Читаем Золотой вихрь полностью

– Я не желаю больше говорить об этом. – Слишком сильно отозвалось ее тело на воспоминание об этом наслаждении. – Однако я сообщу, когда мои чувства изменятся.

– Благодарю, – с иронией, больше похожей на сарказм, сказал Гален. – По всей видимости, я должен быть признателен тебе за любую милость, которую ты соизволишь мне оказать. Полагаю, будет лучше, если мы все выясним. Я не намерен… – Он резко замолчал, затем вновь заговорил, но уже совсем другим тоном: – Поговори со мной. Тесс. Объясни мне, что случилось.

– Ничего. – Она закрыла глаза и постаралась отодвинуться подальше от него к краю дивана. – Я устала. Сейчас я хочу спать.

– Сейчас ты хочешь спать? – Раздражение взяло верх над нежностью. – Ты обрушила на меня всю эту ерунду и теперь собираешься просто заснуть?

–Да.

– Но так же не может…

Она почувствовала, что он сумел обуздать свои эмоции.

– Очень хорошо, спи. – Он повернулся к ней спиной. – Я подожду.

Он ждал всю свою жизнь. Ждал любви, которая все не приходила, ждал конца бесконечным войнам, ждал воплощения своих жизненных целей. Боже, как же она хочет прикоснуться к нему. Только бы пережить эту ночь, завтра будет легче.

Главное, до него не дотрагиваться…

До самого заката она ни разу не присела.

Гален задержался у входа в шатер Хакима и мрачно наблюдал за тем, как Тесс носится без устали по лагерю вместе с Вианой, громко разговаривая и возбужденно жестикулируя. Она уже ушла, когда он проснулся, и в течение всего утра он лишь мельком видел ее. Подобно вихрю, она везде следовала за Вианой, помогала наблюдать, как устанавливают новые шатры, накрывают столы с угощением. Он даже увидел, как она, серьезно хмурясь, пробовала еду из большого котла, кипящего на костре.

Повариха, черт возьми! Тесс ненавидела все эти скучные мелочи, а во дворце и близко не подходила к кухне. Когда она склонилась над котлом, он очень хорошо понял, что что-то здесь не так. Но что? Дьявол тебя забери!

Она очень изменилась, стала холодной, неискренней. Но эти черты характера ей совершенно не присущи, и трудно найти кого-нибудь откровеннее и честнее Тесс. Прошлой ночью он почувствовал себя обманутым и разозлился, словно его ограбили, отняв что-то очень ценное.

Наслаждение. Она отняла его у него, заключив сделку, и не имеет права нарушать ее. То, что он чувствует, – не боль, а возмущение. Он скажет ей, что она не должна отталкивать его, как прошлой ночью. Он заставит ее дать ему то…

– Что-то случилось?

Гален так глубоко погрузился в свои мысли, что не заметил, как подошел Калим.

– Все девять шейхов прибыли и даже выслушали меня. Все хорошо. Чем ты так обеспокоен?

– Вы были очень хмуры, – пояснил Калим. – Я пришел сказать вам, мы получили сообщение от одного из горных племен.

Гален напрягся.

– Тамир?

Калим покачал головой.

– Тамир будто растаял в воздухе. Нет, известие пришло об Алексе Рудине. Он в половине дня пути отсюда.

– Алекс. – Возможно, новости не слишком хорошие, если Алекс покинул двор Тамровии и поспешил в Седикхан, но Гален внезапно ощутил теплое чувство, он уже начал скучать по колкому юмору своего старого друга. – Пошли навстречу ему сопровождающих. Сомневаюсь, что Тамир действительно растаял.

– Я уже отправил эскорт. Неужели вы думаете, я так глуп.

– Нет. – Его взгляд снова вернулся к Тесс. Это он сам похож на влюбленного болвана: занят своей женой вместо того, чтобы думать о важных делах. – Я буду беседовать с Лодимом и Хакимом во время полуденного отдыха. Дай мне знать, когда приедет Алекс.

– Мне привести его к вам?

– Нет. – Гален снова взглянул на Тесс. – Отведи его к маджире. – Быть может, она расскажет Алексу о своей обиде. Бог знает, хватит ли у него выдержки выяснить все самому, не взорвавшись.

Он издевательски улыбнулся, почувствовав во всем этом злую иронию. Он почти двадцать лет терпеливо ждал осуществления своей мечты – объединения Седикхана, а всего одна ночь, проведенная без этой маленькой женщины с непокорными темно-рыжими кудрями, отвергнувшей его, заставляет его сжимать челюсти от нетерпения и чуть ли не брать ее силой.

– Передай, чтобы он зашел в мой шатер к ужину, мы поговорим.

– Алекс!

Тесс бросилась навстречу кузену и оказалась в его объятиях, затем поспешно отпрянула, сморщив носик.

– Святые небеса, от тебя несет потом и лошадьми!

– Обижаешь! – Он выпрямился с притворным негодованием. – Я спешил к тебе, потому что, как Калим сказал мне, ты будешь в отчаянии, если я не позволю тебе первой приветствовать меня, а ты пытаешься оклеветать своего кузена.

– Я вполне могла бы подождать, пока ты вымоешься. Впрочем, не имеет значения. Я постараюсь не дышать. – Она опять прижалась к нему и крепко обняла. – Какие новости?

– Не очень хорошие. – Алекс нахмурился. – Мать-настоятельница написала твоему отцу письмо, спрашивая, благополучно ли ты доехала и оправдал ли капитан Брэгган оказанное ему доверие.

Тесс широко открыла глаза.

– Действительно, не слишком приятные.