервис перестал улыбаться.

— Мистер О’Брайен, я сомневаюсь, чтобы вы когда-либо вели здесь чье-либо обвинение. Я освобождаю вас от всех обязанностей в связи с разбирательством дела Келлога, Хеллоуэя, и если я услышу ваши рассуждения об этом, я выпишу ордер на ваш арест. Причину ареста долго искать не придется. Это обвинение в должностном преступлении.

Глава 10

Начальник Колониальной Полиции Макс Фейн был таким же грузным, как и Гус Бранхард, только значительно ниже ростом. Зажатый между двумя массивными телами на заднем сиденье кара Начальника Полиции, Джек Хеллоуэй созерцал спины двух представителей суда, сидевших впереди, и чувствовал, как по его лицу расплывается счастливая улыбка. Он летит, чтобы вернуть своих друзей. Маленького Пушистика и Ко-Ко, Майка и Майзи, Мамочку и Золушку. Он перечислял их и представлял, как они будут уикать, бегая вокруг него, счастливые, что вернулись к папочке Джеку.

Кар совершил посадку на верхней площадке Научного Центра Компании. К ним сразу же подбежал полисмен. Гус открыл дверцу и вылез, за ним последовал Джек.

— Здесь нельзя садиться! — крикнул полисмен. — Это стоянка для служебных машин Компании!

Макс Фейн, возникший позади них, шагнул вперед. Два представителя суда тоже выбрались из машины.

— Какого черта вам надо? — сказал Фейн. — С этим ордером я совершу посадку где угодно. Уберите его, мальчики, мы не нуждаемся в провожатом.

Полицейский Компании запротестовал, но затем утих и замер между представителями суда. Кажется, до него начало доходить, что Суд Федерации — нечто большее, чем Хартия Компании Заратуштры. А может, он решил, что началась революция.

Контора Леонарда Келлога — теперь Эрнста Мейлина — находилась на первом этаже небоскреба, если считать от стоянки на крыше. Они сошли с эскалатора в холл, заполненный перешептывающимися служащими. Те сразу же замолчали, едва лишь заметили вошедших. Три или четыре девушки выскочили из конторы. Одна из них ткнулась в живот Начальника Полиции Фейна, другая, выбегая из холла, сшибла с ног одного из представителей суда. Сама контора была пустой. Фейн взялся за ручку следующей двери и толкнул ее.

Секретарша Келлога — теперь Мейлина — казалось, вошла за секунду до них, она стояла перед столом и что-то бессвязно шептала. Мейлин, начавший подниматься со своего стула, замер, перегнувшись через стол. Юан Джименз, стоящий посреди комнаты, первым заметил их, он дико оглянулся, словно отыскивая путь к бегству.

Фейн прошел мимо секретарши и подошел к столу. Он показал Мейлину свой значок и передал бумагу. Мейлин внимательно посмотрел на него.

— Но мы держим этих Пушистиков по поручению мистера О’Брайена, — сказал он. — Мы не можем вернуть их без санкции О’Брайена.

— Это, — мягко произнес Макс Фейн, — ордер, выданный Главным Судьей Пэндервисом. Что же касается мистера О’Брайена, то я сомневаюсь, что он сможет еще когда-нибудь помочь вам. Я подозреваю, что в настоящее время он находиться в тюрьме. ТАМ, — рявкнул он, наклонившись вперед, насколько позволяла его талия, — КУДА Я ЗАПИХНУ ВАС, ЕСЛИ ВЫ НЕМЕДЛЕННО НЕ ДОСТАВИТЕ СЮДА ПУШИСТИКОВ!

Если бы Фейн внезапно превратился в чертова зверя, это не потрясло бы Мейлина больше, чем только что происшедшее. Он непроизвольно съежился под взглядом Начальника Полиции. Этот взгляд доконал его.

— Но я не могу, — попытался оправдаться он. — Мы точно не знаем, где они находятся в данное время.

— Вы не знаете? — голос Фейна упал до шепота. — Вы признаете, что держите их здесь, но вы… не знаете… где. НАЧНИТЕ ВСЕ СНАЧАЛА, ПРИКАЖИТЕ ВЕРНУТЬ ИХ!

В это мгновение ожил экран связи. На нем появилась Рут Ортерис, одетая в светло-голубой костюм, сшитый в строгом стиле.

— Доктор Мейлин, что здесь происходит? — спросила она.