– Устрой себе передышку, погорюй о матери как следует, приведи себя в порядок или хотя бы сбавь обороты, сделай все, что потребуется. Осенью я дам тебе блестящую рекомендацию, сможешь найти работу где угодно на Нантакете или поехать на материк. Но тебе нужно взяться за ум. – Он вздыхает. – Ты мне нравишься, Карсон. Я хочу сделать так, как лучше для моего бизнеса, но еще я хочу сделать так, как будет лучше для тебя.

Карсон встает. У нее начинается похмелье, а из-за кокаина она чувствует дрожь во всем теле. Внутри поднимается волна разрушительной энергии, и Карсон чувствует, что вот-вот сожжет все мосты. Джордж твердит, что все понимает, но он ничего не понимает.

– Ясно, – говорит Карсон. – Тебе стоит отдать мое место Джейми. Она отлично справится.

С этими словами она выходит из офиса и направляется к дверям «Ойстеркэтчера», прихватив по дороге бутылку водки.

* * *

В машине она проверяет телефон. От Зака ничего. Карсон отправляет ему сообщение: «Меня уволили».

Уволили. Ее уволили. Это так унизительно – но она это заслужила. Всего пару часов назад Карсон подумывала сказаться больной и решила, что хуже поступить не может.

Ха, очень даже может.

Зак не отвечает на сообщение, поэтому она делает глоток водки, закашливается и звонит ему на мобильный. Сразу же включается голосовая почта. Он заблокировал ее номер. Ей придется туда поехать.

Сейчас половина шестого; он уже вернулся с работы, но и Памела может скоро приехать домой. У нее непредсказуемый график: иногда она работает допоздна, иногда после ужина дома едет в офис и сидит там до полуночи.

Надо все взвесить: может Карсон туда поехать или нет?

Она катит на север по Норт-Бич-стрит, одну руку положив на руль, другую – на горлышко бутылки с водкой, которую поставила в держатель для чашки. Карсон напоминает себе, что следить за кем-то – всегда плохая идея.

Она не может поверить, что ее уволили. Все кажется нереальным. Но да, это взаправду, она сидит в машине в пять тридцать, вместо того чтобы принимать заказы на напитки, делать людей счастливыми, звонить в дурацкий колокол. Ее самоуверенность стремительно испаряется. Карсон потеряла мать, потеряла возлюбленного, потеряла работу. И что от нее теперь осталось?

Она видит: люди идут по улицам с колясками, собаками, маленькими детьми, подростками. У всех них все настолько схвачено, что они могут поехать в отпуск. Карсон чувствует, что глаза наполняются слезами, поэтому начинает играть в игру «Могло быть и хуже». Ее сейчас могли бы остановить за вождение в нетрезвом виде, забрать права, посадить в тюрьму – это было бы хуже. Ей нужно что-нибудь съесть! Она может записать на чей-нибудь счет заказ в баре яхт-клуба, проглотить жареный сыр, хот-дог, сэндвич с арахисовым маслом. Может притвориться женщиной на десять лет старше, которая только что пережила урок яхтинга.

Подъехав к клубу, она видит на парковке красный «Ренджровер» Памелы. «Она здесь, – думает Карсон, – видимо, играет в теннис». А это значит, что Зак дома один.

Она выезжает с парковки и оставляет «Весло и поле» далеко позади.

Карсон не бросит машину напротив дома, у сарая, – на это ей хватит ума. Поэтому она паркуется в дальнем конце Грэй-авеню. Затем бежит обратно к дому Зака и стучит в парадную дверь, потом решает, что стучать необязательно, и распахивает дверь с криком: «Зак!»

Он сбегает вниз по лестнице.

– Господи, что ты здесь делаешь?

– Я видела машину Памелы у клуба, – говорит Карсон.

– Да, она играет в теннис со своей матерью. Почему ты не на работе?

– Меня уволили, – признается Карсон и начинает всхлипывать. Ей так грустно, так грустно, она чувствует себя уязвленной, потерянной. Тот водитель убил не только Виви. Он убил всю их семью.

Зак заключает Карсон в объятия и качает ее из стороны в сторону.

– Детка, мне ужасно жаль. Но тебе нельзя здесь оставаться. Лучше уходи.

Она поднимает голову, и они начинают целоваться. Карсон чувствует, как тело Зака будто возвращается к жизни; он ничего не может с собой поделать, когда они вместе. Как Зак вообще пришел к мысли о том, чтобы с ней расстаться?

Он запускает руку ей под футболку и расстегивает юбку.

Виви

Она внимательно наблюдает за Карсон, беспокоится, что дочь выкинет какую-нибудь глупость: навредит себе или другим. Виви нужно было воспользоваться тычком и закрыть дверь кабинки, чтобы Джейми – бедная, милая Джейми – не увидела Карсон и ту не уволили. А лучше всего было заставить дочь спустить кокаин в унитаз. Джордж прав: она нуждается в помощи. Карсон на пути к саморазрушению.

Чем Виви может помочь?

В это мгновение распахивается зеленая дверь, и входит Марта. Ярко-синий шарф от «Эрме» она завязала на концах и продела в отверстия руки, чтобы получилось маленькое болеро.

– Ого, – замечает Виви. – Это самый классный из всех ваших луков. – А потом, опомнившись, спрашивает: – Что вы здесь делаете? Вы мне нужны?

– Взгляните вниз под более широким углом, – предлагает Марта.