Читаем Зов издалека полностью

Метра полтора. Не больше. И крылья не вертятся — скорее всего декоративная.

Рисунки не соврали. Спокойно, Эрик.

Он медленно пошел к дому. Спокойно, только спокойно.

Хальдерс постучал в остекленную, завешенную изнутри шторой дверь.

Никто не открыл. Они не договаривались о визите.

— В чем дело? — Из-за дома появился высокий пожилой человек. — А, это опять вы. Я вас узнал. Машина стоит вон там, можете посмотреть.

Винтер протянул руку. Теплая, сухая ладонь. На Бремере была тонкая кофта поверх сорочки. Резиновые сапоги, один порван на голени. На голове — вязаная шапочка. Винтер знал, что Бремеру шестьдесят девять и под шапочкой лысина. Но усы темные. Худой, даже высохший, по определению Анеты.

— Что вы хотите? Опять насчет машины?

— Можно войти в дом? — Винтер поднял голову и посмотрел на серое небо над лугом. — Опять дождь пошел…

— Такой дождь не страшен… но, конечно, проходите, какой разговор.

Анета Джанали перехватила взгляд Винтера и нахмурилась. В сенях было темно. Бремер снял сапоги, полицейские последовали его примеру. Он провел их в комнату с окном, выходившим на другую сторону. Здесь открывался вид на луг и лес чуть поодаль. На лугу паслись те самые лошади — очевидно, успокоились. Бремер остался стоять. Они тоже не садились.

Винтер обдумывал, как повести разговор. Обычно он заранее выбирал нужные фразы, но не на этот раз. На этот раз он сидел в машине, смотрел на лес, на серое осеннее небо и не думал ровным счетом ни о чем. Нет, о чем-то думал.

— Так что вы хотите? — повторил Бремер.

Винтер взглянул в окно. Лошади исчезли. Он повернулся к Бремеру.

— Опять насчет машины… и еще кое-что.

— А что с машиной?

— Мы сейчас беседуем со всеми владельцами белых «эскортов» этой модели. Вдруг кто-то вспомнит нечто важное, способное нам помочь?

— Помочь в чем?

— Вы разве не в курсе? Мы расследуем убийство. И пропажу человека. Ребенка.

Бремер, не поворачиваясь, кивнул в сторону Хальдерса.

— Да, он что-то говорил.

— А больше ты ничего не слышал? — Винтер перешел на ты, но Бремер, похоже, не заметил.

— Может быть… по радио или ТВ. Я занимаюсь своими делами.

Лошади опять появились из-за кустов. Они двигались совершенно симметрично, словно паря над лугом. Винтер наконец придумал, как продолжать беседу.

— Тебе знаком Юнас Свенск?

— Что?

— Я спрашиваю, знаком ли тебе Юнас Свенск. — Винтер быстро посмотрел на Хальдерса.

— Свенск? Да… у него автомастерская. Я только там и ремонтируюсь. А что?

— Мы разрабатываем разные версии, — пояснил Винтер, стараясь, чтобы фраза прозвучала позагадочнее. — И хотели бы с тобой поговорить.

— Какие еще версии? И какое отношение к этим вашим версиям имеет моя машина?

— Я про машину не сказал ни слова.

— Как это не сказал? Мы же говорили о мастерской…

Винтер перевел дыхание.

— Я хочу, чтобы ты поехал с нами. Необходим более подробный разговор.

На лицо Бремера словно набежала темная туча. Он сделал шаг по направлению к Винтеру. Хальдерс дернулся.

— О чем это ты? — Бремер остановился. — Я никуда с вами не поеду. У меня полно дел.

— Ты мог бы нам очень помочь.

— Чем я могу вам помочь? Если вы думаете, что я вожу контрабанду на своей машине, можете смотреть сколько хотите.

Винтер промолчал.

— Или вы считаете, что имеете право издеваться над людьми вроде меня? Я, как вышел из тюряги, ни разу ничего не нарушил. Спросите кого хотите. Вас Свенск интересует? Он тоже ни в чем не замешан. Это из-за перестрелки, что ли? Так, что ли?

— Мы настаиваем, чтобы ты проехал с нами.

Бремер посмотрел на Хальдерса и Анету, словно надеялся, что они отменят решение Винтера. Из него словно выпустили воздух.

— Надолго?

Он сдался, решила Анета. Может быть, он сдался с самого начала.

Винтер промолчал.

— Шесть часов, — сказал Бремер, ни к кому не обращаясь.

Шесть и еще шесть, подумала Анета Джанали. Если не больше.

Рингмар только и ждал, пока Винтер оставит Бремера и зайдет в свой кабинет.

— Я использую свое право, — произнес Винтер и поднял руки, словно защищаясь.

— Я ничего не сказал.

— Машина стоит там, Анета ждет. Проследи, чтобы техники немедленно с ней разобрались.

— Ты хочешь сказать, чтобы они ее разобрали…

— Как ни называй.

— Я даже не спрашиваю, уверен ли ты, что они ехали в этой машине.

— Посмотрим фильм. — Вместо ответа Винтер вставил кассету в видеомагнитофон.

Машина начала двигаться вперед и назад. Назад и вперед, а потом опять вперед и назад.

— Если это он, то почему едет в город, а не домой? — спросил Рингмар.

— К кому-то съездил… или нет. Навестил ее квартиру.

— Может быть… но его отпечатков в квартире нет.

— Ты хочешь получить все на блюдечке. — Винтер остановил кадр. Потом нажал воспроизведение, на секунду, не больше, и снова остановил.

— Как был «форд», так и остался, — глубокомысленно произнес он.

— У нас теперь есть с чем сравнить, — возразил Рингмар. — Это уже кое-что.

— Мне нужно все о Свенске. Все до мелочей.

— Мне нужно все о байкерском братстве, — сказал Рингмар. — Все до мелочей.

— И мне нужно знать, куда делся Якобссон.

— Обыск у Бремера?

Винтер покачал головой.

— Слишком рано?