Читаем Золото Приамурья полностью

Предъявитель сего Петр Давыдов Баллод, от роду 20 лет, православнаго исповедания, из крестьян, из средняго отделения Рижской Семинарии в Сентябре месяце 1858 года принят по экзамену в число своекоштных студентов Императорской СПетербургской Медико-Хирургической Академии по медицинской части в первый курс, в 1857 году оставлен в том же курсе, а 20 Июня 1858 года уволен вовсе из ведомства Академии из I курса, как пробывший два года в этом курсе и невыдержавший переводнаго экзамена с тем, что если он окончит курс в высшем учебном заведении или другими путями приобретет право поступить в государственную службу, то следующия с него за право слушания лекций в Академии сто руб. сер. должны быть удерживаемы из жалованья его по поступлении на службу и доставляемы в Правление Академии, равно обязан он доставить означенную сумму в Академию, если частною службою или другими средствами приобретет возможность уплатить оную. В бытность в Академии Баллод поведения был хорошаго. В удостоверение чего и выдан ему сей Аттестат из Конференции Академии за надлежащим подписанием и приложением казенной печати. С.Петербург. Сентября 27 дня 1858 года.

Президент Академии А. Дубовицкий.

13. Перевод письма Давида Баллода сыну Петру. /ГАРФ. Ф. 112. Оп. 1. Д. 22. Л. 676–677.

С латышскаго

Лаудон, 9 августа, 1862.

Любезный сын Петр Баллод

Мы, отец твой, и искренно тебя любящая мать, приветствуем тебя в милости Господа Бога нашего и в любви Спасителя, поручая тебе благости Божия, да действует она в тебе внутри и извне, и если есть что нибудь неправедное в тебе, то Всемилостивейший Бог через Св. Духа Своего бы обратить тебя на путь истины, ибо Священное писание говорит: «Послушание лучше жертвы».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Черная Книга
Черная Книга

"В конце 1943 года, вместе с В. С. Гроссманом, я начал работать над сборником документов, который мы условно назвали "Черной Книгой". Мы решили собрать дневники, частные письма, рассказы случайно уцелевших жертв или свидетелей того поголовного уничтожения евреев, которое гитлеровцы осуществляли на оккупированной территории. К работе мы привлекли писателей Вс. Иванова, Антокольского, Каверина, Сейфуллину, Переца Маркиша, Алигер и других. Мне присылали материалы журналисты, работавшие в армейских и дивизионных газетах, назову здесь некоторых: капитан Петровский (газета "Конногвардеец"), В. Соболев ("Вперед на врага"), Т. Старцев ("Знамя Родины"), А. Левада ("Советский воин"), С. Улановский ("Сталинский воин"), капитан Сергеев ("Вперед"), корреспонденты "Красной звезды" Корзинкин, Гехтман, работники военной юстиции полковник Мельниченко, старший лейтенант Павлов, сотни фронтовиков.Немало времени, сил, сердца я отдал работе над "Черной Книгой". Порой, когда я читал пересланный мне дневник или слушал рассказ очевидцев, мне казалось, что я в гетто, сегодня "акция" и меня гонят к оврагу или рву..."Черная Книга" была закончена в начале 1944 года. Наконец книгу отпечатали. Когда в конце 1948 года закрыли Еврейский антифашистский комитет, книгу уничтожили.В 1956 году один из прокуроров, занятых реабилитацией невинных людей, приговоренных Особым совещанием за мнимые преступления, пришел ко мне со следующим вопросом: "Скажите, что такое "Черная Книга"? В десятках приговоров упоминается эта книга, в одном называется ваше имя".Я объяснил, чем должна была быть "Черная Книга". Прокурор горько вздохнул и пожал мне руку".Илья Эренбург, "Люди, годы, жизнь".

Суцкевер Абрам , Трайнин Илья , Овадий Савич , Василий Ильенков , Лев Озеров

Документальная литература / Приключения / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза