Читаем Зов глубины полностью

Вернувшись в отель, Карима послушно легла, хотя у неё ничего не болело – лишь грызла досада. Сыщик из неё никудышный – не продвинулась ни на шаг! С Билли связаться не удалось – кого ещё можно спросить о Леоне? Попытаться снова что-нибудь вытянуть из Джулиана?

Мать принесла ей пару книжек и суп и устроилась на балконе с электронной читалкой: наверное, скачала один из тех юмористических женских романов, которыми раньше набивала чемодан, а прочитав, оставляла в отеле. Карима предпочла бы, чтобы мать загорала у бассейна, не мешая ей симулировать недомогание.

Охваченная беспокойством, Карима поставила заряжаться мобильник и планшет, который только сейчас распаковала, и подключилась к вай-фаю. Теперь можно проверить почту, не спускаясь к терминалам в лобби. Разумеется, ни от Джулиана, ни от Леона новых сообщений не было. Карима этому уже не удивлялась.

Странно, что она только сейчас додумалась погуглить Леона. По запросу «Леон Редвей» нашлось двенадцать совпадений – не так уж много, учитывая, что про неё наберётся не менее двухсот. Личной веб-страницы у Леона не было, зато в каком-то детском журнале нашёлся репортаж о нём: «Самый юный исследователь в мире. Вместе с родителями девятилетний Леон Редвей пытается выяснить, как климатические изменения угрожают коралловым рифам». На фото – робко улыбающийся на камеру ребёнок с маской для ныряния, ластами и непромокаемым блокнотом для записей. Карима невольно улыбнулась. Потом она обнаружила Леона в списке участников соревнований по фридайвингу[36] – Apnoe Diver Challenge California, 2-е место, и ещё о нём пару раз упоминалось на сайте морского интерната в Сан-Диего. Но с двенадцати лет – больше ничего. Совсем пропал с радаров. Даже ни одного поста в соцсетях. Должно быть, именно в этом возрасте он поселился на «Бентосе II».

А потом Карима наткнулась на заметку о смерти его родителей. Как-то странно и нехорошо её читать – будто без спроса лезет в его жизнь. Но она не нашла в себе сил закрыть страницу.

Чета исследователей погибла в кораблекрушении

Этой экспедиции суждено было стать последней в их жизни. В прошлый вторник Джон Алан Редвей (38 лет), его жена Жюльетта (42 года) и двое их сотрудников отправились на тридцатиметровом научно-исследовательском судне «Ксантия» к подводному каньону Монтерей, чтобы испытать инновационный водолазный костюм. Погода внезапно ухудшилась, и учёным пришлось прервать испытания. На обратном пути «Ксантию» накрыло высокой волной и Джона Редвея смыло за борт. Пытаясь помочь мужу, Жюльетта Редвей потеряла равновесие и тоже упала в море. Двум другим членам экипажа не удалось спасти учёных, и поисковая операция, которую сразу же организовала береговая охрана, также не увенчалась успехом. Супруги Редвей, пользующиеся среди коллег безупречной репутацией, руководили в ARAC отделом экспериментальных подводных исследований. У Джона Алана и Жюльетты остался девятилетний сын Леон.

Вдруг у Каримы зазвонил мобильный. Наверное, кто-то из Германии, кто ещё не в курсе, что она сейчас довольно далеко. Карима с отсутствующим видом взяла трубку.

– Это Леон. Леон Редвей – помнишь меня?

«Леон? Леон!» – Кариму бросало то в жар, то в холод.

– Да… Конечно, помню, – наконец произнесла она, мысленно добавив: «Я только что тебя гуглила. Я как раз читаю заметку о смерти твоих родителей. Кстати, знаешь, что ради тебя я сорвала обратный рейс?»

– Столько всего произошло – нам с Люси пришлось бежать, и я сейчас на суше… – сдавленно проговорил он. Что-то в его голосе встревожило Кариму.

– Ты ранен? – неожиданно спросила она.

Он помедлил с ответом, словно ему было неловко в этом признаться:

– Да. – Наверное, услышав её испуганный вздох, он поспешно добавил: – Это не важно. Я как-нибудь справлюсь. Только… не могла бы ты…

– Тебе нужна помощь? – Карима украдкой покосилась на балкон. Повезло – роман оказался захватывающим. – Буду рада помочь чем смогу.

– Хорошо, – с облегчением выдохнул он. – Не могла бы ты разыскать биолога, который помог бы мне интерпретировать кое-какие данные? Я тебе их продиктую – есть чем записать?