Читаем Зов смерти полностью

По пути домой они этого не обсуждали. Они вообще не разговаривали — молчание заменило им все слова. Он не только ничего не говорил, но и не поцеловал ее больше ни разу, даже когда проводил до дверей дома. Не вел за руку, да и вообще не дотрагивался до нее. Теперь, в свете наступающего дня, Виолет мучили неотступные подозрения: а если Джей сделал это просто от радости, что успел вовремя, прежде чем Грэйди зашел слишком далеко? Может, это просто была реакция на внезапный испуг за нее, ничего не значащий импульсивный порыв.

Она надеялась, что нет. Очень надеялась. И старалась не думать об этом, вспоминая нежные прикосновения его губ. И жар его тела, к которому она прижималась так тесно. К утру она чувствовала себя опустошенной и в то же время возбужденной.

Оставив бесполезные попытки уснуть, Виолет заставила себя вылезти из теплой постели. На часах чуть перевалило за семь. Виолет почувствовала, как снизу вкусно потянуло свежесваренным кофе, и решила пойти на запах.

Мама в одиночестве сидела на кухне. Она ничего не сказала дочери по поводу ее позднего возвращения домой. Виолет огляделась, слегка удивившись. Обычно это папа вставал раньше всех, а мама как раз любила поваляться до полудня.

— Папа уже уехал на работу? — спросила Виолет, помня о том, что отец часто ездил на службу в выходные, когда хотел поработать в спокойной обстановке.

Выглядела мама неважно — очень усталой и какой-то поникшей. Она придвинула к себе кружку с горячим кофе, от которого поднимался пар, и обхватила ее ладонями, словно это добавляло ей силы.

— Нет, — ответила она, и голос сорвался. Прокашлявшись, она заговорила снова: — Нет, он уехал с дядей Стивеном полчаса назад.

Виолет почти не придала этому значения, открывая шкаф и доставая чашку для себя. Керамическую, с выцветшим пестрым рисунком, изображавшим мост Золотые Ворота, — свою любимую. Родители привезли ее из путешествия еще до рождения Виолет, и она находила очаровательной эту картинку, потрескавшуюся от времени.

— Зачем? — спросила она, наливая кофе, и достала из холодильника ванильные сливки, которые обожала.

Мама ничего не ответила, и Виолет посмотрела ей в лицо.

— Да что случилось? — переспросила она.

Мама вздохнула — и показалась вдруг измученной и постаревшей. Она покачала головой, словно никак не могла собраться с силами, чтобы заговорить.

— Еще одна девочка… — наконец сказала она срывающимся голосом. — Из Бакли. Из школы Уайт Ривер, Виолет.

Виолет застыла на месте.

— Кто? — только и спросила она, сраженная страшной новостью.

— Маккензи Шервин. Немногим младше тебя.

У Виолет кровь застыла в жилах. Это имя… Ей знакомо это имя.

— Она твоя подруга? — спросила мама, накрывая холодной ладонью руку Виолет, когда та наконец тяжело опустилась на стул. — Она была на вечеринке вчера, и с тех пор ее больше никто не видел. Ты ее знаешь?

Лгать не имело смысла. Даже если родители не догадываются, где она провела вечер — что маловероятно, — сейчас было просто не время.

— Я видела ее вчера вечером, — призналась Виолет, поднимая взгляд на маму. — Я была на той вечеринке.

Она внимательно следила, как стремительно меняется мамино лицо. Зарождающийся гнев, от сознания, что дочь ее обманула, затем ужас, что она могла оказаться на месте Маккензи, и, наконец, облегчение — с ней все в порядке, она дома, здоровая и невредимая. И тут мама сдалась — она поняла, что момент для скандала не очень подходящий. Так же, как и минутой раньше Виолет решила сказать правду, не сомневаясь, однако, что еще получит от родителей. Всему свое время.

— Ее уже ищут. Прочесывают окрестности. Вполне вероятно, она просто заблудилась и потерялась в лесу. Говорят, на вечеринке она перебрала алкоголя.

Виолет вспомнила Маккензи Шервин — девочку чуть младше себя, которую тошнило в кустах возле дома и которая потом весь вечер ходила с волосами, испачканными содержимым собственного желудка. Когда Виолет видела ее в последний раз, та с трудом держалась на ногах.

— А если не заблудилась? — Она боялась этого вопроса, но не задать его не могла.

— И так тоже может быть. Вся полиция округа ищет доказательства, уже полгорода на ногах. Прочесывают лес вокруг дома Хильдебрандов… — Мама сжала ладонь Виолет: — Мне кажется, дядя Стивен захочет побеседовать с тобой, раз ты тоже там была.

— Хорошо, тогда я сейчас оденусь и поеду туда, — решила Виолет.

Мама с беспокойством посмотрела на нее:

— Не надо, Ви. Я думаю, тебе лучше остаться дома…

Она оборвала фразу, и Виолет явственно услышала недосказанное «…где безопасно». Но представила, как будет сидеть дома, глядеть на часы и просто ждать, ничего не предпринимая, и решила, что не выдержит этого. Внезапно подумала: а вдруг удастся почувствовать что-нибудь там, на месте, еще один отголосок, например? Но пока надо надеяться на лучшее.

— Нет, мам. Я должна поговорить с дядей Стивеном. Может быть, я обнаружу что-то такое, что поможет найти ее.

Виолет удивлялась собственной решимости, но не была уверена, что убедила маму — у той в глазах все еще стояли слезы.