Читаем Золотые слезы полностью

Вальсируя по залу, Mapa заметила Брендана, легко кружившего Фелисиану. Он хитро подмигнул сестре через голову своей партнерши, которая едва доходила ему до груди. Бросив взгляд на его смеющееся лицо, Mapa с завистью подумала о том, что вне зависимости от обстоятельств Брендан ни за что не упустит возможности повеселиться. Он никогда не расстраивается подолгу и всегда умеет найти в себе нечто такое, что неизменно поднимает его дух. Тем не менее, Маре за долгие годы так и не удалось определить, что же повергает его в депрессию и как с этим бороться. Затем мысли девушки снова обратились к Николя, который заинтриговал ее сверх всякой меры. Женское самолюбие не позволяло верить в искренность его равнодушия к ее красоте. Она никогда не встречала подобного отношения к себе в мужчинах, не могла его принять и считала вызывающим.

Mapa улыбнулась дону Андресу одной из своих обаятельнейших улыбок, неизменно приводивших мужчин в ряды ее обожателей и вселявших в них напрасную надежду на взаимность. Дон Андрес не разочаровал девушку, и ущемленное надменным французом самолюбие Мары было отомщено.

Mapa все еще не сводила со своего партнера ласковых глаз, когда к ним подошел дон Луис и, резко хлопнув дона Андреса по плечу, остановил танцующую пару. Дону Андресу не оставалось ничего иного, как поклониться Маре и передать ее в руки дона Луиса, оставив их наедине.

— Похоже, вам удалось покорить несгибаемого дона Андреса, — усмехнулся дон Луис. — Если бы я мог предположить, что вы так легко добьетесь успеха, то заключил бы с вами контракт по поводу брака с ним. Под вашим влиянием он готов сделать что угодно, даже отказаться от ранчо Виллареаль.

— Почему вы так не любите дона Андреса? — спросила Mapa. — Я думала, что калифорнийцы живут одной дружной семьей.

Дон Луис с подозрением взглянул на девушку и спросил;

— Что говорил вам обо мне дон Андрес?

— Ничего. Он редко о вас упоминает.

— Да, дон Андрес всегда немногословен. Ну хорошо, а о чем-либо касающемся моей семьи он с вами беседовал? — с пристрастием расспрашивал дон Луис, высокий лоб которого мгновенно прорезала глубокая суровая складка.

— Тоже нет. А разве это так важно?

— Речь идет о фамильном достоянии, которое я хотел бы передать по наследству своей жене. Раньше оно принадлежало моей сестре, но, к несчастью, в этом простом деле возникла путаница по вине дона Педро, отца Андреса. По нынешнему соглашению все должно перейти к Амайе. Как видите, мне пришлось надолго отложить осуществление своего намерения.

— Скажите, а как долго вы предполагаете еще ждать, дон Луис? — поинтересовалась Mapa. — Брендан начинает терять терпение. Не думаю, что он согласится долго оставаться здесь, — предупредила она испанца.

— Если он потеряет терпение и захочет улизнуть, то не получит денег, — ответил дон Луис, поджав губы.

— Может быть, вам стоит опасаться не того, что мы сбежим, а того, что я останусь здесь навсегда в качестве сеньоры Виллареаль, — парировала Mapa. — Тогда во многом от меня будет зависеть, пойдет ли дон Андрес вам навстречу в этом деле.

— Пожалуй, в будущем мне стоит больше времени уделять своей племяннице. — Глаза дона Луиса стали колючими и угрожающе сузились. — Мне не хочется, чтобы она питала тщетные надежды. Это только пойдет ей во вред.

— Полагаю, мы прекрасно поняли друг друга, дон Луис. — Улыбка тронула губы девушки, но не коснулась глаз.

— Если так, то можете не сомневаться — я выполню условия нашего договора. От вас лишь требуется виртуозное исполнение ролей и порядочность. Мы с вами находимся в состоянии пата, как говорят шахматисты, не так ли? Мы работаем вместе к обоюдной выгоде. Вы согласны?

— Да, дон Луис, — невозмутимо кивнула Mapa.

— Не беспокойтесь, моя дорогая, — снисходительно улыбнулся он. — Все пройдет гладко, так, как я задумал. Остальное лишь вопрос времени и терпения. Уверяю, у меня хватает и того и другого.

Остаток вечера пролетел быстро и весело. Брендан принес свою скрипку и в сопровождении оркестра сыграл несколько мелодий. Музыкальные и добродушные калифорнийцы высоко оценили его искусство, тем более что традиционные испанские мелодии, в которые гармонично вплетались фольклорные напевы Ирландии, звучали невероятно живо, красочно и своеобразно. Брендан, как всегда, был неоспоримой звездой вечера и нежился в лучах популярности, раскланиваясь и принимая аплодисменты, вызванные такой удачной импровизацией. Веселье продолжалось до тех пор, пока горизонт не порозовел, окрашенный первыми лучами восходящего солнца. Только тогда гости стали расходиться по комнатам, гостиная опустела, в коридорах постепенно затихали голоса и смех. Mapa легла в постель и прислушивалась к пробуждению жизни на заднем дворе, но вскоре незаметно для себя заснула.