Джо качает головой и открывает свою банку с колой.

– Ни слова, только то, что все тебе рассказал. – Он делает глоток. – Я не понимаю, почему вы до сих пор не отдали ему машину.

– Кое-что получается неважно, – признается шеф. – Один из офицеров видел, как Круз проехал на красный на перекрестке Хупер-Фарм с Серфсайд и погнал на всех парах по Серфсайд, все это за несколько минут до того, как позвонил «девять-один-один».

Джо молчит.

– Когда я спросил Круза, откуда он ехал, тот сказал, что из дома, и это не сходится с рассказом офицера.

– Твой офицер уверен, что это был Круз? На этом острове полно белых джипов, Эд.

– Офицер сказал, это был он, но мог и ошибиться. – Шеф открывает свою банку и пытается получить удовольствие от первого глотка, терпкого и холодного. – Отпечатки шин ничего не дали. Люминол показал следы крови миссис Хоу на ручке двери, но не на радиаторе или бампере – а судя по ране на ноге миссис Хоу, на бампере должна была остаться кровь.

– Это не Круз ее сбил, – говорит Джо. – Этот мальчик… – Он крутит банку в руках. – Мой сын никогда не лжет, Эд. Если бы он сбил Виви, сам бы нам сказал.

– Зачем он так рано ехал к Хоу в субботу? – спрашивает шеф. – Семь пятнадцать утра. Я спрашивал его, но он не отвечает.

– Я так понял, они с Лео поссорились, – говорит Джо. – Что-то, видимо, произошло накануне вечером – в выпускной год такое случается, эмоции зашкаливают, люди говорят то, о чем потом жалеют. Круз не видел Лео с тех пор, как они встретились в больнице. Я еле уговорил его пойти на отпевание.

– Круз очень нервничал в управлении, и я решил, что здесь кроется что-то еще.

– Вививан Хоу, по сути, стала Крузу матерью. Он любил ее. – Джо откашливается. – Виви всегда удавалось сделать так, чтобы Круз чувствовал себя частью их семьи, она заботилась о нем, как заботятся только матери. Смерть Вивиан – это большая потеря для моего парня и для меня тоже. Но, Эд, это не он ее сбил.

– Как скажешь.

– Ты сомневаешься? – Джо выпрямляется в полный рост, и комната внезапно как будто становится меньше. – Думаешь, он что-то скрывает? Думаешь, он тебе лжет?

– Ему есть что терять.

– Конечно, ему есть что терять, – говорит Джо. – Этот парень достиг того, о чем большинство может только мечтать. Я не понимаю, почему к Крузу относятся как к подозреваемому, а не как к убитому горем ребенку, который первым оказался на месте и нашел тело. Или он подозреваемый, потому что черный, а как только черный оказывается рядом с местом преступления, его автоматически начинают обвинять?

Шеф стушевывается.

– Дело не в расе, – говорит он.

Эд чувствует смущение и пытается проверить самого себя. Фалько и правда видел именно Круза? Или просто какого-то черного парня за рулем белого джипа? Может, офицер решил, что это Круз, именно потому, что разглядел черного? Может, из-за того, что Круз черный, всем на Нантакете проще говорить, будто он сделал что-то плохое? Шеф не намерен возглавлять управление, в котором к черным гражданам относятся не так, как к белым. Но уже знает, что расизм – это системная проблема. Обычно она так глубоко скрывается, что ее не видно, но предрассудки по-прежнему никуда не делись.

– Ты мне нравишься, Эд. Я считаю тебя своим другом. Я бы никогда не стал злоупотреблять твоей дружбой. Но это не мой сын сбил Виви. Этот мальчик сразу бы признался и протянул руки, чтобы на него надели наручники. Он так сильно любил Виви Хоу, что никогда бы себе этого не простил. Я, конечно, знаю, что у них с Лео Куинсборо что-то произошло. По его лицу это вижу, мне не нужно спрашивать. Но вот чувства вины за то, что сбил женщину, я не вижу. Он проявляет большое терпение, пока вы проверяете его машину. Не жалуясь, ездит на работу на старом велосипеде – потому что доверяет системе. Но я не буду стоять и смотреть, как вы делаете из него козла отпущения, потому что вам нужно кого-то арестовать. Это не Круз ее сбил, Эд.

В ту же секунду, как прозвучали эти слова, шеф понимает, что сам не верит в то, будто Круз Де Сантис сбил Хоу. Кто-то другой это сделал и сбежал, видимо, за несколько минут до того, как Круз ее нашел.

– Я верну ему машину сегодня вечером, – обещает шеф.

– Спасибо, Эд, – говорит Джо, и они обмениваются рукопожатием.

Виви

Виви отдыхает в бархатном шезлонге, когда в зеленую дверь входит Марта со своим планшетом в руках.

– На странице в «Фейсбуке», посвященной вам, есть несколько замечательных постов, – говорит она. – Хотите взглянуть?

– Они там все замечательные? – спрашивает Виви.

Единственное, что она выяснила про «Фейсбук», – люди там считают нормальным писать то, что никогда в жизни не сказали бы человеку в лицо. В последние годы Виви стала сторонницей хороших манер в интернете: если не можешь сказать ничего приятного, просто продолжай скроллить!

– Ну, как сказать, – отвечает Марта.

Виви становится любопытно. Она берет из рук помощницы планшет.