Читаем Зубы тигра полностью

— Не сомневайся, — ответил Доминик. — Эти здания уходят за целые кучи денег. В большинстве своём они разделены на три квартиры, но наш друг Уда занял целый дом для себя одного. Прямо Диснейленд для секса и прочего разврата. Хм, — наморщил он лоб, увидев ярдах в двадцати перед собой микроавтобус с надписью «Бритиш телеком». — Могу держать пари, что это группа наблюдения... тут и опоссуму будет ясно. — В салоне машины никого не было видно, но не потому, что там нет людей, а потому, что окна затянуты плёнкой, непрозрачной снаружи. Это был единственный недорогой автомобиль на улице — в этом районе вдоль тротуаров красовались, самое меньшее, «Ягуары». Но королём являлся чёрный «Ванкиш», стоявший по другую сторону парка.

— Чёрт возьми, а ведь клёвая машинка, — восхитился Брайан. И действительно, «Астон-Мартин», даже стоя перед домом, выглядел так, будто нёсся со скоростью сотня миль в час.

— Настоящий чемпион — это «Макларен F1». Тянет на миллион баксов, водительское место посередине и куча всяких прибамбасов. Носится, как истребитель. То, что ты видишь, не стоит четверти цены «Макларена», братишка.

— Ни ... себе! — всерьёз изумился Брайан. — Так много?

— Альдо, ведь их же делают вручную те самые парни, которые в свободное время восстанавливают Сикстинскую капеллу. Да, что и говорить, достойная тачка. Хотел бы я позволить себе такую. Знаешь, наверно, её мотор можно было бы смело поставить на «Спитфайр» и лететь сбивать немцев.

— Наверно, бензин жрёт со страшной силой, — предположил Брайан.

— Ну, знаешь... Все имеет свои недостатки. А вот и наш мальчик.

Действительно, дверь особняка открылась, и из неё вышел молодой человек, одетый в серый (того оттенка, который иногда называют «Джонни Реб») костюм-тройку. Он остановился, не дойдя до низа каменной лестницы из четырех ступенек, и посмотрел на наручные часы. Как будто в ответ, на улице показалось съезжающее с холма чёрное лондонское такси, Уда бен-Сали сошёл на тротуар, остановил машину, сел и уехал.

Пять футов десять дюймов, 155 — 160 фунтов, — вспоминал Доминик. — Чёрная борода вдоль края нижней челюсти, словно у киношных пиратов. Сосунку, наверно, хотелось бы носить меч... но он его не носит.

— Помоложе нас, — отметил Брайан, все так же неторопливо следуя рядом с братом.

Далее они по предложению Доминика пересекли парк и вернулись другой дорогой, замедлив шаг, чтобы ещё раз окинуть жадными взглядами «Астон-Мартин». В гостинице имелся буфет, где они взяли кофе и лёгкий завтрак — круассаны с мармеладом.

— Не нравится мне эта история с приставленным к нему «хвостом», — сказал Брайан.

— Ничего нельзя поделать. Бритты, наверно, тоже думают, что с ним не все в порядке. Но не забывай, что у него всего-навсего случится сердечный приступ. Нам не придётся стрелять в него, даже с глушителем. Никаких следов, никакого шума.

— Ладно, пусть так. Мы отыщем его в центре города, но если обстоятельства покажутся не очень благоприятными, сразу сворачиваемся, отступаем и придумываем новый вариант, ладно?

— Согласен, — кивнул Доминик. Им следовало вести себя крайне осмотрительно. Ему, вероятно, придётся взять инициативу на себя, потому что вычислить полицейский «хвост» этого парня под силу только ему, а никак не брату. Но выжидать слишком долго тоже не было никакого смысла. Они осмотрели площадь Беркли-сквер лишь для того, чтобы получить о ней реальное представление, даже без особой надежды с первого раза увидеть свою цель. Здесь было совершенно неподходящее место для того, чтобы нанести удар, особенно учитывая, что в каких-нибудь трех десятках ярдов от входа расположилась лагерем группа наблюдения. — Хорошо хотя бы то, что слежку вроде бы ведёт неопытный кадр. Если я смогу придумать, как подобраться к парню, тебе, наверно, придётся столкнуться с ним, что ли, а я отвлеку «хвост» — спрошу, как пройти или ещё что-нибудь. Тебе потребуется секунда, чтобы ткнуть его иголкой, и все. А потом пойдёшь дальше, как ни в чём не бывало. Даже если народ начнёт кричать и звать врачей, то оглянись, как бы между делом, и спокойно иди дальше.

Брайан не спеша обдумал слова брата.

— Согласен.

Завтрак они заканчивали молча.