«Лишь бы не потерять ребенка», — успокаивала себя Либби, чувствуя острую боль в животе. К утру боль утихла, но в боку по-прежнему кололо. Она смотрела на восходящее, солнце с чувством радости, как будто она только что выиграла долгую и тяжелую битву. Она чувствовала, что ребенок жив.

Утром перед ними предстала опустошенная картина. Везде чернели обгоревшие стволы деревьев и кустов. Только на одном из больших дубов остались зеленые листья. В воздухе чувствовался запах горелой древесины. Либби с детьми и Ах Фонгом пошли к хижине.

— О, мама, все, ради чего ты работала, исчезло, — сказала Иден. Слезы катились по ее черным от копоти щекам.

— Не плачь, дочка. У нас еще есть деньги в банке, чтобы все начать сначала.

— Миссис собирается построить новый дом? — спросил Ах Фонг.

Либби увидела видение: она и Гейб стоят на холме и смотрят вдаль.

— Нет, только не здесь, — сказала она. — Мы найдем другое место. Поедем на юг, туда, где еще не пробовали моих пирогов. Там есть много городков, да и климат мягче. Мы подыщем там место для постройки дома.

— Значит, мы не поедем в Англию? — спросила Иден.

— Это тебя расстраивает?

Иден сжала губы.

— Я хочу увидеть папин дом и пони, но не буду учиться светским манерам.

Либби рассмеялась и прижала дочку к себе.

— Ты так же думаешь, как и я, — проговорила она.

— Конечно, если мы останемся здесь, надо будет нанять для вас гувернанток, а то вы совсем одичаете.

— Хорошо, — сказала Иден. — Если не надо будет носить туфель… если ты вырастишь много овощей, то купишь мне пони.

Либби опять улыбнулась.

— Мы вырастим столько овощей, что сможем накормить всю Калифорнию. И станем самыми богатыми женщинами штата.

29

От Хенгтауна почти ничего не осталось. Только большой сейф в конторе Фарго, да кирпичные трубы возвышались над почерневшей землей. Глядя на наскоро поставленные тенты, Либби почувствовала, что все действительно ушло в прошлое. «Слишком много радости и горя довелось здесь испытать», — подумала она с грустью.

— Если хочешь, то оставайся здесь со своими земляками, — сказала она, обратившись к Ах Фонгу.

— Вы не хотите рядом Ах Фонга? — с удивлением спросил тот.

Либби рассмеялась.

— Конечно, хочу. Без тебя я бы не выжила, но я хочу, чтобы ты знал, что ты свободен и можешь сам распоряжаться своей судьбой.

— И куда я пойду? — спросил китаец.

— Не знаю, может, снова искать золото.

— Зачем мне это делать? — поджав губы, спросил он. — Здесь нет места для китайцев. Нам разрешают копать там, где уже все перекопано. А я люблю выращивать овощи. Как вы будете работать без меня на новом огороде?

— С трудом, — улыбнулась Либби. — Но с этого момента ты не мой слуга, а управляющий фермой, понятно? И будешь получать хорошую зарплату.

Пару дней спустя они уже спускались в только что купленной повозке дорогой, по которой Либби ездила раньше с Гейбом. Она не могла себе представить, как это трудно ехать по дороге, где каждый метр земли связан с воспоминаниями. Здесь они видели зимородков, а здесь остановились, чтобы напоить лошадей, и Гейб так осторожно снял ее с седла, как будто она была хрустальной.

— Если бы он был здесь, — вслух сказала Либби, вспомнив, что он говорил о приисках на юге. — Не из-за него ли я так стремлюсь туда? Могу ли я надеяться на многое? — спрашивала она себя.

Либби без труда нашла место, где они переночевали с Гейбом в прошлый раз. Вздыхая, она смотрела на равнины, открывающиеся внизу.

— Здесь будем строить дом? — спросил Ах Фонг.

— Да, а что? Ведь здесь так красиво…

— Плохая почва, но мы попробуем, — ударяя землю носком ботинка, сказал китаец.

— Мы только что прошли ручей, который не засыхает даже в такую сушь.

— Нам нужна ровная земля, чтобы на ней оставалась вода — надо спускаться вниз.

— Но я хочу здесь построить дом, — настаивала Либби.

— Мы спустимся вниз и найдем ровную поверхность, а вы можете построить дом немного выше, — вздыхая, сказал он.

Либби улыбнулась.

— Хорошо, так и сделаем.

Либби, осторожно управляя повозкой, спустилась по холму и выехала на поляну, окруженную ивами.

— Это, должно быть, подойдет, Ах Фонг. Ровная, как раз для огорода, а дом я построю рядом с рекой. С одной стороны он будет смотреть на ивы, а с другой на равнину.

— Когда весной река выйдет из берегов, она может затопить дом. Посмотрите, вон как в этом году размыло! — Он показал размытый участок берега, на несколько метров превышающий уровень воды.

— Все будут думать, что это твой дом, а не мой, — устав от спора, отрезала Либби.

— Ну стройте здесь! Желаю вам благополучно добраться до Сакраменто, — отворачиваясь, сказал китаец.

— Хорошо, делай по-своему.

Они бродили вверх и вниз вдоль реки, пока не нашли более или менее приемлемое место, которое было достаточно высоко, чтобы его не затопило.

— Нужно узнать, как официально закрепить за нами это место, — сказала она. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь пришел и начал копать у моего порога, хотя я думаю, что здесь золота нет.

Идя вниз, Ах Фонг напряг слух и сказал:

— Всадники! Скачут сюда!