– Помнишь того парня из телешоу, о котором я тебе рассказывала, он еще написал ту песню для Виви в старшей школе? «Золотую девочку»?

Лорна была убеждена, что Деннис смотрел сюжет и только изображал безразличие, но Эми знает: любимый отказался от всех вещей, связанных с Виви, с хладнокровием, которым она сама, похоже, не обладает. Ей не хочется его беспокоить, но… как же круто. Невероятно круто.

Деннис снова что-то тихо бормочет.

– Песня «Золотая девочка» – номер один на «Айтюнс», – говорит Эми. Заходит в чарт – и да, так и есть! – Кажется, тот парень работает в «Холидей Инн», а теперь стал знаменитым. У песни просто миллион скачиваний.

Деннис поворачивается, забирает у нее телефон и кладет на тумбочку. Затем целует Эми в ключицу и утыкается в грудь.

– Знаешь, кто моя золотая девочка? – спрашивает он. – Знаешь?

– Я? – предполагает Эми, зарываясь пальцами в его шевелюру, как он любит.

– Да, ты, – заверяет Деннис. – Ты и только ты.

Виви

Виви ныряет вниз, чтобы глянуть на экран телефона Эми (быстрее, быстрее, задерживаться в спальне Денниса вообще не хочется!). И верно: «Золотая девочка» Бретта Каспиана на первом месте по стране, тридцать четыре года спустя после того, как ее написали.

– Марта! – зовет Виви. – Марта! – Но та не появляется. Наверное, слушает хор. Те поют Ruby Tuesday.

Когда Виви проверяет Бретта, она находит его в холле отеля «Холидей Инн» в Ноксвилле. Идет прощальная вечеринка. Виви подслушивает, что Бретт переезжает в Нэшвилл. Он собирается сочинить и записать альбом.

Бретт Каспиан стал звездой в пятьдесят один год. Виви вспоминает мальчика, сидевшего на два ряда вперед и на одно место левее от нее. Как он обернулся и подмигнул ей, а она мгновенно потеряла голову. Как они целовались на заднем сиденье его «Бьюика-Скайларк», а Стив Перри вопил из стереосистемы: Stone in love!

Сейчас Виви даже сильнее тронута, чем когда ее книга попала в топ списка. «Золотая девочка» могла бы давным-давно возглавить чарты, если бы только Виви не солгала о беременности. Если бы только имела чувство собственного достоинства. Если бы только ее отец не покончил с собой. (Разве ради Виви не стоило оставаться в живых?) Если бы у нее хватило зрелости понять, что у них с Бреттом разные мечты и это нормально.

Виви солгала о беременности не со зла; просто была неопытна и все еще оплакивала своего отца. Она решает не так строго судить себя в юности.

Появляется Марта. Красно-золотой шарф повязан вокруг ее живота как пояс.

– Могу ли я попросить вас об одолжении? – спрашивает Виви.

Марта вздыхает.

– Хотите, чтобы я воспользовалась своими способностями Непройденного пути? Сказала, что стало бы, если бы вы не соврали Бретту про беременность? Если бы он не помчался обратно в Парму, чтобы остаться с вами?

– Да, пожалуйста, – просит Виви. – Если не трудно.

– А что тогда, по-вашему, трудно? – говорит Марта и хмыкает: – Да шучу я, шучу. Но придется сконцентрироваться.

Марта устраивается в одном из персиковых кресел-суфле, кладет ноги на кожаный пуф и закрывает глаза.

– Бретт в Лос-Анджелесе. Он делает демо «Золотой девочки»…

– Это я уже знаю, – перебивает Виви.

Марта открывает один глаз.

– Так мне смотреть или нет?

– Извините.

Марта снова сосредоточивается.

– Бретт пишет вторую песню под названием «Скучаю по моей крошке» и записывает кавер на Carolina on My Mind, и звукозаписывающая компания неохотно принимает «Парматаун блюз». Но этого недостаточно. Уэйна арестовывают за покупку кокаина на бульваре Сансет. У матери Роя диагностируют рак мозга. Группа распадается. Бретт сохраняет за собой права на две написанные им песни и находит другого исполнительного директора, менее авторитетного, чем Джон Зубов, и новый босс соглашается выпустить «Золотую девочку» как сингл со «Скучаю по моей крошке» на обратной стороне. Пластинка имеет… скромный успех. В феврале 1988 года «Золотая девочка» на одну неделю занимает тридцать седьмое место в списке сорока лучших песен.

– И всё? – переспрашивает Виви. – Номер тридцать семь на одну неделю?

– Кид Лео играет ее на WMMS в качестве одолжения своему зятю, который работает с отцом Бретта. Бретт – местный, Кливленд – город рок-н-ролла, Кид Лео искренне любит эту песню, но даже так она не находит отклика в стране, поэтому никогда не поднимается выше тридцать седьмой строчки.

– Тогда что происходит потом? – спрашивает Виви.

– Бретт переезжает в Лас-Вегас, – рассказывает Марта. – Он играет в стрипы, поет «Золотую девочку» и несколько каверов. У него развивается игровая зависимость.

– Серьезно? – изумляется Виви.

– Он женится на крупье по имени Соня. У них двое детей, пара разводится, бьется насмерть за опеку, Соня забирает детей в Нью-Джерси. Атлантик Сити. Она по-прежнему крупье. – Марта открывает глаза. – А Бретт остается в Вегасе. Если бы вы не соврали о беременности, он бы до сих пор там жил.

– Вместо этого он живет в Ноксвилле.

– Да, – подтверждает Марта. – А «Золотая девочка» – номер один на «Айтюнс».