Читаем Зубы тигра полностью

— Проклятье, мне нужно поторопиться.

— Так торопись. Тебя доставят на машине в аэропорт Даллеса. Вперёд.

— Да, сэр, — ответил Джек, вскакивая на ноги. Очень хорошо, что его отвезут на служебном автомобиле. Ему ужасно не хотелось оставлять свой «Хаммер» на стоянке в аэропорту. Воры обожают такие машины. — Да, кстати: кому можно сообщать о моём задании?

— Рик Белл сообщит Виллсу. А кроме него, никто не должен ничего знать. Я повторяю, никто. Ясно?

— Ясно, сэр. Ладно, я побежал. — Он ещё раз заглянул в конверт и обнаружил там чёрную карту «American Express». По крайней мере, оплачивать путешествие будет компания. «Интересно, сколько ещё таких штук хранится в столах и шкафах руководителей Кампуса?» — подумал он. Но ему сегодня вполне хватит и одной.

— Что за чудеса?! — спросил Доминик, уставившись на экран компьютера. — Альдо, к нам завтра утром прибывает пополнение.

— Кто? — спросил Брайан.

— Не говорят. Сказано только, что мы не должны предпринимать никаких действий, пока он к нам не присоединится.

— Господи, они что, считают, что мы — это не мы, а Луи-рыба[89]? — Мы же не виноваты, что этот, второй, парень сам кинулся нам в объятья. Какого ... мы должны м...хаться.

— Они все выросли в правительственных учреждениях. Если ты начинаешь проявлять слишком высокую эффективность, они пугаются, — задумчиво произнёс Доминик. — Послушай, братишка, а как насчёт обеда?

— Целиком и полностью за. Проверим, как тут готовят телятину по-милански. Как ты думаешь, у них найдётся к ней какое-нибудь приличное вино?

— Альдо, мы сможем выяснить это только одним способом. — Доминик извлёк из дорожной сумки галстук. Ресторан в гостинице был не менее взыскателен по части этикета, чем столовая дяди Джека в Белом доме.

Приключение оказалось для Джека вдвойне интересным. Во-первых, он никогда прежде не бывал в Австрии. И никак не мог даже и подумать, что ему доведётся отправиться «в поле» и примкнуть к ликвидационной команде, и хотя мысль о том, что нужно устранять из жизни тех людей, которым нравилось убивать американцев, казалась очень правильной, пока он сидел за столом в Вест-Одентоне, штат Мэриленд, то с места ЗА авиалайнера «Эрбас-330», летевшего на высоте тридцать четыре тысячи футов над Атлантическим океаном, та же самая перспектива стала представляться весьма рискованной. Слава богу, Грейнджер сказал, что ему не придётся делать ничего серьёзного. Джека это вполне устраивало. Он пока ещё не разучился стрелять из пистолета — регулярно посещал тир Секретной службы, расположенный в самом сердце округа Колумбия, или, если поблизости оказывался Майк Бреннан, стрелял в тире их академии, что в Белтсвиле, штат Мэриленд. Но ведь Брайан и Дом не стреляли в людей, правильно? Во всяком случае, если верить сообщению МИ-5, поступившему в его компьютер. Сердечный приступ — каким образом, чёрт возьми, можно фальсифицировать сердечный приступ настолько хорошо, чтобы на обман попался даже высококвалифицированный патолог? Нужно было расспросить их об этом. Судя по всему, теперь он обладал допуском к такой информации.

Но всё это было впереди, а здесь еда оказалась лучше обычных самолётных помоев, ну, а выпивку, пока она ещё в бутылке, не способна испортить ни одна авиакомпания. Сон, подкреплённый некоторым количеством алкоголя, пришёл быстро и легко, к тому же и кресло в салоне первого класса оказалось старомодным и удобным, а не кукольной кроваткой из сотни подвижных частей, ни одну из которых нельзя расположить так, чтобы телу было удобно. Как обычно, чуть не половина пассажиров всю ночь смотрела кино. У каждого имелся свой способ борьбы с авиационным шоком, как любил называть это явление отец. Джек предпочитал перебороть его во сне.

Венский шницель оказался превосходным, как и местные вина.

— Не знаю, кто здесь готовит, но ему надо бы повстречаться с дедулей, — сказал Доминик, проглотив последний кусочек. — Похоже, что он может знать что-то такое, чему и деду будет полезно научиться.

— Он, скорее всего, итальянец, или, по крайней мере, итальянцы были у него в роду, не сомневайся, братишка. — Брайан не спеша допил прекрасное белое вино, которое порекомендовал официант. Официанту потребовалось не более пятнадцати секунд, чтобы заметить это, снова наполнить бокал и опять исчезнуть. — Чёрт возьми, старина, ведь и к такой кухне можно привыкнуть. Потом и смотреть не захочется на армейский сухой паёк.

— Если повезёт, то нам, может быть, никогда больше не придётся жевать это дерьмо.

— Наверняка, если, конечно, мы закрепим за собой эту работу, — с сомнением в голосе ответил Альдо. Они сидели одни в угловой кабинке. — Так что нам известно о новом объекте?