Читаем Золото Будды полностью

— Это было убийство по ошибке, — объяснил судья. — А Кван преуспел в покупке того второго гребня, который он обещал Сунян, и той ночью направился к ней. Наверное, надеялся, что, преподнеся гребень, сумеет еще разок воспользоваться ее расположением. Несомненно, они с Сунян договорились о каком-либо знаке, посредством которого он сообщал о себе. Но, проходя мимо дома по дороге к амбару, он заметил свет в спальне. Это было настолько необычно, что он приоткрыл окно и заглянул внутрь. Увидев в полумраке лежащую в постели пару, он решил, что это Сунян с новым возлюбленным. Он впал в дикую ярость, тут же метнулся к ящику с инструментами, схватил серп, залез через окно в комнату и перерезал им горла. Из рукава у него вывалился гребень; я нашел его под окном. Понял ли он, что зарезал не тех, прежде чем убежал, я не знаю.

— Наверное, понял, и достаточно скоро, — отозвался Цзяо Тай. — Я таких навидался. Он бы ни за что не ушел, не обшарив всю комнату в поисках, чего бы украсть. Так что, думаю, он разглядел свои жертвы и обнаружил, что убитая женщина — вовсе не Сунян.

— Но кто же эта женщина? — спросил старшина Хун. — И откуда взялся монах?

Судья нахмурил густые брови.

— Вынужден признать, что не имею ни малейшего понятия. Платье, лошадь со звездочкой на лбу, время исчезновения — все это указывает на госпожу Ку. Однако, исходя из сказанного о ней отцом и братом, у меня сложилось довольно ясное представление о ее нраве. Связь с этим шельмецом Фань Чуном до или после замужества просто не в ее характере. Далее, несмотря на чудовищный эгоизм ученого господина Цзао, я все же не считаю естественным его предельное равнодушие к судьбе дочери. Не могу избавиться от мысли, что убитая женщина вовсе не госпожа Ку, и отец ее знает об этом.

— С другой стороны, — подал голос старшина, — она озаботилась тем, чтобы Бэй и его дочь не видели ее лица. Это позволяет заподозрить, что это была как раз госпожа Ку, не желавшая, чтобы ее узнали. Ее брат часто гулял в полях вместе со своей сестрой, поэтому можно предположить, что Бэй и его дочь вполне могли видеть ее.

— Все правильно, — вздохнул судья Ди. — А так как Бэй увидел ее только с залитым кровью лицом, он не узнал ее после убийства — даже если это действительно была госпожа Ку. Ну, а что касается того монаха, после полуденной трапезы я отправлюсь в храм Белого облака и постараюсь что-нибудь о нем разузнать. Вели стражникам подготовить мой церемониальный паланкин, старшина. Ты, Цзяо Тай, возьми Ма Жупа и попробуйте отыскать и задержать этого А Квана. Вчера вам так хотелось схватить для меня какого-нибудь опасного головореза — вам выпала такая возможность! А пока ищете, осмотрите заодно и заброшенный храм. Не удивлюсь, если убитую женщину схоронили именно там: похитивший тело не мог уйти далеко.

— Мы найдем вам А Квана, ваша честь! — самоуверенно заявил Цзяо Тай и направился к выходу.

Вошел писец с полуденным рисом для судьи Ди. Только он взял палочки для еды, как вновь появился Цзяо Тай.

— Только что, проходя мимо тюрьмы, я случайно заглянул в камеру, где мы временно держим трупы. У тела Фань Чуна сидит Тан и держит его руку в своей. По лицу его текут слезы. Мне кажется, именно это имел в виду хозяин харчевни, когда намекал на странности Тана. Душераздирающая картина, ваша честь, вам лучше этого не видеть.

И снова вышел из кабинета.

Судья молчал всю дорогу до восточных ворот. Лишь когда его паланкин по Радужному мосту переносили через протоку, он обратился к Хуну, похвалив открывшийся вид на храм Белого облака. Его мраморные белые ворота и голубые черепичные крыши прекрасно сочетались с зеленью горного склона.

Паланкин подняли по широким мраморным ступеням. Носильщики поставили его в первом дворе, окруженном открытой галереей. Судья Ди вручил свою большую красную визитную карточку встречавшему их старому монаху.

— Настоятель как раз заканчивает дневную молитву, — сообщил тот.

Он провел их еще тремя дворами, каждый из которых располагался все выше по склону и соединялся со следующим мраморной лестницей с великолепной резьбой.

В глубине четвертого двора судья Ди увидел крутые ступени, ведущие к длинной узкой террасе, вырубленной прямо в заросшей мхом скале. Он услышал журчание воды.

— Там родник? — спросил судья.

— Именно так, ваша честь, — ответил монах. — Он забил из лежащей ниже скалы четыреста лет назад, когда в этом месте святому основателю монастыря явилась священная статуя Грядущего Будды. Статуя находится в часовне на той стороне расселины.

Теперь судья заметил между террасой и высокой скалой расселину шириной в пять чи[6]. Деревянный мостик в три доски вел к большой пещере.

Судья Ди ступил на мостик и заглянул в глубокую расщелину. Тридцатью чи ниже из трещины в скале извергался бурный поток, бегущий по острым камням. Оттуда веяло живительной прохладой.