Читаем Зодчие полностью

Русская рать начала располагаться на отдых. Иные воины, истомленные продолжительным боем, ложились прямо на землю и засыпали мертвым сном. Другие доставали из походных сумок хлеб и утоляли голод.

Глава XVIII

СПАСЕНИЕ НИКИТЫ БУЛАТА

Голован с неизменным спутником Филимоном разыскивал дворец первосвященника. Спросить было не у кого, и они долго блуждали по пустынным улицам. Наконец, услышав плач в сакле с настежь раскрытой дверью, Андрей бросился туда, вывел татарчонка лет двенадцати.

- Паренек, не бойся, мы тебя не тронем! Покажи, где ваш главный мулла живет!

Мальчишка глядел, ничего не понимая. Его заплаканные черные глазенки блестели, как у звереныша, он тер кулаком замурзанные щеки.

- Ты не так! - вмешался Филимон. - Я умею с ихним братом разговаривать... Эй, знаком! Мулла, большой мулла бар? Э? Сеид бар, айда!171

- Сеид? - Мальчик понял. - Сеид айда!

И он повел русских в ту часть города, где, мало затронутые пушечным обстрелом, стояли дома казанских богачей. Тут было тихо и безлюдно. Лишь изредка показывались вдали вражеские воины и тотчас скрывались: очевидно, татары думали, что двое русских - разведчики большого отряда.

- Эх, Ильин, - с тревогой говорил Филимон, - попадем мы в беду! Налетят недруги - что мы двое сделаем?..

Филимон чрезвычайно обрадовался, когда, выглянув из-за угла, увидел русских. Он бросился навстречу:

- Братцы, сюда, сюда давай! Здесь свои!

К Андрею подошли Нечай, Демид Жук и Василий Дубас. Возбужденные боем, они тяжело дышали, лица их были покрыты грязью и кровью.

- Андрюша, - весело вскричал Нечай, - какая надобность тебе тута ходить?

Голован быстро объяснил, и маленький отряд двинулся по узкой улице.

До дворца Музафара-муллы добрались благополучно и отпустили татарчонка. Русские перебежали через пустой двор мужской половины и остановились перед закрытой калиткой. Прочная дверь выдержала первые удары.

- А ну, берись дружней! - скомандовал Филимон.

Из земли вырвали скамейку, подтащили, размахнулись:

- Р-раз!.. Р-раз!..

- Дружиной возьмемся - сразу сделаем, - пыхтели мужики.

- Дружиной, робятушки, ловко и батьку бить! - подсмеивался веселый Нечай.

Дверь разлетелась вдребезги, и люди, толкая один другого, хлынули в калитку.

Голован бежал впереди, и ноги у него подкашивались.

И вдруг у низенькой сакли он увидел согбенного старика с обнаженной головой, с венчиком седых волос вокруг большой лысины. Его поддерживала высокая девушка с русыми косами и голубыми глазами. Старик бессильно переступал навстречу русским, размахивал руками и слабо кричал...

- Никита!..

Голован бросился к учителю. Старик был так поражен, что не мог сделать и шагу: Андрей, которого он много лет считал мертвым, появился выросший, возмужавший...

- Андрюшенька, родный!.. Живой?.. А я-то по тебе горевал...

- Отец... наставник... - взволнованно бормотал Голован. - Уж как же я рад!..

Никита, Голован, Дуня и ратники вышли из дворца сеида через потайную калитку. Булат брел, поддерживаемый Андреем и Филимоном. Забывая о недугах, старик рассказывал неожиданно обретенному любимому ученику историю своего плена, говорил, что не чаял на этом свете свидеться с Андрюшей, когда оставил ею на лесной полянке с разрубленной головой...

- Теперь мы с тобой никогда-никогда не расстанемся! - твердил Голован.

- Мы с тобой, Андрюша, еще строить будем: соскучилась душа по работе!

Дуня шла, пугливо озираясь: это был ее первый выход за стены дворца, где прожила она с пеленок. Чтобы не обращать на себя внимания, Дуня накинула сверху широкий армяк Филимона, голову прикрыла колпаком, подобранным на улице.

Филимон и Нечай, шедшие впереди, бросали во все стороны острые взгляды, боясь недобрых встреч. Андрей и Филимон почти несли на руках Булата, ослабевшего от нежданной радости.

- Алла! Алла! - вдруг раздались грозные боевые клики.

Из соседней улицы выбежал отряд татарской пехоты.

- Беда! - вскричал Филимон.

Не дожидаясь, пока татары сомнут их, маленькая группа юркнула в ближайшую калитку, дверь которой, к несчастью, была сорвана.

Только двое могли поместиться в узкой раме двери. Дуню и Никиту спрятали позади. Впереди встали Филимон с тяжелым бердышом и Василий с дубиной. За ними Нечай с рогатиной, Голован с мечом и Демид Жук с ятаганом, подобранным на улице.

- Урусы, урусы! - раздались злобные крики татар, и они обрушились на защитников калитки.

Случилось вот что. Русское войско, считая битву окончательно выигранной и не видя врагов, расположилось на отдых. Иные ратники покинули город. Воеводы, стрелецкие головы и казацкие сотники напрасно старались водворить порядок.

А татары тем временем стеклись к ханскому дворцу и большой мечети, разделились на отряды под руководством опытных начальников, отослали в безопасные убежища раненых и с новыми силами, с воспрянувшей надеждой грянули на русских.

Но уже спешили в город свежие полки, которые держал в запасе Иван Васильевич.