- Значит, нечего обсуждать. Мальчишка будет жить даже вопреки своему желанию, если потребуется. Мы же не позволим нас обыграть, правда, мистер Снейп? - требовательно спросила я, чувствуя, как он улыбается мне в макушку.

- Безусловно, мисс Снейп.

Глава 9

Северус Снейп

- Нет.

- Да.

- Я сказал "нет".

- А я сказала "да".

- Старшим нужно уступать.

- По этикету уступать нужно старикам и инвалидам, ты себя к кому относишь?

- Гадкая девчонка.

- Вредный старший.

Выразительно задираю бровь, намекая наглой мелочи, кто в доме хозяин, но, судя по зеркальному жесту, не впечатлил. Теряю хватку, студенты бы уже цепенели, как кролики, а этой хоть бы что, мордашка серьезная, а глазищи наглыеее, даже не считает нужным сделать вид, что я тут что-то решаю. Поджав губы, демонстративно отворачиваюсь от мелкой тиранши:

- Я не согласен, - меня так легко не взять.

- А кто Дамблдору обещал жениться?

- Я нагло лгал, - я категоричен и непоколебим.

- Ну Сееевер! Я же переживаю за тебя и хочу помочь, это совсем-совсем неопасно. Ты мне не веришь?

Глазенки стали печальными. Я кремень.

Ручки сложились на груди а- ля щеночек с перебитой лапкой. Я же кремень?

Реснички повлажнели. Я... эээ...

Губки задрожали. Шах и мат.

- Ладно, твоя взяла, чудовище.

- Ураа! - вопль радости, на меня запрыгивают, порывисто целуют в небритую щеку и уносятся в направлении дома.

- Старый ты интриган, себе-то хоть признайся, что ради этого все и затевалось, - весело хмыкнув, зашагал следом за своим личным счастьем, раз уж согласился, нужно все тщательно подготовить.

Мы уже несколько дней живем в моем доме в Запретном лесу. Если бы Альбус знал, что в халупе в Паучьем тупичке я появлялся за десяток лет раза четыре и исключительно перед его визитом, он был бы неприятно поражен. Старая развалина, на которую из-за Статута разрешается поставить только слабенькую защиту и маглоотталкивающие чары, более, чем устраивает его как мое жилье, покои декана после нее кажутся дворцом, а тот, кто их предоставил, - благодетелем. Чтобы не вызывать лишних подозрений, большую часть лета я проводил в замке, выполняя многочисленные "просьбы" старика, иногда целыми днями пропадая в Запретном лесу в поисках редких ингредиентов. А то, что там всего восьми километрах на полянке находится мое убежище, знать никому вовсе не надо. Никогда не имевший собственной территории и отчаянно желая обрести место, где буду в безопасности, я вложил все свои умения и деньги в защиту и обустройство скромного двухэтажного домика. Теперь же, когда мне есть, кого сюда привести, он стал настоящим Домом, где меня ждут, где разносится смех и есть с кем беззлобно спорить, непривычное, но приятное ощущение.

Астра тщательно обследовала дом, похвалила мой вкус на втором этаже, сам обставлял все три спальни, оценила практичность на первом, кухня со столовой и гостиная, и пришла в восторг от подземного, лаборатория, библиотека и комната для тренировок магии. Захваленный и обласканный искренним восхищением, я таскался за девочкой хвостом и объяснял, что и как делалось для достижения баланса между защитой и абсолютной незаметностью убежища для посторонних. Я бы еще долго распинался о конструктах и их структурировании, но проходя мимо зеркала и узрев свою раздувшуюся от самодовольства мор... лицо, поймал отчетливую ассоциацию с неким павлином. Нос задрал, весь такой надменный объясняю девочке, еще не поступившей в Хогвартс о чарах на стыке мастера темных искусств и защиты, гениально, Северус, иди сразу в магловский детский сад, произведешь фурор своей эрудицией. Вот что с нами, мужчинами, делает восхищение в женских глазах, даже если она совсем девочка и вообще твоя дочь.

Сегодня же я был категорично поставлен пред фактом, что ритуал будем проводить вечером и бояться не надо, учили ее на совесть. Не то чтобы я не доверял Астре, но напряжение определенно присутствовало, но моя девочка это существенным не считала и пресекла попытки тянуть время на корню, решив все за меня.

Поупиравшись и выяснив, кто в доме хозяйка, пошел готовиться, внезапно обнаружив в себе игривость и вредность, а ведь столько лет был уверен, что, кроме раздражения, никаких чувств в моей душе не осталось, перегорели в день похорон единственного человека, кому я был небезразличен. Разговоры обо всем на свете, шутливые препирательства, смех и забавные мордашки - все, что исходит от Астры, пробуждает во мне жизнь, эмоции, у меня даже вновь появилось желание к чему-то стремиться. Возможно ли, что она снова научит меня мечтать? Так страшно и так заманчиво...

После легкого ужина в теплой, хотя и малость напряженной атмосфере мы поднялись в мою комнату, выполненную в золотисто-песочной гамме, предыдущую в травянисто-зеленых тонах пришлось уступить под напором щенячьих глаз, я выставил на столик возле кровати батарею пузырьков с почти прозрачным зельем.