Читаем Золотой плен полностью

Аэд нахмурился. Он был христианский король, но не питал злобы к отдельным друидам, которые все еще сохранили свою старую веру. Ему нравился старик Мергвин. По правде говоря, он доверял ему Эрин много раз. И Эрин была права. Никакая опасность не грозила ей в хижине, запрятанной глубоко в лесу. Но Аэд не собирался уступать дочери немедленно. Он хотел, чтобы она как следует подумала об обязанностях, послушании и милосердии, необходимых для принцессы и жены.

— Я обсужу это с твоей матерью, и мы поговорим утром, дочь, — сказал он твердо. — А вечером, ладно уж, ты можешь поужинать вместе с молодым королем, который завоевал твои симпатии, а потом пойдешь к Беде и поучишься у нее смирению.

Эрин благодарно опустила голову и тихо произнесла:

— Да, отец. — Он поцеловал ее в лоб и пошел к дому. Эрин дождалась, пока смолкнут его шаги.

Потом она подняла голову, на ее лице светилась озорная улыбка. Она хорошо знала отца и поняла, что победила. Завтра она будет среди посланников.

Друид Мергвин являл собой зрелище, на которое стоило посмотреть: в длинной белой робе, с горящим взором, с длинными растрепанными волосами, переходящими в густую седую бороду, спадавшую ниже колен.

Ходили слухи, что он был сыном жрицы друидов и викинга, знатока рунического письма, который пришел с первой волной завоевателей в Ирландию в начале века. Мергвин никогда не упоминал об этом; все же считали его настоящим колдуном, благословленным двумя богами, из-за неясного происхождения. Но каковы бы ни были загадки его прошлого или характер его способностей, Мергвин определенно что-то знал, и этого никто не мог отрицать.

В стенах его хижины горел окруженный земляным кольцом костер с голубым отблеском, и в котелке, висевшем над ним, как всегда, готовился какой-то отвар. Любая девушка вполне могла, преклонив колени и прочитав воскресную молитву в церкви, побежать к Мергвину и попросить какого-нибудь зелья, чтобы завоевать расположение того или иного воина.

Одни люди крестились и молились деве Марии, проходя мимо этого дома считая Мергвина сумасшедшим. Другие посылали ему проклятья, говоря, что времена волхвов прошли и что Мергвин — ничтожный колдун, к которому нужно отнестись со всей строгостью. Но даже те, кто хулил его, замолкали, встретясь с его умным взглядом, таким же глубоким, как и бездна времени. А Мергвин продолжал жить в своей хижине, радушно принимая и привечая всех, кто приходил к нему.

Мергвин любил дитя Аэда Финнлайта, как любил и уважал самого Аэда. Ард-Риг Тары казался Мергвину необыкновенно справедливым человеком, предпочитавшим мирные переговоры с постоянно ссорившимися предводителями побоищ, которые могли легко возникнуть в ходе даже незначительной распри. Аэд был беспристрастен, даже когда дела касалось его собственных сыновей.

Он выслушивал человека, закрывал глаза, и когда открывал их снова, они становились непроницаемыми, и по ним нельзя было понять, что он чувствует.

Его великодушие и мудрость простирались далеко. Когда его дочь была маленькой, Аэд приводил ее к Мергвину. Священники и монахи могли рассказать ей только о жизни Христа, а Мергвин поведал ей о душе и о мире, который окружал ее.

Мергвин считал, что принцесса Эрин могла бы стать прекрасной жрицей друидов. Но, по молчаливому соглашению с Аэдом, Мергвин воспринимал ее только как любимую ученицу и воспитанницу и не помышлял ничего иного. Он учил ее бережно относиться ко всему живому любить и почитать родную землю. Он учил ее предсказывать погоду: когда будет солнечно, а когда гроза; объяснял, какие травы целебны и могут успокоить боль. Он наблюдал, как она обращается с лесными обитателями, умиляясь каждый раз, когда она заботливо лечила крыло крошечной малиновки или приносила диких зайцев, чтобы покормить и приласкать их.

Сегодня она прискакала к нему в сопровождении молодого короля Коннахта, Феннена Мак-Кормака. Что-то встревожило Мергвина, когда он вышел встретить ее, Как будто тень упала на солнце. Он нахмурился, когда увидел что молодой король помогает принцессе сойти с лошади. Тревога исходила от этого человека. Глаза Эрин были смеющимися и радостными, она, казалось, была довольна своим спутником. «Глупый я старик», — упрекнул себя Мергвин мысленно. Феннен Мак-Кормак был уважаемым и прозорливым королем. Говорили, что он очень умен и милосерден. Для дочери Аэда Финнлайта, Ард-Рига Тары, он был подходящей партией. «Я должен еще раз прочитать знаки», — подумал про себя Мергвин.

— Эрин Мак-Аэд! — воскликнул Мергвин, выйдя вперед. Он поклонился сначала ей, а затем уже молодому королю. — И Феннен Мак-Кормак! Добро пожаловать. Что привело вас ко мне?

Он уже знал причину. Все знали, что викинги собираются сразиться около Карлингфордского озера. Мергвин уже чувствовал сотрясение земли, а ветер прошептал ему, что схватка будет такой ужасной, что кровь обильно пропитает почву.