Читаем Золотые опилки полностью

Есть у меня и ещё один документ, такая красная книжечка. Там значится: «Специалист по лечебному и классическому массажу». Это я в 1992 году, когда страна вляпалась в капитализм, когда все редакции и издательства позакрывались, лопнули, скорее курсы массажистов закончила – чтобы не погрузиться в нищету, в безработицу.

Но едва начав этот престижный труд, сразу же поняла: нет, заниматься этим я не смогу. И не потому, что трудно физически, я в силе, в порядке пока. Но ощущение всё-таки жуткое. Чужая кожа, чужие тела, а в них души чужие, иные сущности. И ещё: тут не просто работать надо, тут надо служить. Этому телу, этой душе. (Слуга, прислуга, служба – слова близкие, смыслы разные.) А служить, как я сказала уже, можно только Богу. В общем, тяжкие это деньги – массаж. Не мой это хлеб, тем более, если не халтурить.

Таксовать на своём «жигулёнке» – и то куда лучше. Вот я в девяностые и взялась за баранку.

Я уверена: в жизни надо тем заниматься, что умеешь делать лучше всего… А мне, я думаю, лучше всего писать.

Хотя ни одна моя книга пока не исчерпала меня до конца. Может, ещё успею? Жаль, времени много было упущено. Многие годы утекли, как вода сквозь пальцы. Потрачены в основном на борьбу с бытом, с системой. За кусок хлеба, за крышу над головой. При всей моей энергии в целом я – трусиха. Панически боюсь кабинетов, длинных коридоров, начальства…