Читаем Зона зла полностью

Подготовка к операции вторжения ни для кого не являлась тайной. Более того, свои действия Саддам Хусейн сопровождал крикливой пропагандистской кампанией. Психологическая обработка общественного мнения имела две цели. С одной стороны, она должна была запугать противника, с другой – поднять боевой дух иракской армии и народа.

В результате обе цели бьши достигнуты, хотя и с несколько иными, чем планировалось, результатами.

Да, мировое сообщество Саддаму Хусейну напугать удалось. Однако страх далеко не всегда и не у всех парализует волю к сопротивлению. Чаще случается наоборот. Понимание безысходности положения пробуждает инстинкт самосохранения. Ирак еще не начал агрессии, а в мире быстро консолидировалась антииракская оппозиция.

Более успешным итогом пропагандистской кампании стало возрождение воинствующего национализма и патриотизма в самом Ираке.

Правящие круги, армейский офицерский корпус с нетерпением ждали войны и заранее подсчитывали возможные барыши, которые им принесет оккупация Кувейта – страны «черного золота». Иракские политики считали, что с карты исчезнет маленький, но очень опасный в экономическом плане конкурент и радовались этому. Чужие богатства победители сумеют распределить между собой.

Простые иракцы верили, что если их жизнь все еще недостаточно хороша, то только из-за того, что Кувейт пьет жизненные соки Ирака, незаконно присваивает львиную долю доходов от нефти, добываемой с месторождения Румайялах, которое должно полностью принадлежать Ираку. Разве допустимо, чтобы крупное и сильное государство позволяло обкрадывать себя карлику – Кувейту?

Разделял такую точку зрения и Азиз Омар. Ко всему, он гордился тем, что отряду «Меч свободы» в планах высшего командования отведена особая роль проходной пешки, которая шагнет в ферзи.

По мере приближения срока операции напряжение в войсках, развернутых на исходных позициях, нарастало. Азиз Омар, находившийся в пустыне на границе с Кувейтом, не чувствовал усталости. Близился его звездный час.

Наконец-то перед ним открывалась возможность показать всем, что он умеет и чего стоит.

В немалой степени уверенность командира диверсантов питало понимание особой роли человека, посвященного в планы, которые известны только узкому кругу лиц.

Войска ожидали приказа. Его должен был отдать верховный главнокомандующий – сейид-раис Саддам Хусейн.

Решающей минуты ждали все – генерал Саади Тумах Аббас, командующий войсками республиканской гвардии, генерал Абдуллах Кадири, командующий железным кулаком Ирака – его бронетанковыми войсками; ждали командиры дивизий, полков, батальонов. В полевом штабе царило плохо скрываемое нервное напряжение. Высокие чины то и дело подходили к оперативным картам, на которых острые стрелы обозначали направления предстоявших войскам ударов. Внимательно разглядывали, отходили. И снова терпеливо ждали.

Азиз Омар допускал, что высокие генералы и без приказа свыше знали время начала операции. Возможно, такое было. Но это касалось самых высших, самых доверенных, самых заслуженных из них. А вот он, майор Азиз Омар, был полностью посвящен в тайну.

Еще два дня назад его вызвал доктор Исмаил Убаиди и поставил боевую задачу. Отряду «Меч свободы» за два часа до начала общей атаки в полосе наступления танковой дивизии «Медина» поручалось пересечь границу Кувейта, добраться до центрального узла связи кувейтской армии и подавить его. Этим самым противник лишался слуха и голоса.

Азиз Омар со своими сорвиголовами начинал действия великой армии, опережая танковые дивизии раиса Саддама Хусейна на два часа.

Отряд «Меч свободы» пересек границу Кувейта пешим порядком. Азиз Омар гнал подчиненных ускоренным маршем, и в двух километрах от границы они вышли к сторожевому посту противника.

Взвод кувейтской пограничной стражи спокойно досматривал сны в бараке с воздухом, охлажденным кондиционером.

Иракских диверсантов, двигавшихся через пески, потевших и устававших, переполняла лютая ненависть к врагам.

Азиз Омар сам снял одинокого часового, коротавшего в полудреме последний час своей смены. Он зарезал его с той же жестокостью, как и русского солдата в горах Афгана.

Ворвавшиеся в барак диверсанты искрошили не успевших понять, в чем дело, кувейтцев в их постелях.

Начальник поста, молоденький лейтенант Ахмад Камиль из богатого рода нефтяных шейхов, спал в небольшой комнатке с железной дверью. Проснувшись и услыхав стрельбу, он сразу угадал, что случилось, и понял: кроме смерти, для него достойного выхода из позора нет. В своей беспечности он и его взвод потеряли лицо и честь. И все потому, что он, лейтенант, мало верил в возможность войны. Великий Коран, священная книга, вещает: «Аллаху принадлежат и восток и запад; и куда бы вы ни обратились, там лик Аллаха». Пророк Мухаммад наставлял детей ислама не сражаться с единоверцами. «Сражайтесь на пути Аллаха только с теми, кто сражается с вами, но не преступайте, – поистине Аллах не любит преступающих».