Читаем Золотые росы полностью

А мы-то с Ленькой жили себе до сих пор и ничего этого не знали. Оказывается, вон как на земле все устроено.

- А кулаков?.. - спрашивает Ленька. - Их тоже надо было в три шеи... Ты, бабушка, не все рассказала.

- А чего тут еще рассказывать? - говорит бабушка. - Кулаки теперь смирными прикинулись, а сами исподтишка так и норовят навредить, да только у них ничего не выйдет. Такие, как ваш отец, не дадут им разгуляться. Ну, а кулацкие подпевалы, это которые за кулаков заступаются...

"Вот какая у нас бабушка, все знает, - думаю я. - У других бабушки в церковь ходят, богу молятся, а наша и икону даже сняла. И про папу нашего так хорошо говорит, даром что ругается с ним часто. Хорошая бабушка, хоть и ворчит иногда".

А Ленька никак не может успокоиться.

- Бабушка, а какие они, эти кулаки?

- Жадные да злющие, - говорит бабушка. - Мне за свою жизнь пришлось на них поработать... Ладно, спать идите. А то вы до утра готовы сидеть, вам только рассказывай.

Но мы с Ленькой никак не можем уснуть. Лежим, думаем над тем, что рассказала бабушка.

И вдруг я спрашиваю:

- Лень, а Лень, ты когда-нибудь видел живого кулака?

Уже засыпая, он бубнит:

- Не видел... Но теперь я кулака сразу узнаю, только покажи мне его.

КРАСНАЯ КУРОЧКА И ДОБРЕНЬКИЙ ДЕДУШКА

Назавтра бабушка истопила баню. Она пришла с раскрасневшимся лицом и слезящимися от дыма глазами и отправила всех нас мыться, а сама села отдохнуть.

Скоро мы с Ленькой, чистые и распаренные, прибежали домой. Бабушка, усадив нас на печку, сказала:

- Сидите и не балуйтесь. Мы с мамой помоемся, а потом придет отец, будет мыться.

Чтобы нам не было страшно, она зажгла лампу и ушла. Мы с Ленькой остались одни. Не успели мы придумать, чем бы заняться, как на крыльце послышались шаги.

- Папка идет, - обрадовался Ленька.

Но это был не отец.

Сначала в дверь просунулась голова с седой козлиной бородкой, потом мы увидели незнакомого старичка в новых лаптях и бурой поддевке, подпоясанной ремнем. Метнув глазами в угол, где раньше висела икона, он быстро перекрестился. Мы смотрели на него молча и настороженно. Заметив нас, старичок вдруг заулыбался.

- Ну, здравствуйте, как поживаете? - сказал он, словно мы были его старыми знакомыми.

Мы молчали.

Не смущаясь, старичок продолжал:

- А где же ваши мама или бабушка?

- В бане, - сказал Ленька басом и для солидности кашлянул.

- Жаль, жаль, - сказал старичок, бегая по избе глазами, - а я тут вам подарочек принес...

Не успели мы опомниться, как он достал из-за пазухи и посадил на пол курицу. Она взмахнула крыльями, отряхнулась и, повернув голову, подслеповато уставилась на лампу. Ленька в один миг скатился с печки. Я тоже слезла за ним. Ленька поглаживал курочку по спине. При свете лампы она вся искрилась и казалась красновато-золотистой. Мы с Ленькой никогда не видели такой красивой курочки. Дедушка улыбался.

- Как вам тут живется? - спросил он.

- Хорошо, - сказал Ленька.

- Ну, слава богу, слава богу, - оживился дедушка, - живите себе на здоровье. В этом доме я раньше жил, да мне он ни к чему. Пусть, думаю, лучше люди живут, - рассказывал он. - Вон она, какая хоромина, - обшаривая взглядом углы, говорил старичок. - Одному-то мне что в ней делать? Вам и то, небось, велик дом-то...

- Нет, - сказал Ленька, - нам как раз...

- Что ж, обе половины заняли? - поинтересовался старичок.

- Там у нас вещи, а живем мы больше здесь, - сказала я.

Ленька гостеприимно распахнул дверь во вторую половину, показывая, что там у нас. Но старичок заходить не стал. Он только сунул туда голову, посверлил бегающим взглядом темноту и заспешил уходить.

- Ставеньки закрыты... Ну и правильно. Оно так спокойней. Ну, живите, живите, - сказал он уже с порога. - А курочка вам на разведение...

Старичок ушел, а мы с Ленькой просто опомниться не могли. Ну до чего добренький дедушка! Дом свой отдал, да еще и курицу принес...

Когда мама с бабушкой пришли из бани и мы им все рассказали, бабушка почему-то разохалась:

- Ох ты, господи, что же теперь делать?

И мама, к нашему удивлению, тоже нисколько не обрадовалась, что у нас теперь есть своя курица. Она озабоченно поморщила брови и сказала бабушке:

- Спрячь ее пока, завтра что-нибудь придумаем...

Бабушка сунула курицу под печь, а нам велела сидеть и помалкивать. Мы с Ленькой ничего не понимали. Все разъяснилось, когда пришел отец.

Он сидел и ужинал, а бабушка, суетясь больше обычного, собирала ему белье. И вдруг курица под печкой тихонько закудахтала. Мы с Ленькой вытянули шеи, прислушиваясь, а бабушка исподтишка погрозила нам пальцем. Все это было так непонятно, что мы с Ленькой не знали, что и думать. Я только хотела сказать Леньке, что эта курица, наверно, волшебная, как она вдруг с громким кудахтаньем вылетела из-под печки.

- Это что за явление, откуда? - спросил отец.

Путаясь и сбиваясь, мама начала рассказывать, а он ходил из угла в угол и хмурился.

Ленька пытался было вмешаться и рассказать все подробнее, но под строгим бабушкиным взглядом снова усаживался на место.