Читаем Зов Арахны полностью

Старый андроид вышел, а Николая посетила до того странная догадка, что он едва не подпрыгнул в кресле. Что бы не скрывалось за этими нештатными модификациями давно списанного на металлолом корабля, это не личная инициатива лейтенанта. И означает это только одно — положение дел в пограничной службе сектора «Арахна», может оказаться вовсе не таким, как он себе представлял. Из этого размышления у него родилась идея. А что если там всё же есть для него перспективы? Николай тут же твёрдо решил, что он будет внимательно смотреть, слушать, изучать и запоминать всё, с чем встретится. Постарается разобраться и понять ситуацию, всех тех людей, что живут и служат там. В первую очередь лейтенанта Майер. А затем, быть может как-то обернуть ситуацию в свою пользу.

С этими новыми мыслями Николай снова окинул взглядом кабину. Из-за большого масштаба переделок и явной перестройки даже внешней обшивки, для увеличения полезного объёма, многие внутренние панели отсутствовали. Переплетение оптоволоконных кабелей и силовых линий выглядывали там и тут. В самом углу между креслом первого пилота и боковой панелью дополнительной индикации, Николай выхватил взглядом интересную деталь. Зазор между оборудованием, длинной сантиметров тридцать, был полностью забит винными пробками, аккуратно воткнутыми туда одна за другой. Он даже встал с места и подошёл поближе. На пробках он с удивлением смог прочесть знакомые клейма. Производитель, марка вина, год урожая. В основном клейма принадлежали дорогим марсианским и зефирским винам. И, вот оказия, сбоку самого пилотского кресла, в кармашке для запасного переносного терминала, покоилась бутылочка зефирского бренди.

Ага. Вот это уже кое-что. Значит лейтенант Майер любит накатить стаканчик другой прямо за штурвалом? Однако напитки тут фигурируют далеко не из дешёвых. На прежнем месте службы, Николаю приходилось по праздникам посещать светские рауты местной элиты. Отчего со временем в винах, бренди и ликёрах он начал разбираться. Тяжкое бремя образцового офицера флота с большими карьерными перспективами. Стоило выяснить степень пристрастия мисс Майер к элитным напиткам. «Москиты» принадлежали к категории постоянной готовности, а значит у неё обязательно должна быть модифицированная пищеварительная система. Как и у самого Николая.

Вернувшись в кресло оружейного контроля, Николай внимательно просмотрел все его работающие системы. По большей части к пульту были подключены только системы наблюдения: сенсорные блоки, сферический сенсор и сканер дальнего радиуса. Но сам пост был включён в схему управления, значит, он не просто декорация. Едва он отключил все мониторы, дверь открылась и в кабину вошла лейтенант Майер.

Комбинезон на ней теперь тёмно синий, а на голове намотано полотенце. Николай отметил, как быстро лейтенант привела себя в порядок. Она уже успела принять душ и сменить одежду. А ещё Николай невольно обратил внимание на то, как Майер держала спину и голову. У неё явно была привычка держать себя в высшем обществе. Даже походка красиво поставлена и совсем не похожа на военную. Следом за ней вошёл андроид. Заняв место первого пилота, лейтенант сразу взялась за дело. Запустила предстартовую подготовку, перевела силовую установку в режим прогрева. После этого она включила внешнюю связь и вызвала диспетчера управления полётами.

— Это борт «Арахна» четыреста один, запрашиваю разрешение и коридор для вылета.

— Борт четыреста один, вылет разрешён. Коридор на верхнюю орбиту правый икс четыре, на семь минут.

— Принято, — спокойно ответила Майер и отключила связь, — этот педик хочет, чтобы наш «чудо-ящик» нарушил схему движения? Или он надеется, что мы развалимся?

Она говорила ни к кому не обращаясь, продолжая готовить корабль к вылету.

— Мы их удивим? — ответил Макс вопросом.

— Пошли ка они прямо в задницу. Достали уже с одним и тем же тупым приколом. Совсем никакой фантазии. Хотят правый икс с левого ангара? Я им нарисую. Полетим так, как выглядим. Всё равно сюда больше не вернёмся.

Николаю стало очень интересно, что именно лейтенант Майер собирается устроить. Препятствовать ей он и не думал. Николай прекрасно представлял схему движения на здешней средней орбите. Она была стандартной, так как сама станция строилась серийно. Тот полётный коридор, что предлагал диспетчер, годился исключительно для высоко маневренной машины, но никак не для построенной в прошлом веке развалюхи. Привстав с места, Николай пристально следил за действиями лейтенанта. Ему быстро стал понятен общий смысл её затеи. Он устроился обратно и закрылся в защитном противоперегрузочном кресле. Чтобы ничего не пропустить, включил мониторы слежения за внешней обстановкой и общую полётную проекцию. Потом загудел маршевый двигатель.

— Закрепись, энсин, — бросила Майер оглянувшись через плечо.

— Уже, лейтенант, — доложил Николай.

— Так ты грамотный? Хорошо. Поехали.