Читаем Золото абвера полностью

На столе начальника особого отдела, лежала папка, в которой были собраны не бумаги и справки из архивов, там лежали человеческие судьбы, которые могли быть разрушены, в одно мгновение подобно карточному домику.

— Это что — спросил седовласый полковник и показал на папку.

— Я товарищ полковник не знаю, но мне кажется, здесь что-то есть.

Полковник медленно вскрыл папку и стал внимательно изучать собранное документы, перелистывая лист за листом, по выражению лица полковника было видно, что его ничего не заинтересовало в этих документах, и он даже с некой брезгливостью, отодвинул эту папку от себя.

— Ну — и, что — многозначительно спросил начальник особого отдела, поднимая вверх свои густые седые брови.

— Ты Леша, этой сраной мутодристикой, никого не удивишь, у них против нас, воевали почти все, а такой солдат как этот — просто выполнял приказы, и с него как с гуся вода, он может даже, ни разу не стрелял. Да и Гитлер может, его призвал на фронт — насильно. Ты лучше пойди, поработай с архивами ШТАЗИ,* прокатись в Подольск, в Москву, может, что — то и нароешь, а как будет у тебя материал, вот тогда и приходи. А пока мой дорогой, привет семье! Полковник встал и пожал руку своему сыну, прощаясь.

Особист вышел из отдела и закурил. В эти минуты он продумывал, какими путями, он должен теперь двигаться, чтобы на рядового Вермахта, собрать материал как на самого Геринга? Ему очень хотелось раз, и навсегда, покончить со всеми малолетками сразу. Тем более Шершнев чувствовал, что его отец не поверил ему, и этот факт усложнял его задачу потому, что ему как никогда, не хватало поддержки настоящего профессионала.

В это время, совсем не далеко в маленьком немецком городке Цоссене, Керстин, сидела на краю кровати, возле своего деда, который слегка приболел гриппом, и уже второй день тем-пературил. Девочка подносила ему грог с лимоном, и аспирин, который дед не мог терпеть, не из — за того, что это лекарство, а из — за того, что его название навивало некоторые воспоминания связанные с войной. Дед Керстин и Мануэлы, был еще довольно крепок. Ему еще не было и се-мидесяти, но уже несколько лет как он был на заслуженном отдыхе.

Взявдевочку за руку, дед деликатно спросил:

— Милая девочка, как там твой русский, или вы уже разбежались?

— Ты знаешь дед, я люблю его, он такой хороший! Я когда с ним, то чувствую, как у меня бабочки в животе порхают! — Ответила Керстин, с улыбкой поглаживая себя по животу.

— Ты меня познакомь, я хочу поговорить с ним, я очень давно не говорил по-русски. Иногда просто хочется вспомнить. Тебе я советую, выучить его, как следует, ведь если ты хочешь связать с ним свою жизнь. Я когда был у Иванов в плену, то многие наши солдаты даже встречались с русскими девушками. Правда, не все были тогда счастливы, так как некоторых, за эту любовь сослали далеко в Сибирь. Мы после этого ни разу не видели этих девчонок.

— Дед, а правда говорят по улицам Сибири даже ходят медведи — спросила Керстин.

— Не всему нужно верить, что говорят — сказал дед ты, лучше учись, и будешь знать, что русские, это великий и довольно надежный народ.

Лето в Германии, наступает рано — даже не то, что рано, лето наступает сразу после зимы, и уже в мае месяце, вода во всех водоемах, прогревается до такого состояния, что позволяет на-ходиться в ней, без ущерба для здоровья довольно длительное время.

Как и во всех школах Советского Союза, каникулы начались 25 мая, но девятый класс, в отличие от всех, переодевался в военную солдатскую форму и строевым шагом, направлялся на десять дней в военные полевые лагеря. Там девятиклассники постигали, все таинство воинской службы, и физически крепли для разгульной, и полной приключений жизни, на летних каникулах.

Лагерь, для юных солдат, был разбит на Вюнсдорфском учебном центре, в районе танковой директрисы, где ежедневно проходили занятия, как по вождению боевой техники, так и по стрельбе из всех видов оружия. Распорядок сборов, не отличался от боевой части, и на первых этапах, предусматривал, ознакомление юношей, со всеми тяготами и лишениями воинской службы. Сергей и Виталий, судьбе противиться не стали, хотя их спортивные регалии, смогли бы помочь, провести это время не на полигоне, а в спортивной роте ЗГВ. Распорядок там, был на много легче, и включал в себя, не только изысканное по меркам армии питание, но и здоровый сон на протяжении двух часов, после обеда.

В первый же день, после военных сборов, друзья, как и водится первым делом, поспешили встретиться со своими подружками, которые, все это время, скучали по своим мальчишкам, и для сохранения им своей верности, все дни просидели дома, штудируя русский язык.

Радость встречи, была очень и страстной и бурной, но очень скоротечной, так как, уже на завтра компания, решила собраться на пляже Вюнсдорфского озера, чтобы отдохнуть от военной службы и насладиться прелестями наступившего лета.