Читаем Золотая лисица полностью

Зарница становилась все больше. Дарий с семьей жили далеко от основных улиц. Брат хотел построить ферму и расчистил большой участок леса в стороне от конезавода, с которым намеревался сотрудничать.

Эхо чужой агрессии раззадорило кверга, он пронесся через поле, словно ветер, едва замечая кочки муравейников. Зато испугал лошадей, что разбегались от пожара. У деревьев несколько животных бились в исступлении, пытаясь порвать повод.

Гром, распахивая землю когтистыми лапами, взобрался на холм, и Лисара онемела от ужаса. Большой двухэтажный дом Дария пылал. От фундамента до крыши все в огне. Лопались окна, трещали балки. Прежде чем кверг успел сдвинуться с места, крыша с грохотом обвалилась, и дом сложился вовнутрь.

Из горла вырвался сдавленный крик, на который тут же среагировал Гром, припав к земле и ощетинившись. Спиленные роговые наросты больно ткнулись в бедра. Боль заставила прийти в себя и посмотреть на ситуацию чуть более трезвым взглядом.

Вокруг дома толпились люди. Большинство из них бросилось к лесу, должно быть, за лошадьми. Фигура в центре вскинула руки, и ближайшие несколько рядов словно подкосило. Несколько человек устояло, другие попадали, и через несколько секунд эхо волны добралось до Лисары. Вцепившись в гриву, она удержалась на месте.

Папа оборонял горящий дом. Худшее, что можно сделать, – это влезть под руку магистра. Талант требует сосредоточенности, концентрации. Поэтому, как бы ей ни хотелось спустить кверга на этих людей, Лисара удержала себя.

Всматриваясь в заросли, она пыталась понять, куда бегут эти люди. Быть может, удастся проследить за ними и выведать что-нибудь полезное.

Утихомирить нервно переминающегося с ноги на ногу кверга непросто. С болью в сердце она отвернула зверя от пожара, в последний раз бросая взгляд на далекую фигуру у горящего дома. Он не бежит и не нападает. Пусть папа и не учился в Академии, Совет несколько раз приглашал его принять титул магистра с полагающимися по этому поводу правами и обязанностями, но он всякий раз отказывался. В данной ситуации закон позволяет использовать Талант для самообороны, но он отчего-то медлит. Вздохнув, Лисара пустила Грома вниз по холму, подальше от зарева пожара, в темноту хвойного леса.

Подобраться близко на пыхтящем и рычащем звере не стоит и пытаться. Спешившись у леса, она отпустила Грома и, медленно ступая, углубилась в заросли. Папа считал, что умение ориентироваться и бесшумно перемещаться по лесу – жизненно необходимый навык даже для городского жителя. Всякий раз, как Лисара приезжала на каникулы, отец водил ее в лес. Учил ходить звериными тропами, заметать следы, находить места для ночлега и стрелять по мишеням. А также, нарушая целую кучу законов, рассказывал о своем взгляде на Талант.

Пробравшись мимо молодых осинок и скрывшись под пышными еловыми ветвями, Лисара оказалась в нескольких шагах от места, где нападающие привязали лошадей. На небольшой полянке суетились люди, кто-то пытался успокоить лошадей, другие перевязывали ожоги, бинтовали кровоточащие раны и собирали вещи. Лисара почувствовала досаду, когда, вглядываясь в лица, поняла, что едва ли кого-то сумеет запомнить, когда среди толпы мелькнула знакомая выправка.

Мужчина повернулся, и девушка едва не вскрикнула. Подполковник милиции, низкий, полный мужчина с крупными залысинами и одышкой, держась за бок, ругался сквозь стиснутые зубы, требуя подать ему коня. Лисара помнила, что в последний раз видела его, когда Руда награждали за помощь при задержании. Запоминать его фамилию она в тот раз поленилась, о чем теперь сильно сожалела.

Тут же к нему подоспел мистер Мэнсон. Без привычного костюма и очков, в опалинах и с рассеченной щекой его не узнать. Подхватив подполковника под локоть, поднял на ноги и с перекошенным от беспокойства лицом потащил прочь. Лошадей он утихомирил при помощи Таланта и, не обращая внимания на других беглецов, что попытались его остановить, забрался в седло и скрылся в темноте, прихватив с собой подполковника.

Привыкшие к темноте глаза начали выхватывать одно знакомое лицо за другим, когда в толпу ворвался всадник. Не беспокоясь, что разгоряченный конь может кого-то поранить, он с трудом осадил скакуна и что-то потребовал. Конь под ним семенил на месте, разворачиваясь, и лицо всадника рассмотреть никак не выходило.

Когда его приказ исполнили и принесли что-то, Лисара замерла. Невысокая, худощавая девчонка в белой длиннополой пижаме, вся в саже и пепле, с мешком на голове едва переставляла ноги. На груди болтались темно-красные бусы, а растрепанные светлые волосы спутались, собрав в себя хвою, на которой она дожидалась всадника. Тот одной рукой оторвал Тишину от земли и перебросил через седло. Прежде чем люди успели разойтись, пришпорил коня.

Бросившись назад к квергу, Лисара высоко свистнула, уже не беспокоясь, что свист может привлечь нежелательное внимание. Гром ответил громким ржанием и пробился через молодую поросль навстречу. Цепляясь за грубую шерсть, Лисара заползла ему на спину и, развернув, направила за всадником. Дорога здесь всего одна.