Челси передернула плечами и вызывающе посмотрела на пару, которая с интересом наблюдала за их разговором. Ее дерзкий взгляд смутил их, и они отвернулись.

— Ну и что? — Она снова повернулась к Джею. — Говорю же, она сейчас придет. Иди выпей пунша или чего покрепче — может, успокоишься.

Джей оглядел зал и заметил у входа полицейского в форме. Продолжая злиться на Челси, он рявкнул:

— Иди и попроси того копа о помощи. Скажи ему, где Виолет, и попроси позвонить ее дяде!

Челси хотела было обидеться, но в этих кратких приказах было что-то такое, что заставило ее, непонятно почему, тоже запаниковать. И перестать задавать вопросы. Бросив своего кавалера в одиночестве на танцполе, она поспешила к двери — к полицейскому — попросить помощи.

Джей уже бежал в противоположную сторону.

Человек напротив, как скала возвышавшийся над Виолет, протянул руку и стал задумчиво пропускать между пальцев пряди ее волос. А потом посмотрел на девушку сверху вниз с искренним сожалением:

— Я поболтал бы тут с тобой еще немного с большим удовольствием, поверь. Но нам надо идти, — печально сказал он. — Пора.

Виолет покачала головой.

— Я закричу, — сказала она, стараясь оттянуть момент.

Казалось, он был по-настоящему разочарован.

— А я сверну тебе шею еще до того, как кто-нибудь тебя услышит. И, между прочим, Виолет, — услышав из его уст свое имя, она снова вздрогнула от отвращения, — здесь никто не может тебя услышать. А даже если и услышат, у меня есть пистолет, — сказал он, указав взглядом на свое оружие. — Мне нужно избавиться от тебя, иначе я потеряю все. Пути назад нет, ты ведь понимаешь это?

Виолет думала об одноклассниках… друзьях… о Джее. Нельзя подвергать их опасности, привлекая внимание к своему… положению. Она хотела закричать, позвать на помощь, но знала, что не станет этого делать. Не сможет.

Она поднялась и взяла костыли, уже ощущая себя мертвой. Он вышел первым, придержал дверь, она неловко проковыляла в коридор. Он был отвратительно галантен… и спокоен. Он был уже не охотником — просто безликим палачом, ведущим узницу на эшафот. Охота закончилась, как и возбуждение от преследования жертвы. Она сама упростила ему задачу.

Глава 28

У Виолет заболели подмышки — она старалась идти быстрее, не жалуясь и не пытаясь замедлить шаг. Сильной мозолистой ладонью он крепко держал ее сзади за шею. Словно напоминая, какая она хрупкая и как легко он может прервать ее жизнь, если она попытается бежать. Виолет подумала: зря он боится, что она сбежит — она и ходит-то еле-еле.

Они были одни в длинном и пустом коридоре — он вел к выходу, за которым располагалась дополнительная парковка. Виолет все еще слышала доносившуюся из спортзала музыку — теперь она казалась такой далекой и звучала как из-под земли, заглушаемая мрачными мыслями.

Ее тревожило не то, что она умрет — это закономерный исход. Виолет никогда не боялась собственно смерти. Ее страшило только то, как это случится. Втайне она надеялась, что он не станет мучить ее и завершит все как можно быстрее.

Но была и другая мысль, тревожная и неотступная: когда все закончится, этот изверг, этот маньяк всю оставшуюся жизнь будет носить на себе отпечаток ее смерти.

Стоило Виолет представить, что частица ее жизненной энергии навсегда останется с этим чудовищем, как подкашивались ноги.

Она подумала сначала, что голос в другом конце коридора, позади них, просто послышался ей. Но он был слишком реальным — и невыразимо прекрасным. Он не мог быть плодом воображения. В тот момент, когда голос позвал ее по имени, она узнала его. И на глаза навернулись жгучие слезы.

— Только не он! — мысленно закричала Виолет. — Кто угодно, только не он!

— Виолет? — окликнул знакомый голос, в нем слышалось недоумение.

Рука на шее сжалась сильнее, Виолет поняла этот безмолвный сигнал и остановилась. Железная хватка его руки была опасна сама по себе. Они развернулись вместе — но рука по прежнему сжимала нежную шею, на которой уже появлялись синяки.

Виолет было слишком тяжело видеть Джея — здесь, сейчас. Ее сердце, казалось, рассыпалось на миллион безжизненных осколков.

— Ви? — снова окликнул он. Удивленно посмотрев на человека, сопровождавшего ее, он, казалось, немного успокоился. — В чем дело? Я так беспокоился… я думал, что с тобой что-нибудь случилось…

Он помолчал, ожидая, что кто-нибудь из них объяснит, в чем дело. А потом задал очевидный вопрос:

— Куда это вы?

Наступила тишина — великая, всепоглощающая тишина, которая, разрастаясь, заполняла собой все вокруг и становилась почти несокрушимой.

Виолет и хотела бы перебросить мостик через бездонную пропасть этого молчания, но не могла найти слов. Казалось, они жестким клубком застряли у нее в горле. Сейчас не время для слез.

Почему-то присутствие полицейского Джея не успокоило. Он заметно напрягся и, решительно сжав губы, угрожающе двинулся вперед.

— Что здесь происходит? — снова спросил он, на этот раз более настойчиво.