Читаем Золотой след полностью

Он прошел через огромное открытое пространство — кухню и гостиную, с раздвижной стеклянной дверью, ведущей на задний двор. Наклонился, выдернул стальную задвижку из дверной перемычки, выпрямился и отпер замок двери. Он протянул руку, толкнув дверь к панели безопасности, набрал код, вернул дверь назад, а затем открыл раздвижную стеклянную дверь, чтобы Блонди выбежала наружу. Она ни секунды не колебалась, промчавшись мимо него.

Лейн закрыл дверь, щелкнул выключателем на кухне, повернулся и осмотрел нижний этаж своего дома.

Двенадцать лет у него не было ничего, кроме квартир или домов на несколько семей. Иногда его квартиры были маленькими, студиями. Иногда были большие или таунхаусы. Некоторые из них были полным дерьмом, некоторые дворцами. Все они были временным пристанищем.

Теперь справа от него находилась кухня. В дальнем углу столешницы и шкафы под прямым углом к двери, ведущей в большую кладовую и подсобное помещение, выходящее в гараж. Посреди кухни стоял огромный треугольный островок с отрезанными остриями краев, перед ним табуреты. Огромное пространство было для обеденного стола у большого окна, пространство, которое Лэйн так и не заставил. Он предпочитал есть стоя или сидя перед телевизором. Его мальчики ели за островком на табуретках или у себя в комнатах, или на лету, или сидя перед телевизором.

Слева открывалась гостиная, огромная консоль из шкафов и полок, в которую он поместил бы такой же огромный телевизор с большим экраном. Два кресла с откидывающимися спинками по обе стороны большого глубокого дивана с несколькими столиками, куда можно было поставить пиво или положить пакет чипсов, чтобы не приходилось далеко тянуться. Еще шла низкая стена и колонна, за которой не было ничего, кроме открытого пространства. Мертвого пространства. Он не знал, что с ним делать. Поскольку не было смысла его обустраивать под место, где можно было бы поесть на диване с телевизором, а заносить сюда скамью для жима и гири, ставить еще одну кровать, то это пространство было ему не нужно. Поэтому, как и столовая, оно пустовало.

Под лестницей находился туалет и раковина, остальную часть нижнего этажа занимал гараж на две машины, который выступал вперед от дома.

Лейн уставился на кухню, потом его взгляд переместился вправо, влево, затем снова вправо.

Как, черт возьми, он оказался в доме с тремя спальнями в комплексе жилых домов с тремя и четырьмя спальнями, выкрашенных только в четыре разных цвета, каждый из которых имел ограничения в планировке и перепланировке комнат, с ТСЖ, от чего нацистская партия походила на букет анютиных глазок, почти весь этот комплекс напоминал близнецов братьев, настолько одинаковых, что Лейн не мог ответить сам себе даже на этот вопрос. Черт возьми, когда он только переехал в этот дом, первое время все время путался среди акров этих домов, не в состоянии найти дорогу домой, домов, которые выглядели так похожими друг на друга, хотя раньше он никогда не страдал топографическим идиотизмом.

«Ну что ж, — подумал он, — по крайней мере, за это оплачено».

Он прошел на кухню, прямо к кофейнику. Вытащил фильтр со вчерашним мокрым использованным жмыхом от кофе. Бросил его в открытый мусорный бак, который был так же переполнен, ему пришлось сначала запихнуть мусор вниз, чтобы не капала черная гуща на пол.

На этой неделе была очередь Джаспера выносить мусор, конечно, мусор никто выносить не собирался.

Он вернулся к кофейнику, схватил стеклянный графин, направился к раковине, которая тоже была завалена грязной посудой.

Лейн прокрутил в уме расписание. Вчера вечером была очередь Триппа готовить, а Джаспера мыть посуду. Поэтому посуда не была вымыта.

Лейн вздохнул, ополоснул фильтр и кувшин, услышал, как наверху зашумела вода. Потом наполнил кувшин водой, вернулся к кофейнику и сварил кофе. Он как раз щелкнул выключателем, когда в дверь позвонили.

Его взгляд упал на часы на микроволновке над плитой. Шесть тридцать шесть. Кто решил навестить его в шесть тридцать шесть утра?

Он прошел по полу, бесшумно ступая босыми ногами. Подошел к большому панорамному окну в пустом пространстве, на котором висели частично закрытые жалюзи. Он отодвинул их немного сбоку от окна, чтобы увидеть кто стоял перед его входной дверью.

Его глаза прищурились, а кровь превратилась в кислоту.

Там стояла Рокки. Ее волосы были собраны в хвост, закрывающий ей висок, словно был заправлен за ухо. Она была одета в бледно-розовую блузку, обтягивающую талию, как перчатка, привлекая внимание к ее ребрам и груди, с маленькими дурацкими рукавами. Кроме того, на ней была юбка какого-то грибовидного цвета, доходящая до колен, тоже плотно обхватывающая ее попку и бедра. И наконец, на ней были розовые туфли-лодочки с тонкими ремешками на каблуке, высоким и тонким как карандаш. Полностью упакованная, глянцевая, отполированная и невероятно чертовски сексуальная.

Какого хрена она здесь делает?