Виолет было странно слышать, как дядя называет этого человека «подозреваемым», — ведь она точно знала, что он сделал с несчастными девочками — и признался в этом. Поэтому он убийца, а вовсе не подозреваемый.

Дядя продолжал:

— Я надеялся, что мы ошибаемся, но теперь ясно, что все-таки нет. — Он покачал головой, словно сам не хотел верить в то, что говорит. — Мы предполагали, что он действовал не в одиночку, что у него был сообщник…

Папа Виолет собрался было перебить его, но он предостерегающе поднял руку:

— Я знаю, что ты собираешься сказать, но до настоящего момента эта версия была лишь предположением. Мы не знали, кем мог быть его соучастник, и был ли он вообще. Наши следователи сейчас прослушивают телефонные переговоры и исследуют все, за что можно там ухватиться, но пока это ни к чему не привело. Мы даже обратились за помощью к криминалистам ФБР, чтобы они помогли нам исследовать его компьютер. Но пока все безуспешно. Было.

— До сегодняшнего дня, — дерзко вставил Джей.

— До сегодняшнего дня, — согласился Стивен, не обращая внимания на его тон. — Прости меня, Виолет. Если бы я знал, если бы я только мог знать, что кто-то будет тебя преследовать, разве стал бы я скрывать? Над этой версией пока работает всего несколько человек.

— Но почему именно Виолет? Как он… как этот человек мог узнать, что Виолет участвовала в расследовании? — набросилась на мужа Кэтрин Эмброуз.

Он пожал плечами:

— Не знаю… Не могу понять. Это, конечно, может быть простым совпадением, но вряд ли. И если это не так, если он действительно знает о Виолет, мы должны найти его. Причем как можно скорее.

Теперь его голос звучал гораздо решительнее.

Вошел доктор со справкой о выписке для Виолет. Он сказал, что при таком сильном вывихе надо давать ноге как можно меньше нагрузки — на восстановление могут уйти недели, а то и месяцы. Одна из медсестер быстро затянула ногу Виолет эластичным бинтом, так плотно, что Виолет стало страшно, не пережала ли она там чего. Ее родителям выдали рецепт на какие-то лекарства.

Виолет оперлась на костыли — только в детстве это кажется веселым, но, когда встаешь на них, оказывается, они натирают под мышками и заставляют мышцы дрожать от постоянного напряжения.

По мобильному телефону дядя отдавал распоряжения насчет круглосуточного присутствия полиции возле дома Виолет. Ей показалось, что действительность будто сжимается вокруг нее плотным кольцом: она не может сейчас передвигаться самостоятельно, за домом двадцать четыре часа в сутки следит полиция, и не только полиция, судя по тревоге в глазах родителей, готовых заслонить ее от любого зла. Весь мир сжимается. Она только что освободилась из-под замка — и вот ее снова ждет одиночное заключение с усиленной охраной.

Заметив, как она побледнела от страха, Джей ободряюще улыбнулся. Она почти прочитала его мысли — они разделят на двоих ее уединение, пока этот лесной маньяк не будет наконец пойман.

Раз уж предстоит изоляция, решила Виолет, то в обществе Джея это не так уж и страшно.

Глава 23

Несмотря на все заверения родителей, дяди Стивена и даже Джея, Виолет все никак не могла поверить, что ей ничто не угрожает. Они старались убедить ее, что человек из леса никак не мог знать, что она как-то причастна к обнаружению его жертв и к аресту его сообщника. Он случайно заметил ее — точно так же, как и всех других девушек, — и выбрал совершенно произвольно. А она оказалась в неправильном месте в неправильное время.

И дополнительные меры безопасности нужны лишь для того, чтобы он не мог снова напасть на нее.

Девушка постаралась убедить саму себя, что это действительно так, — это помогало спокойно пережить каждый новый день. Как и постоянное присутствие Джея.

В пятницу, на следующий день после происшествия в лесу, Виолет осталась дома, устроив больную ногу на подушке и обложив ее льдом. Джей очень не хотел идти в школу, и пошел туда только потому, что мать заставила. Виолет осталась в одиночестве. Правда, дома была еще мама, да снаружи дежурил вооруженный полицейский.

Она решила немного почитать то, что уже давно собиралась, но все как-то откладывала. Вместо этого, растянувшись на диване в окружении подушек и одеял, она несколько часов переключала каналы. Судья Джуди, Народный суд, Мори, шоу Джерри Спрингера… а на закуску — Доктор Фил и Опра. Все передачи казались пустыми и бессмысленными. По крайней мере, пока не кончились занятия.

А потом появился Джей с букетом цветов и несколькими DVD с фильмами. Виолет почти не обратила внимания, что он принес, — главное, он был здесь, большего ей и не нужно. Она в который раз вздрогнула от волнения и восторга, увидев, как он широко улыбается ей, входя в дом, точно не видел несколько недель, а не часов. Он подхватил ее на руки, уселся на диван сам, а ее осторожно опустил себе на колени, уложив ее больную ногу на аккуратную горку подушек рядом.