Читаем Зрачок Истины полностью

– Вероника, – дрожащим голосом продолжала Олеся, – предложила выйти к реке. Мы с ней отвязали лодку, где лежал отец, и лодку унесло течением. А отец продолжал спать. Только потом лодку прибило обратно к берегу. Тогда Вероника принесла из сарая топор. Мы снова отогнали лодку от берега. Затем Вероника замахнулась, будто собиралась ударить отца. Но она ударила по лодке еще и еще, пока в лодке не образовалась течь. Вода стала набираться внутрь. Вот только отец проснулся. Он схватил Веронику и расцарапал ей лицо, как зверь. Затем начал её душить. Я ничего не могла сделать. Я просто убежала. Я боялась, что отец догонит меня. К счастью, он не догнал. Он был слишком занят своим спасением. И он спасся. А вот тело Вероники нашли спустя две недели. Оно всё было изуродовано, – говорила Олеся, и на глазах её выступили слёзы, которые тонкими струйками катились вниз по щекам. – От воды её тело раздуло. Опознали её только по одежде. Но на ней было моё платье и мои туфли. И дед обставил всё так, будто я умерла. А Вероника просто пропала без вести.

– Зачем?

– Дед хотел, чтобы мою мать посадили и лишили родительских прав. Она не любила родителей отца и не позволяла мне с ними общаться.

– Тебе лучше рассказать об этом Ивану. А то он думает…

– Мне плевать, что он думает. Я не собираюсь ему ничего рассказывать. И тебе запрещаю это делать! Это давняя история. Все, кто в ней участвовали либо умерли, либо получили своё.

Павел негодующе помотал головой.

– Ты не права.

– Давай просто оставим всё, как есть. Лучше помоги мне найти убийцу.

Павел задумался.

– Как я могу тебе помочь? – спросил он.

– Ты достал, что я просила?

Он молча протянул ей смятую картонную папку. Олеся, ничего не говоря, взяла папку и ушла.

– Что будешь делать? – крикнул ей вслед Павел.

Она лишь пожала плечами в ответ, хотя в её голове уже созрел план дальнейших действий.

Среди ночи Олеся постучала в дверь главврача, но ей никто не открыл.

«Где он может быть?», – подумала она и присела на корточки возле его двери.

Олеся решила подождать, пока он вернется. Уехать он не мог – он был освобожден под подписку о невыезде. Впрочем, Олеся очень надеялась, что он не стал нарушать условия своего освобождения. И её надежды оправдались.

Главврач появился в подъезде примерно спустя минут двадцать. Он был весьма удивлен внезапному приходу Олеси и не отказал ей в гостеприимстве.

Они расположились у него на кухне. Олеся сразу обратила внимание, насколько у него красивая и просторная квартира, обставленная в современном духе. Не то, что у неё.

Он предложил ей поесть. Из-за Олесиной худобы многие пытались её накормить. Она любила поесть, но, сколько бы ни съедала, она не полнела. Даже весы, казалось, её просто ненавидели и всегда занижали её вес. Их она тоже не любила. Зато у неё был отличный повод отведать лишний кусок за обедом или ужином.

А кто сказал, что через желудок лежит путь только к сердцу мужчины?! К сердцу Олеси – тоже. Правда, она старалась не показывать своих слабых мест. На угощения, расставленные на столе, она не налегала. Ей гораздо приятней было находиться рядом с главврачом, разговаривать с ним. Хотя общались они о всякой ерунде: немного обмолвились о погоде, затем о фильмах, которые когда-то смотрели. В общем, обо всем и ни о чем. Хотя на самом деле Олеся хотела поговорить с ним совсем о другом. Но его обаяние отвлекло её настолько, что она забыла об этом. Забыла, что подозревала его в убийствах. Она смотрела на него, и её внутренний голос твердил ей: «он такой красивый, такой умный, интеллигентный. Он просто не может оказаться убийцей».

Тогда она решила просто забыть о своем расследовании только на одну ночь. Что изменится за одну ночь?!

– Не могу не спросить вас, почему вы пришли сегодня? – поинтересовался главврач. – Больше не считаете меня убийцей?

– Я так никогда не считала.

«Или почти никогда».

– Но вам интересно, почему меня выпустили?

– Алиби?

– Оно липовое.

– Тогда почему?

– Потому что меня подставили. Знаете Давида, анестезиолога?

– Да, – кивнула Олеся.

– Он крестник моей тети, считает себя почти моим родственником.

Олесю несколько удивило, что они говорят о Давиде.

– Из-за него меня чуть не обвинили в двойном убийстве, – продолжал главврач.

Олеся не смела его перебивать ни малейшим словом.

– Он взял мою машину, – говорил главврач, – и оказался на месте преступления. Видеорегистратор заснял, как погиб один мой пациент. Бывший. Вот же совпадение. А говорят, у нас большой город!

«Он имеет в виду Петра Зашибина, – промелькнуло в голове у Олеси».

– И даже мне ничего не сказал, – сетовал главврач. – А сам разъезжал на моем форде везде, где вздумается. Не надо было давать ему ключи. Он даже прибрал себе дубликат.

«Видимо, Давид следил за Петром, возможно, даже ревновал его. Неужели к Вадиму?»

– Теперь вы всё знаете, – заметила она.